— Корабль использует другой принцип. Представь, что пространство — это лист бумаги. Идеально ровный, гладкий. Мы живём на этом листе. Но под ним есть другие слои — и вот они уже не такие презентабельные. Представь, что кто-то взял второй лист и скомкал его в клубок.

Он усмехнулся, и я невольно улыбнулась в ответ, хотя мозг уже начал закипать.

— В таком скомканном слое, который мы называем «сумеречным», расстояния между точками становятся короче. Вот смотри: если на ровном листе нарисовать две точки — А и Б — и соединить их прямой, получится, скажем, метр. А если взять скомканный лист, где эти же точки оказались рядом из-за складок, расстояние между ними может быть всего пара сантиметров. Понимаешь?

Я кивнула, живо представив эту картину.

— А я ещё думала, как ты умудрился прибыть из другой галактики сюда за час, — протянула я. — Но почему финисты и люди не используют этот принцип?

— Им недоступна энергия тёмной материи, всё просто, — пожал плечами Лютомир. — Ей владеют только члены рода Кащеев. Если аккумулировать эту энергию в золото, оно будет выполнять роль и хранилища, и сверхпроводника. В том числе доступны беспроводные технологии.

Кристалл-ретранслятор — это что-то вроде роутера, — он указал на крупный самоцвет, вмонтированный в панель.

— Отлично, — подытожила я. — Значит, успех нашего перелёта целиком и полностью зависит от стабильности сигнала Wi-Fi.

— Так вот почему в сказках о Кащее у него нездоровая страсть к золоту и необъятные сокровищницы! — выдала поражённая Алька. — Это просто пауэрбанк такой?

— Да что там сокровищницы, — усмехнулась Ракета, — у Кащея даже сама планета из чистого золота.

Мы поражённо охнули.

— Да, так и есть, — подтвердил Лютомир. — Сверху, конечно, геологический слой, но само ядро — по сути, самый крупный накопитель в галактике.

— Вот это да… — ахнула Алька. — Неисчерпаемая энергия!

— Очень даже исчерпаемая, — наконец подала голос Яра с мрачной иронией. — Сейчас Тёмное царство напоминает квантофон на последнем проценте. Галактика уже столетие живёт без электричества и электроприборов, откатившись в каменный век. А мы сейчас тратим на межгалактический перелёт последние крохи… — прозвучало это так обвиняюще, что мне невольно стало стыдно — будто я заказала межгалактический перелёт ради развлечения, тем самым отбирая последние капли энергии у простых жителей Нави. Яра сверкнула на меня своими зелёными глазищами — в них читалось: «Ну и кто тут главный энерговампир?»

— А почему у вас недостаток этой тёмной энергии? — хлопала глазами Аля, искренне недоумевая, как в целой галактике может не хватать чего-то настолько фундаментального.

— На самом деле у Кащея её переизбыток, — пояснила Ракета. — Но чтобы аккумулировать её в накопитель, нужно создать батарейку: два полюса — плюс и минус, тёмная и светлая энергия. В общем, закон Фарадея, Ома, гальванические элементы и разные другие умные термины.

— А кто?.. Кто владеет светлой энергией? — допытывалась подруга, уже мысленно прикидывая, не пора ли ей пройти ускоренный курс просветления.

— Светлая энергия — это свет Яви, и владеет ей только царевна Яви. И то до тех пор, пока остаётся целомудренной, — бросила Яра. — Потому Кащеи и похищали всегда молодых невинных царевен — не просто ради забавы, а ради благополучия граждан Нави. Можно сказать, это такая древняя система энергоснабжения с элементами романтического квеста.

— Честно говоря, планировал обсудить это позже, — вздохнул Лютомир, деликатно перебивая Яру. — Алиса, мы действительно на грани. Надеюсь, ты не откажешь в помощи?

Его голос был тихим, а взгляд — проникновенным, будто он уже представлял то, о чём говорил.

— Это зависит от того, что конкретно от меня потребуется, — я не спешила соглашаться, чувствуя, как внутри всё сжимается от волнительного предчувствия.

— Просто небольшой физический контакт, — сказал Лютомир. На его лице расцвела озорная ухмылка, и я вдруг отчётливо поняла, о каком «контакте» идёт речь. О том самом, который уфологи называют «близкие контакты пятого рода».

— Обещаю, будет очень приятно… и совсем не больно, — он сделал паузу, наслаждаясь моей растерянностью.

— Так вот ты какое, Лукоморье… — протянула я, окидывая взглядом пейзаж. — Кто бы мог подумать, что ты не сказочная страна, а искусственное космическое образование? И по совместительству — столица Тёмного царства. Тёмного, кстати, в самом буквальном смысле слова.

Искусственное светило, вокруг которого вращалась планета, подпитывалось из золотого пауэрбанка, находившегося на последнем издыхании. Светило это мерцало в полсилы — или даже в четверть, не суть. В итоге получилась страна вечных сумерек: готично, жутковато и крайне выгодно с точки зрения счетов за электричество.

Наши длинные тени, падавшие на землю от света факелов, которые нависали вдоль дорожки к резиденции Кащея, добавляли антуража. Да и сама резиденция — это, скорее, замок. Каменный, старинный, холодный. Брр. Я попыталась представить, как могло здесь всё выглядеть в лучшие энергодостаточные времена. Не получилось. Видимо, моё воображение тоже работало на остатках заряда.

«Алиса, — шептал внутренний голос, — в твоих силах всё исправить! Подари галактике электричество — практически как Прометей, подаривший людям огонь. И миллиарды живых существ будут чествовать твоё имя… Или хотя бы вспоминать добрым словом, включая стиральную машинку при запуске очередного цикла или открывая холодильник в три часа ночи».

Но я гнала от себя эти героические мысли. Один маленький физический контакт — ну да, конечно.

Кащей подвёл нас ко входу, пропуская вперёд. Ракета, Яра, Аля, я… И тут я вспомнила, что забыла свой рюкзак на борту, и стремительно сменила вектор движения — практически столкнувшись в дверях с Лютомиром, который как раз заходил.

Он вжался в дверной проём, практически слившись с косяком и затаив дыхание. Я запоздало поняла: он избегает со мной даже минимального контакта.

— Рюкзак в звездолёте остался, — поспешила скованно пояснить я, аккуратно протискиваясь мимо.

— Провожу, — коротко сказал он.

И мы снова двинулись в обратный путь к взлётной площадке, которая, в отличие от той, что у Капитолия на Аурелисе, представляла собой просто милую полянку внутри каменных стен, ограждающих замок.

Ощущая неловкость, я всё же завела разговор:

— Почему ты меня не касаешься? Ты сказал: «Не рискну…» И вот сейчас…

Лютомир криво улыбнулся — непонятно чему, уставившись вперёд. В его взгляде читалось, будто в голове происходит какой-то весёлый мыслительный процесс. «Я спросила сущую глупость? — мелькнуло у меня. — Или он придумывает ироничный ответ?»

— Видишь ли, — наконец произнёс он с напускной серьёзностью, — не хотелось бы устраивать опасное светопредставление без подготовки. Даже мимолётное прикосновение превратит меня в генератор, а тебя — в трансформатор. Но рядом, несомненно, должен быть внушительный конечный накопитель, чтобы систему не замкнуло. Желательно размером с небольшую планету.

Мы взошли на борт, и я схватила свой рюкзак, переваривая эту информацию. В голове крутились схемы электрических цепей и образы нас двоих с искрящимися аурами.

— То есть достаточно одного касания? — задумчиво уточнила я, всё ещё не веря, что нет подвоха. — Никаких тайных ритуалов и кровавых жертв с участием девственниц?

— Да, а ты что подумала? — весело усмехнулся Лютомир, явно наслаждаясь моей растерянностью.

Я грозно свела брови, не желая комментировать мои прошлые (и пошлые) догадки и предположения, которые, получается, не имели с реальностью ничего общего.

— И сколько нужно удерживать тот контакт, чтобы получить достаточно энергии? Предметно, в цифрах, пожалуйста, — попросила я тоном учёного, который вот-вот разоблачит шарлатана.

— Ммм, — задумчиво протянул Кащей. Он медленно вышагивал, опустив руки в карманы и глядя на звёзды, будто сверялся с их мудрым советом. — Я думаю, минута зарядит галактику на десятилетие. Или на два. Зависит от...скажем так: какой силы проскочит искра между нами. Он выразительно поднял бровь.