— Божественно, пап. Как и всегда, — выдохнула Джесс, чувствуя, как приятно разливается тепло по телу. Все было идеально. Она сейчас дома, окруженная заботой, и столичные тревоги казались ей теперь бесконечно далекими. — Спасибо.

— Всегда пожалуйста, — Гордон дружелюбно похлопал дочь по плечу. — Отдыхай и набирайся сил, а я пока пойду зверюге твоему мяса нарежу.

Попивая кофе и закусывая сладкой выпечкой, девушка с улыбкой наблюдала, как ее отец усердно готовит завтрак для кота и возится с ним, как с настоящим питомцем. Феликс, разумеется, свой шанс упускать не стал и наслаждался вниманием. Сейчас как никогда важно было дать подопечной возможность накопить те самые чистые и светлые эмоции, поэтому он старался как можно меньше вмешиваться в ее жизнь. Да и облик кота ему по-своему полюбился. Не всегда все-таки получится растянуться вот так на ковре кверху пузом или погоняться за собственным хвостом.

Все оставшиеся рождественские каникулы Джессика провела в гармонии с собой. Каждый ее день начинался с неспешных завтраков с отцом, прогулок по хрустящему снегу и чтения книг у камина. Фелинор днем вел себя, как обычный кот: мурлыкал на коленях подопечной, когда она смотрела телевизор или читала книгу, ел отборное мясо из пластиковой миски или игрался с Гордоном в дразнилки. А вот уже по ночам, когда небо Оук-Риджа застилали сумерки, демон занимался вопросами обороны. Свои силы, как и раньше, он восстанавливал в объятиях одиноких девушек. Каждая из обладательниц магического клейма, сама того не осознавая, делилась с демоном эмоциями, служащими ему источником энергии. К некоторым девушкам Фелинор приходил лично, например к Сент-Клер. Благодаря накопленным эмоциям демон не только укрыл дом Миллеров защитными чарами, но и приумножил собственную силу. Для сражения с Фелиссой или Мортифером этого, наверное, маловато будет, а вот чтобы вскрыть горло очередной эшхеймской шавке вполне хватит. К счастью, с сюрпризами демон больше не сталкивался, но нутром он чувствовал, что появление гончей в этом мире — только начало…

День за днем Джессика потихоньку оживала, излечивая душу домашним теплом и ароматными сладостями. Про Стивена она старалась просто не думать — родной Оук-Ридж надежно укрыл ее от эденбергских разочарований. Но две недели пролетели как один миг, и цифры на календаре вскоре известили девушку о том, что пришла пора возвращаться в университет…

Пока Джессика Миллер пыталась склеить измученное страданиями сердце в уютном заснеженном Оук-Ридже, Стивен Лэнгфорд в это время находился далеко от альпийских склонов. То самое текстовое сообщение, отправленное девушке в соцсети, было такой же красивой фальшивой оберткой, как и весь его безупречный образ. На самом деле блондин остался в Эденберге, запершись в роскошном кабинете отцовского особняка. После защиты проекта в «Аркхем Лигал» Лэнгфорд много работал, чтобы решить финансовые проблемы, но дыры в бюджете все равно начали постепенно «всплывать наружу». Еще и финансы семьи, всегда казавшиеся незыблемыми, тоже начали давать серьезные трещины. Пришлось блондину часами просиживать за отчетами, чтобы вместе с юристами спасти остатки семейного капитала. Однако канун Рождества требовал поддержания статуса, и он просто не смог проигнорировать закрытую элитную вечеринку, которую его близкие друзья каждый год устраивали в загородном клубе. Дорогие костюмы, отборные закуски, звон хрустальных бокалов с коллекционным шампанским и фальшивые рождественские улыбки — здесь всё дышало пафосом, от которого Джессику стошнило бы прямо у порога. Стивен стоял у барной стойки, лениво помешивая лед в бокале с виски, когда к нему подошли двое его неизменных приятелей по клубу — Чедд и Брэдли. Оба выглядели как типичные наследники огромных состояний: высокомерные и холеные, не привыкшие считать деньги.

— Ну и ну, Лэнгфорд, — Чедд снисходительно похлопал Стивена по плечу и сделал глоток из своего бокала. — Мы-то думали, что ты приведешь свою новую пассию. Эту… Как ее там? Миллер? Весь юридический факультет целый месяц гудел о том, как вы вдвоем умыли старика Эшфорда на защите дипломатического кейса.

Стивен едва заметно нахмурился, сохраняя на лице вежливую и холодную маску.

— Джессика уехала на каникулы к семье. Ей нужно было отдохнуть от эденбергской суеты.

Брэдли цинично рассмеялся и обменялся многозначительным взглядом с Чеддом.

— К семье? Брось, Стиви, не смеши. Придумай оправдание получше.

— Просто скажи, что не хотел появляться в клубе со своей «простушкой», — усмехнулся Чедд.

Стивен почувствовал, как в груди закипает злость. Мысль о возможном финансовом статусе Джессики раздражала и одновременно пугала. Он ведь надеялся с ее помощью поправить дыры в бюджете, а здесь такие новости… Да, его и раньше терзали некоторые сомнения, но практика в «Аркхеме» отнимала много времени и сил, поэтому ему долгое время было не до расследований, а вот теперь…

— Мой отец крутится в тех же кругах, что и партнеры «Аркхем Лигал», — продолжил Брэдли, с невозмутимым лицом опустошая бокал. — Наводить справки — это его хобби. Да, понадобилось время и кругленькая сумма, но в итоге все получилось. И знаешь что? Никаких «Миллеров» с крупным капиталом или связями на факультете международного права в университете сейчас нет. Ее отец- обычный провинциальный горожанин. У этой девчонки за душой нет ни цента, Стив. Она пустышка. Самая обыкновенная бедная простушка, которая умудрилась зацепиться за твой статус.

— Мы-то думали, ты ведешь тонкую игру и метишь в совет директоров через ее связи, — подхватил Чедд. — А ты, получается, закадрил молоденькую провинциалку? Красивую, способную, но абсолютно бесполезную для твоего будущего. Интересно, а твой отец в курсе, на кого ты тратишь время, пока ваши семейные акции падают вниз?

Стивен ничего не ответил, лишь крепче сжал в руке полупустой бокал, чувствуя, как в груди растет глухое, уязвленное раздражение. Слова друзей били точно в цель и попадали по самому больному месту — его непомерному эго и расчетливости, о которой так давно догадался Феликс.

Лэнгфорд окинул взглядом искрящийся огнями праздничный зал, и в его глазах снова промелькнул тот самый холодный расчет. Он понимал, что Джессика талантлива, ее напор помог им выиграть кураторство в «Аркхеме», но в его мире безраздельно правили деньги и статус. А простушки, даже самые прелестные, никогда не становились королевами на его шахматной доске. Именно в ту ночь, под циничные смешки приятелей, Стивен окончательно принял решение, что по возвращении в университет нужно будет наконец-то расставить все точки над «и». Обидно, что столько времени упущено зря, но хотя бы та ночь в лесу ему понравилась. Будет с годами о чем вспомнить, как говорится…

А вот в Эшхейме никто из приспешников Фелиссы даже не задумывался об отдыхе. Работы над созданием стабильного портала велись днем и ночью, и спустя почти два лунных цикла жрецы гордо представили правительнице Синдерии результаты своих трудов. Фелисса так обрадовалась, что порывалась сама отправиться на охоту за головой брата, но Мортифер вовремя ее переубедил.

— Моя королева, сначала мы должны убедиться, что портал работает как надо. Советую отправить на разведку оскверненную гончую — она с легкостью вынюхает сущность Фелинора, а потом просто отправим в ответ на ее сигнал подкрепление, чтобы закончить начатое.

Фелисса сначала подумывала возразить, но не стала. В словах генерала была рациональная, пусть и излишне осторожная для высшего демона логика. Рисковать собственной персоной ради первой вылазки в чужой и пока еще малоизученный мир действительно не стоило.

— Твоя взяла, Мортифер, — неохотно процедила демоница, лениво потарабанив острыми когтями по подлокотнику обсидианового трона. В ее изумрудных глазах отразилось фиолетовое сияние свежеоткрытого портала. — Выпускай гончую. Но если эта тварь вернется ни с чем, клянусь, жрецы тогда отправятся в бездну вслед за ней!