— Вроде бы нет, что вы. Ничего особенного. Всего-навсего доморощенный маньяк… Мне так кажется.

— Тогда почему бывший? — сощурилась глава ковена, — Бывших мужей у ведьм не бывает.

— Мы развелись! — сорвалось у меня глубинное.

Не муж. Чужой человек. Даже и не человек. Просто чудовище, исковеркавшее мою жизнь. Чудовище, которому нравится ощущение власти, которое жаждет добраться до моего ребенка, лишь затем, чтобы исковеркать жизнь и ему. Сделать игрушкой в своих руках. Почему? Чтоб отомстить мне. Вот только не ясно, за что. За то, что ушла? Не стала терпеть? Не захотела оставаться куклой в его игре, в его холеных руках?

— По людским законам? — озадачилась рыжая ведьма, — Так это ничего не меняет. Нет власти над ведьмами у законов простых людей. Раз судьбы уже переплелись, то ваша брачная связь не ослабнет. Здесь проще уж уничтожит, чем эту связь распустить. Нет, клан ведьм эту возможность, конечно же, осуждает. Я имею в виду — уничтожить мужа, а не расплести брачную связь. С тех пор, как мы вошли в состав королевства, закон — он и есть закон. Равен для всех. Точней, все мы равны перед законом. Да. В общем, если что-то случится, мы не заметим. Всякое бывает. С лестницы изменщик может упасть. Отравится, вон, хоть бы и волчьим лыком. Чудесное растение, ягодки япие. Можно пригласить вашего супруга в оранжерею, накрыть, допустим, здесь стол. Будет очень красиво. А уж какая ягодка случайно попадётся ему в суфле, так мы этого не знаем. Ландышей в этом году не так много, но на небольшой букет в спальню хватит. Ваш муж просто уснёт крепким сном навсегда. К следующему утру вы станете вдовой. Да, что мне вам объяснять. Жизнь — есть жизнь. Это чудесный подарок родителей и богов. Мы не в силах его отнять по закону. Но помочь смерти прийти мы в силах.

— Уснет?

Ярость ударила в щеки алыми пятнами, ослепила, сорвала жалкую маску цивилизованного человека. Оказывается, эта маска была такой тонкой и хрупкой. Ее просто смело. Я вспомнила, как муж издевался надо мной. Как всем друзьям рассказывал о том, что я ненормальная истеричка, что я смертельно больна, оттого так внезапно постройнела. Все отвернулись, только некоторые звонили, сочувствовали. А ведь я всего-навсего занялась собой, села на диету, скинула пару килограммов. А волосы? Мои чудесные рыжие волосы, которые оставались на расческе клоками. Андрей подмешивал в пищу минеральную подкормку. Я потом нашла банку и чек. В небольших количествах от нее только польза, в больших — чистый яд. Банку он извёл не за год, как было в инструкции, а всего лишь за месяц. Вот тебе и ответ, отчего так сыпались мои волосы. Всем рассказывал, что меня содержит, кормит с руки, обеспечивает ребенка. Хвалился. Вот только я почему-то работала с утра до ночи. Зачем? Да потому что дура! Хотела как лучше. Воспитана так.

А что получилось? Вещи, друзья, квартира, любимый родной город — у меня отнято все. Один человек перечеркнул все мое прошлое. Пытается отобрать последнее, что осталось, безумно ценное, безмерно любимое — сына. Самую мою суть. За что он меня так ненавидит? Борщ пересолила? Не так постель застелила? Я была хорошей женой. Нет! Андрей меня не ненавидит. Здесь другое. Он просто играет. Ему нравится сам процесс — уничтожение меня.

— Ну, да. Уснет и все. Только не проснётся. Ландыши очень опасны. Один букет, оставленный в небольшой комнате, может принести смерть.

— Я хочу, чтоб он испытал все то, что дал мне! Чтоб страдал, мучился, бился, чтоб ощутил себя зверем, которого изловили и заперли. Чтобы бился и не мог ощутить свободу! Магия взвилась к потолку оранжереи. Латунный переплет почернел, хрустальные стекла, вставленные в него, затянуло тьмой, снаружи заклокотала гроза. Удары молнии жахнули по земле. Почудилось, что само небо взорвалось моим гневом. Ненавижу Андрея!

— Где он?

— Ваш козел? Вон там, отошел к горшку с ноготками, спрятался от вас за пальмой. Такой забавный. Не волнуйтесь, ноготки, они даже полезные. Пусть поест. От души! И вещи мы все вернём. Больше меняться без спроса не будем. Даже шторки из щепочек, — я кожей почувствовала, как ведьма дрожит от ужаса.

— Оставьте себе. И жалюзи тоже. Где Андрей? Я хочу развлечений! Желаю мести. Хочу его мучить. Долго.

— Я сейчас провожу. Это мужские комнаты. Тут совсем рядом. Пыточной у нас, к сожалению. нет. Но вы можете открыть портал к себе домой. В родных стенах оно лучше, да? И криков никто не услышит.

— Талит! Хватит сотрясать кадку с пальмой.

— Я — хороший, ты помнишь? И очень любимый. Ценный. Просто, козел. Не всё сразу понимаю. Меня только жалеть можно, верно? Меее! — демон попытался шутить. Вон, даже цветок ноготка в губах зажал.

— Очень хороший. Чуть меня сына не лишил. Точней, чуть его сиротинкой не сделал.

— Я бы твоего сына непременно отдал тебе. Сразу бы отправил! Просто немного задержался. Пропах серой, вот хотел принять душ, чтоб не оскорбить нюх этого чудесного мальчика, чуть рога мои не стащил, поросенок. Это я в хорошем смысле. Шечки у Кирюшеньки такие же розовые, совсем как у поросёночка. И золота бы еще ему дал. И припасов! Мы просто друг друга не поняли, Агатушка. Такой хороший мальчик. Просто сокровище. Умный, воспитанный, почти не заикается при такой-то матери.

Талит зачем-то втянул в рот цветок, проглотил и закашлялся. Роль козла ему даётся непросто. Вон, даже побагровел.

Узкий коридор, просторная гостиная, пианино, еще какие-то инструменты задумчиво замерли в аранжировке из горящих свечных огоньков. Арфа тихонько играет мелодию. Невидимая рука пощипывает ее длинные струны, красавица откликается ласковым стоном, кокетничает со своим музыкантом. Скрипка боится, ее почти нежно гладит смычок. И снова музыканта не видно. Только мелодия, только испуганное звучание струн. Дамский силуэт, исполненный в дереве. Кажется, скрипка и вправду опасается, что сегодня ее перепилит смычок. Чуть мерцают свечи от сквозняка, качается на окне бархатная портьера.

— Вон та комната в углу, — указывает на дверь в стене ведьма.

Я на миг застываю. Там он, главный ужас всей моей жизни. Первая любовь, острая, живая, затмевающая разум, бьющая в самое сердце. Что изменилось, когда? Почему все так страшно закончилось? Может, и вправду здесь есть моя вина? Нет, будь я виновата, Андрей бы попросту развелся со мной.

Холл чудится безумно просторным, путь до его комнаты — ужасно длинным. Талит тихонько поднимает медный засов, он весь в завитках, кажется, в медь вплетены защитные руны. Демон стучит по деревянному полотну двери, и, наконец, тянет за ручку. Почти пустая комната, удобная кровать, небольшой стол, кресло. Андрей стоит у стены. Несчастный, он часто моргает. Плечи опустились, взгляд немного растерян. На меня он смотрит с искренним сожалением. Вероятно потому, что так и не смог извести.

— Андрюшенька, я так мечтала о встрече с тобой! — ручка метлы в моей руке отчего-то нагрелась.

Муж качнул головой, откинул длинную чёлку со лба. Внешне весь праведный, ухоженный, очень красивый. Он напоминает ангела, который не способен сотворить зло, хотя внутри живёт чудовище, что страшнее демона.

— Я рад, что мы увиделись. Я тоже очень ждал этой встречи. Скучал по тебе, переживал о сыне. Не знаю, зачем ты все это устроила с моим похищением. Мы могли просто сесть и все обсудить.

— Что обсудить? Что именно?

Я понимаю, что со стороны выгляжу взбалмошной, странной, опасной, неуравновешенной, злой. Да и пусть!

— Твое поведение, дорогая. Я так понял это место — какой-то приют для женщин? Хорошее место. Уверен, тебе помогут специалисты.

— С чем помогут? Выселить тебя из моей квартиры? Или вернуть те старинные украшения, которые ты своей любовнице подарил. Золото, бериллы, алмазы.

— Какой любовнице, котик? О чем ты. Какие украшения? Не было у тебя никаких украшений. Я состоятельный человек и никогда бы никому не стал дарить потертое барахло. Уж прости.

— Прабабушкин браслет.

— Ах это? Наверное, ты его потеряла. Посмотри получше в квартире. Да и не золотой он был. Зачем бы мне понадобился твой браслетик? Стразы, приклеенные к медному ободку, ты шутишь? Сама посуди. Сядь и подумай. Наверняка ты его потеряла. И нет у меня никакой любовницы. Это — плод твоей фантазии. Все своё свободное время я тратил на поиски тебя и сына. Очень переживал за Кирюху. Он, наверное, подрос? Совсем взрослый стал, правда? Ничего, раз ты нашлась, мы со всем справимся. Ни к чему было устраивать этот театр. Я привык действовать в правовом поле и думаю, никому не нужны официальные заявления. Верно? Похищение человека, лишение свободы, да тут столько статей. А у меня все-таки статус, знакомства. Можно создать себе столько проблем! И все из-за одной психопатки. Поэтому мы сейчас отсюда вместе уедем, дорогая. Я покажу тебя знакомому доктору, он психиатр. Он поставит тебе диагноз, выпишет препараты. Полежишь месяц-другой в больнице, подумаешь обо всем. А там уж передашь мне все права на квартиру и остальное, чтоб я мог распоряжаться твоей собственностью на свое усмотрение. А то мало ли, что ты ещё учудишь. Как выйдешь из больницы, сможешь видеться с сыном. Если врач тебе разрешит. Я столько лет заботился о тебе, и дальше буду точно так же заботиться.