— Так любая может обидеться. Я на балу вообще ни на кого права не имею обращать. С Алёной не то, что шаг вправо-шаг влево — сразу расстрел. Там поворот головы в сторону проходящей девочки тут же материализуется в прилёт флюидов от Алёны. А если я проигнорирую, то будет ещё хуже — надуется на весь вечер. И вот мне кто-то может объяснить: мы с Алёной просто танцуем. За пределами танцпола я её только провожаю и по дороге рассказываю домашку. И она почему-то решила, что у неё на меня есть какие-то права.
Матвей соглашается: — Вот. И я о том же. Некая неизвестная тебе Виолетта считает, что ради неё ты должен бросить всё, и бежать за ней на край света. И если ты так не делаешь — она обиделась.
— Ладно, Виолетту засовываем в долгий ящик, не до неё, не вижу реального варианта пока, — отвечаю я. — Если рефлексировать от такой фигни, то жить-то когда? Но тему я не закрываю в любом случае — как дворянские, так и пацанские представления о чести не позволяют спустить на тормозах подобное нападение. Так что никаких: «Отложил на осень, а там и бросил». Голова сама что-то по этому поводу будет думать, дадим ей немного самостоятельности.
К разговору присоединился Борис Кошечкин: — Зайди в атаку с другого фланга. Ты же говорил, что запомнил нападавших. Скорее всего, они местные. Приглядывайся к парням на разных там мероприятиях — у тебя же чуть не каждую неделю какие-то соревнования, плюс выезды бывают и конференции. Где-то можете и пересечься.
Отвечаю: — Ну да. Вариант.
Дальше обсуждение, и так уже завершавшееся, пришлось прервать, так как в наш кабинет зашли Савелий и Прохор. Собственно, и собирал я всех по их просьбе. Пацаны дружили с сёстрами, и как оказалось, их родители обратились по поводу помолвки к семье их девушек. На что папа девушек ответил, что прежде чем женихаться, претенденты себя должны проявить в каком-то конкретном деле. Родители что одного, что второго им ничего посоветовать не смогли; вспомнив, что Никита обращался ко мне, как к «Судье», они и в этот раз решили подойти за советом. Я взял время «на подумать», а сам напряг Матвея Давидова и Бориса Кошечкина — одна голова хорошо, а три — однозначно лучше.
От Бориса идей не поступило, а вот Матвей предложил «вариант» и сейчас излагал нам подробности: — Всё просто, как кирпич!
Пацаны рассмеялись: в последнее время среди моих друзей было в тренде подкалывать меня «кирпичной» тематикой.
Так вот, — продолжил Матвей, — в деревне у Андрея построены две теплицы, где приезжие… ээээ… буряты… выращивают нужные им специи. Рядом можно построить ещё одну или две теплицы, а Савелий и Прохор будут культивировать в них цветы на продажу. Вот вам и конкретное дело.
— Не пойдёт, — тут же откликнулся Савелий — Мы дворяне, никакой продажи и близко быть не может.
— Так её с вашей стороны и не будет, всё продумано, — Матвей постучал указательным пальцем себе по голове, указывая, где именно «всё продумано», и начал уточнять детали проекта: — Вы создаёте предприятие — цех по выращиванию цветов и нанимаете персонал. Цветы растут, девочки-оранжерейщицы их срезают, и вы эти цветы по договору передаёте на продажу в торговые точки. Чистейшее производство; самое что ни на есть благородное дворянское занятие.
— Как вариант, — согласно кивнул Прохор. — А вложения большие? Мы с Савой много денег не наберём, а у родителей брать — тоже не лучший способ: нам тут же скажут, что на отцовских бабках каждый дурак подняться может.
— Андрей, ты же говорил, что у тебя неиспользуемых денег ещё много? — обратился Матвей ко мне. Я согласно кивнул, а Савелий с Прохором переглянулись.
— Так вот, — отхлебнув чая, продолжил Матвей: — Проект теплицы у тебя есть, он стандартный, рядом с двумя имеющимися строишь ещё один фундамент, покупаешь теплицу в комплекте, смонтировать — неделя; газ и вода рядом, их завести не проблема. И сдаешь теплицу Савелию и Прохору в аренду — точнее, фирме, которую для них создадут отцы. А вам, пацаны, нужно закупить только немного удобрений, так как грунт там хороший, и посадочный материал — семена там всякие и клубни для тюльпанов и гладиолусов и ромашек с незабудками. Учтите, семена стоят не дёшево, и если с финансами совсем туго, то поначалу можно что попроще разводить. В деревне, кроме домов для бурятов, у которых, кстати, есть неработающие в семьях, строится больше двадцати коттеджей для руководства и сотрудников кирпичного завода, и у многих жёны не трудоустроены, так как приехали во Владимир недавно. Вот их Савелий и Прохор на работу и наймут.
— По-моему, схема рабочая. Без всяких там хитросделанных мутных схем. Если выгорит, то вы — молодцы; если нет — много не потеряете; пятьдесят на пятьдесят, короче; — по-своему поддержал проект Борис Кошечкин.
Севернее Владимира. Деревня Первозваново.
О том, что мы приедем, Виктор Дитерихс заранее известил моего управляющего — Виктора Андреевича Вязникова. Собственно, в силу моего возраста всё моё «имущество» и персонал, и управляющий в том числе, подчинялись моему опекуну Геннадию Алексеевичу Перлову. Он и подбирал управляющего по моей просьбе — с появлением земли, кирпичного завода, а теперь ещё и деревни, слишком много дополнительных обязанностей и хлопот легло на Геннадия Алексеевича и специально нанятые люди теперь его разгрузили. С кандидатурой помог конюх монастыря дядя Толя, которого я, как и все, в последнее время называл исключительно Анатолием Дмитриевичем Губкиным. Оказалось, что дядя Толя поддерживает связи со многими «выпускниками» монастырского приюта и среди них нашёлся нужный нам специалист, который согласился перейти к нам на «руководящую должность».
К концу лета эпопея по возведению деревни была почти завершена, причём, в процессе строительства наименование деревни поменялось дважды. Вначале пришлось отказаться от названия «китайская деревня», так как Фениксовы просили сохранять в тайне их пребывание в России, и по документам население деревни проходило как буряты. Название «Рпень» от имени речушки, на берегу которой деревня стояла, тоже не прижилось — из-за неблагозвучности и того, что китайцы при его произношении выдавали что-то типа «липхэн». Так что свежеиспечённые дипломированные проектанты Константин и Марк, за неимением других вариантов, в своих бумагах обозначали её просто как «Деревня Первозванова». И когда мы озаботились официальным названием, менять что-то было поздно: у энергетиков, газовиков и дорожников, а главное — в документах губернской канцелярии, деревня была зафиксирована как «Первозваново» и переделывать все бумаги и перезаключать договора только ради исправления названия, посчитали напрасной тратой времени и сил.
Савелий и Прохор ждали нас на своих машинах около поворота с трассы на Первозваново. Звоню, и они пристраиваются в колонну. Сразу едем к теплицам, где нас и встречает Вязников. Рядом Костя и Марк — наши проектанты. Обходим территорию, «привязываем» проект к местности. Дитерихс и юрист, прибывший с Савелием и Прохором, и представляющий их интересы, обговаривают детали договора, и довольные ребята уезжают. А мы идём осматривать завершающуюся стройку.
Больше всех от экскурсии впечатлились Вася и Боря Перловы — когда они уезжали на каникулы, в деревне возводили стены и крыши, а кое-где ещё с фундаментами возились, а часть будущих объектов вообще была обозначена колышками. Сейчас деревня приобрела жилой вид, рабочие занимаются отделкой, в некоторых домах устанавливают стеклопакеты и монтируют уличное освещение, суетятся с тротуарами и тропинками к домам. И в большинстве домов живут люди.
А мне подумалось: — А начиналось всё с облака, которое мне хотелось изучать. Но для этого пришлось покупать землю, а к ней — и эти неудобья. А потом этот участок потребовался для размещения китайцев клана Фэн. Сюда же пристроились и наши ребята с кирпичного завода. Но приди я первоначально к выводу, что для изучения облака достаточно приезжать к нему два раза в год — и ничего этого бы не было. И так, наверное, всю жизнь: одно решение вызывает цепочку событий, которые ты предвидеть не мог, но которые становятся неизбежными, потому что в основе их лежит краеугольный камень в виде того «первого» решения. И главное, наверное: мог ли я тогда принять другое решение? Или нет? Или в тех обстоятельствах я обязательно должен был поступить именно так, как поступил?
