— Миледи. — Молодой кучер остановился в нескольких шагах от меня, тяжело дыша и переводя взгляд с меня на экипаж. — Вам плохо?

— Нет. Мне просто нужно подышать. Чтобы не чувствовать себя запертой в клетке. — Я отмахнулась от него. — Вы можете идти.

— Я, эм… Я буду ждать вас.

— Не волнуйтесь. Я недолго останусь одна.

Мгновение спустя Андреас подскакал на своем гнедом коне, плавно соскочил с лошади и бросил поводья кучеру.

— Поезжайте.

— Да, сэр. — Кучер поклонился и увел лошадь прочь.

— Ты в порядке? — Андреас оглядел меня с головы до ног и нахмурился, когда его взгляд остановился на моем лице.

Зеркала у меня не было, но я знала, что выгляжу ужасно. Мои волосы были растрепаны из-за духоты в карете. На лбу выступили капельки пота, и еще час назад я чувствовала, как кровь отхлынула от моего лица.

— Я еду в фургоне рядом с кучером, — сказала я ему. — Или ты можешь найти мне лошадь. Но я не собираюсь возвращаться в этот экипаж.

— Хорошо.

— Сколько еще мы будем ехать сегодня? — Я медленно развернулась, осматривая местность. Мы остановились возле рощи, которая окаймляла дорогу с обеих сторон.

— Еще несколько часов, и мы доберемся до деревни. — Он положил руки мне на плечи, разминая затекшие мышцы. — Я пошлю вперед всадника, чтобы нам приготовили ванну.

Он ненавидел это. Это было написано у него на лице. Но ни один из нас не повернул бы назад сейчас, когда на карту поставлено так много.

Чтобы добраться до ущелья Эвон, потребуется пять солнц. Мы могли бы сделать это за четыре, но, если мы растянем время до пяти, это будет означать, что мы сможем останавливаться в гостинице каждую луну. И хотя часть меня жаждала уснуть под звездами, свернувшись калачиком рядом с Андреасом, я хотела быть как можно более отдохнувшей к тому времени, когда мы достигнем дна ущелья.

Завтра мы доберемся до Арани, ближайшего города к Росло, где все члены нашей группы смогут остановиться в гостинице. Но в остальном те, кто путешествовал с нами, разбивали лагерь за пределами небольших деревень по пути следования.

— Ты сможешь продержаться в экипаже до вечера? Мы собираемся отправиться на территорию лайонвика. Они ведут ночной образ жизни, но я бы чувствовал себя лучше, если бы ты не была верхом на лошади или на открытом воздухе.

После того, что я прочитала в библиотеке о монстрах, они казались мне достаточно смертоносными, чтобы я поступила мудро, прислушавшись к предупреждению Андреаса.

— Хорошо.

Как бы мне не хотелось ехать в карете, но и встречаться лицом к лицу с лайонвиком мне тоже не хотелось. Несомненно, в этом путешествии будет достаточно сюрпризов, как только мы доберемся до ущелья.

Андреас наклонился, чтобы поцеловать меня в лоб, затем взял за руку, переплетя наши пальцы.

— Я немного проедусь рядом с тобой и…

Воздух прорезал мужской крик, прежде чем он оборвался.

Мы с Андреасом оба повернулись к лесу, когда по дороге промчалась лошадь без всадника. Кровь хлестала из четырех глубоких порезов на шее животного.

— Лайонвик! — крикнул солдат, и начался хаос. Бойцы выхватили мечи и вставили стрелы в арбалеты. Несколько из них пришпорили своих лошадей в нашу сторону, выполняя свой долг по обеспечению нашей безопасности.

— Уходи. — Андреас схватил меня за руку, крепко держа, когда мы повернулись и побежали к карете.

Густая трава замедляла наш бег.

Низкое рычание привлекло мое внимание, и я оглянулась через плечо как раз вовремя, чтобы увидеть, как над травой мелькнул колючий хвост.

— Андреас, ложись! — Я пригнулась, изо всех сил вцепившись в его руку.

Хвост описал над нами смертельную дугу, но промахнулся. Едва.

Мы бежали, кружась и продолжая удаляться. Хватка Андреаса была неумолимой, когда он тащил меня за собой.

За мгновение до этого из травы выскочил лайонвик, широко раскрыв пасть и обнажив острые черные зубы, готовые вонзить в плоть Андреаса.

Но Андреас уже поднял арбалет и, зарядив болт, быстрым нажатием на спусковой крючок отправил его в сердце чудовища.

Чудовище приземлилось у наших ног, едва не опрокинув нас.

Его грудь поднималась и опускалась от затрудненных вдохов. Кровь сочилась из раны и скапливалась на земле, когда он издал последний рык. Его передняя лапа дернулась один раз, а затем он умер. Его длинный, покрытый шипами хвост обвился вокруг тела, как у змеи.

— Векс, — выругалась я, убирая локоны с лица.

Солдаты, ехавшие к нам, пустили своих лошадей вскачь, их мечи были подняты, они кричали, в их голосах слышалась паника.

Мое внимание привлекла вспышка золота. Взмах еще одного шипастого хвоста, рассекающего воздух на пути к горлу Андреаса.

Я оттолкнула его, а он — меня, мы оба пытались спасти друг друга. Он отпихнул меня достаточно далеко, чтобы хвост не задел моего лица. Но монстр был умен, и, несмотря на то, что я сильно толкнула Андреаса, каким бы ни был контроль над его хвостом, он действовал быстро, как молния.

Хвост прошелся по его груди, прорезав кожаный жилет и разорвав одежду и кожу под ним.

— Нет! — закричала я, когда он упал на колени.

Позади нас солдаты бросились в атаку, но годы тренировок взяли верх. Двигаясь со скоростью, которая была мне не свойственна, я вырвала меч Андреаса из ножен у него за спиной.

Когда второй лайонвик выскочил из травы, я уже замахнулась. Лезвие рассекло шею монстра, отсекая ему голову.

Брызнула кровь. Солдаты закричали. Я упала на колени рядом с Андреасом.

— Божество. — Я оторвала рукав своей туники и прижала его к крови, покрывавшей его грудь.

— Я в порядке. — Он вздрогнул, его руки накрыли мои. — Рана неглубокая.

— Помогите, — рявкнула я первому всаднику.

— Приведите лекаря! — крикнул мужчина через плечо в сторону кареты. Затем он отдал приказ остальным солдатам. — Рассредоточьтесь. Ищите еще. Вы трое остаетесь здесь.

Я проигнорировала их и сосредоточилась на ране Андреаса, надавливая сильнее, чтобы остановить кровь.

— Каспия. — Он накрыл мои руки своими. — Со мной все в порядке.

Я подняла глаза и встретилась с ним взглядом, понимая, что мои глаза полны слез.

— Мне жаль.

— Я в порядке. — Он выдохнул, позволяя мне почувствовать, как поднимается и опускается его грудь. — Я в порядке.

— Я могла потерять тебя. — Мой подбородок задрожал. — Что мы делаем?

— Спасаем королевство от монстров, гораздо более смертоносных, чем лайонвик.

К нам спешила женщина с коричневой сумкой, перекинутой через грудь. Концы ее черных косичек были прикрыты синим шарфом, а сами они свободно свисали. Ее взгляд был прикован к Андреасу, и только когда ее руки легли на мои, я, наконец, отошла в сторону и позволила ей работать.

Она нахмурилась, глядя на него, и покачала головой.

— Эти порезы нужно будет зашить. Но они неглубокие. Шестеро спасли тебе жизнь.

Шестеро могут катиться к чертям собачьим.

Я прикусила язык, когда она порылась в своей сумке и достала рулон марли.

Ловкими пальцами она перевязала рану, затем встала, помогая Андреасу подняться на ноги. Когда они направились к фургонам, я повернулась к мертвым лайонвикам.

Их гладкая, покрытая кожей шерсть была такой же золотистой, как замок, который мы оставили в Росло, а когти — такими же черными, как зубы. Эти существа были созданы для охоты и убийства. И все же это были два самых красивых животных, которых я когда-либо видела.

Даже после смерти.

Я никогда раньше не убивала. Меч в моей руке казался слишком тяжелым, но я не позволила ему выскользнуть из пальцев.

В Нелфинексе водились звери с клыками и клешнями, когтистыми лапами и зубами. Звери, которых боялись люди. Но не Старлинги. Старлинги — никогда.

Вот только та связь, которая связывала нас со зверями, была разорвана на Каландре давным-давно.

Вот с чем Каландра сталкивалась все время, не так ли? Тот фермер, мимо которого мы проезжали ранее. Знал ли он, как спастись от лайонвика?