— Я думаю, тебе лучше оставить это Факсону, милый.

Кос надулся.

— Он больше не разрешает мне забираться наверх, потому что я чуть не упал, и он говорит, что я бы сломал себе шею, если бы он не подхватил меня.

— Наверное, он прав. Кроме того, разве тебе не нужно скоро идти на тренировки с оружием?

Мальчик потянул за веревку на поясе, развязывая узел. Скапулярий (прим. ред.: Скапулярий — элемент монашеского одеяния. Представляет собой прямоугольный кусок ткани с отверстиями для головы, спускающийся спереди и сзади поверх основного одеяния) упал к его ногам, когда он высвободился.

— Хотите пойти со мной? Бьюсь об заклад, Гейбл научит вас обращаться с мечом.

— Кто сказал, что я не умею обращаться с мечом?

— Умеете? — Он искоса взглянул на меня. Мой Кос всегда был настроен скептически.

Может быть, в будущем он прочтет мою книгу о Нелфинексе. И решит сам его найти.

Сорок один

Одесса

В нашей ванной комнате на тумбочке стояла баночка с коричневой краской для волос, которую принесла горничная, пока мы спали.

Рэнсом вошел в комнату и остановился у меня за спиной. Его отражение в зеркале мгновенно сменило выражение с сонного на насмешливое.

— Надеюсь, это не то, о чем я думаю.

Я прикусила внутреннюю сторону щеки, чтобы не расплакаться.

Это было наше третье утро в Куэнтисе, и мне еще предстояло купить новую одежду. Шкаф по-прежнему был полон серых платьев и тапочек.

Теперь я знала почему.

Марго не собиралась покупать мне брюки.

Она была такой милой во время наших совместных завтраков. Расспрашивала меня о том, как я провела время в Туре, и ее интерес казался искренним. Она была мила с Эви, а буквально вчера сказала, как приятно, что у Арти есть друг в детской.

Я должна была догадаться, что все это было шоу ради Рэнсома.

У меня задрожал подбородок.

— Черт. — Рэнсом обнял меня за плечи, пока я смотрела в пол, пряча лицо за завесой волос. Он поцеловал меня в плечо. — Мне жаль.

Вчера вечером, когда я вернулась в номер и обнаружила, что в моем шкафу ничего не изменилось, у меня сжался желудок. Рэнсом, Эви и я провели еще один вечер взаперти, ужиная в одиночестве, поскольку не получили приглашения присоединиться к моей семье.

После ужина я выстирала свою тунику и брюки в ванне, разложив их сушиться на стуле в нашей спальне. Слава богам, что я не оставила их в ванной. Горничная, которая принесла краску, вероятно, получила указание забрать их.

Я всхлипнула, смаргивая слезы. Если я заплачу, Марго победит. Если я надену серое платье, она победит. Если я одену Эви в платья из ее собственного шкафа, Марго победит.

Я не дам Марго победить.

Нам нужны были деньги, и я не собиралась просить их у отца. Но я не была нищей, пока нет.

Как бы ни было заманчиво продать серые платья, они не принесут столько же, сколько набор ножей в шкафу.

А я не могла заставить себя прикоснуться к ним снова. Даже взгляд на рукояти возвращал меня в Эллдер. Какими бы чистыми они ни были, я всегда буду видеть кровь Бэннера на их лезвиях.

Ножи в обмен на брюки и громкое «пошла ты», адресованное Марго, показалось мне честным обменом.

Я встретилась взглядом с серебристыми глазами Рэнсома в зеркале.

— Ты расстроишься, если я продам свои ножи?

Губы Рэнсома растянулись в ухмылке. Его глаза стали зелеными.

— Вовсе нет.

Одетая в новые льняные штаны бронзового цвета и рубашку того же оттенка, я нашла Рэнсома в тренировочном центре замка.

Когда я вошла, меня встретил звук ударов клинков о лезвия, в нос ударили запахи кедра, металла и пота. В одном конце огромной комнаты с высоким потолком группа детей стреляла из лука по круглым мишеням. Несколько рейнджеров проводили спарринг. А Мэй тренировалась с Бриксом, капитаном стражи, на центральном ринге.

Моя сестра избегала нас в течение последних трех дней, с тех пор как она ворвалась в наши покои, чтобы выполнить приказ отца. Я не удивилась, обнаружив ее здесь. Этот центр был любимым местом Мэй в замке.

Брикс был старше Мэй на десять лет, но он был ее любимым партнером по тренировкам и любовником, потому что соответствовал ее интенсивности ритм за ритмом.

Она легко двигалась по рингу, ее меч описывал дугу и рассекал воздух с грацией, которая больше напоминала танец, чем бой. Юбка ее платья развевалась вокруг лодыжек и икр. Нефритовые рукава были свободными и волнистыми, ткань тонкой, что позволяло легко двигаться.

Гейбл, мастер оружия, наблюдал за ними со скамейки, указывая на их ошибки.

Их было немного.

После того, как Гейбл решил, что я безнадежна, я перестала приходить в тренировочный центр на регулярной основе. В конце концов, я совсем перестала приходить, более чем готовая уступить это место Мэй.

Она была такой же быстрой и проворной, как и всегда, и чем дольше она сражалась с капитаном, отстаивая свои права, тем выше становился Гейбл. Тем выше он задирал свой подбородок с ямочкой. На лице пожилого мужчины сияла гордость, когда он наблюдал за своей любимой ученицей.

Я проскользнула в центр и направилась в дальний угол, где Рэнсом и Эви работали вместе.

Он тренировал ее с деревянным мечом. Тем самым деревянным мечом, которым мы с Мэй пользовались, когда были детьми.

Фэйз был на поводке, привязанный к стойке с оружием, висевшей на стене. Он грыз кость, чувствуя себя более довольным, чем когда-либо за последние дни.

Проходя мимо, я наклонилась, чтобы почесать его за ушами, а затем присоединилась к Рэнсому.

Эви высунула язык из уголка рта, сосредоточенно нахмурив брови и сжимая меч обеими руками. Она завела его за плечо, затем взмахнула им вперед, целясь ему в колено.

Рэнсом позволил ей ударить себя, притворившись, что ранен.

Эви хихикнула.

— Я выиграла.

— Ты выиграла. — Он взъерошил ей волосы, забирая у нее меч. — Хорошая работа. Ты можешь передохнуть.

Она убежала и плюхнулась рядом с Фэйзом.

Рэнсом вторгся в мое личное пространство, заставив меня задрать подбородок, чтобы не отводить от него взгляда. Снова серебристого.

— Красивая одежда, моя королева. — Он коснулся губами моих губ. — Я с нетерпением жду возможности снять ее с тебя позже.

По моей спине пробежали мурашки.

Он ухмыльнулся мне в губы, а затем шлепнул меня по заднице свободной рукой.

— Возьми меч.

Я застонала, но подошла к стене с оружием и вытащила меч такого же размера, как у него.

Рэнсом взял свой из угла, а затем повел меня в тренировочный круг, расположенный рядом с кругом Мэй.

По комнате пронесся смешок.

Мэй и капитан прекратили свою борьбу. Оба уставились в нашу сторону, склонив головы и перешептываясь.

Гейбл встал со скамейки перед кругом Мэй и подошел к тому, что был напротив моего.

— Может нам стоит пропустить эту тренировку, муженек? — Я захлопала ресницами, глядя на Рэнсома.

— Ни за что, Кросс.

Черт возьми. Последнее, чего я хотела, так это публики, особенно такой.

Гейбл отказался от меня как от своей ученицы. Он ворчал, что я плохо стреляю из арбалета, и предупредил отца, что я только поранюсь, если буду вооружена клинком.

А Мэй была, ну… Мэй.

В тот момент, когда я падала на задницу, она смеялась первой. А падение на задницу было неизбежным.

— Не обращай на них внимания, — сказал Рэнсом низким и вкрадчивым голосом. — Только ты и я.

Я закрыла глаза и представила себе тренировочный манеж под высокими вечнозелеными растениями. Я представила, как в нос ударяет запах сосны, а под ногами — хвоя. Я глубоко вдохнула и открыла глаза. Затем кивнула Рэнсому.

— Вот моя королева. — Его ухмылка была единственным предупреждением, прежде чем он атаковал.

Я отскочила назад и в сторону, едва отразив удар.