— Ты замужем за Рэнсомом?

— Да.

Мы с Рэнсомом всегда тщательно скрывали наши отношения. На публике я была Спэрроу, замужем за наследным принцем. Он был Стражем, знаменитым воином Туры.

Я поцеловала его в Эллдере перед тем, как увести Эви в подземелье. Может, она помнила. А может, и нет. Это не имело значения. Четырехлетний ребенок не в состоянии был это понять.

— Ооо. — Ее плечи поникли, а затем она всхлипнула и задрожала всем телом. — Но если ты не замужем за папой, то ты не можешь быть моей мамой. С кем мне быть?

— О, Эви. — Мое сердце разбилось, и от боли стало трудно дышать. Я прижала ее к себе и наклонилась, чтобы поцеловать в волосы. — Со мной. Всегда со мной. Несмотря ни на что. Хорошо?

Она кивнула, хотя слезы продолжали литься из глаз.

Я надеялась, что когда-нибудь все это станет далеким воспоминанием. Я надеялась, что она будет чаще улыбаться. Я не была ее матерью, но у меня была материнская надежда, что эта прекрасная девочка преодолеет свое горе.

И, возможно, она еще не знает об этом, но она не одинока. У нее есть брат.

Я дотронулась до своего шрама и крепче обняла Эви.

Мы ехали, пока солнце не коснулось горизонта.

Тора, всегда шедшая впереди Мавинов, свернула с дороги и направилась по тропинке к ближайшему выступу скалы с редкими деревьями. Только когда она слезла с лошади, остальные из нас потрудились сделать то же самое.

К наступлению ночи костер был окружен седлами.

Мы с Эви заняли место Моза, после того как он оставил Мавинов. Пять скаток были пусты, мужчины расстелили их перед тем, как отправиться на охоту.

В то время как дни были жаркими, ночи были холодными. Я разложила наши одеяла: нижнее — чтобы уберечь нас от песка, а верхнее — чтобы нам было тепло.

— Не уходи слишком далеко, — сказала я Эви, пока она играла с Фэйзом за пределами круга седел. Затем я села, отряхивая проклятый песок со штанов.

— Ты сказала, что твоя фамилия Вульф, — сказал Джоди со своего места по другую сторону костра. Какое бы место в кругу я ни выбирала, он всегда оказывался прямо напротив меня, так что, когда бы я ни поднимала взгляд, он был там. Похоже, дразнить меня стало его новым любимым занятием. — Это фамилия твоего мужа?

— Да.

— А какая у тебя была фамилия раньше?

— Почему это имеет значение?

Он пожал плечами.

— Назови это любопытством. У женщины, которая может заплатить тысячу зиллов каждому из нас, должна быть узнаваемая фамилия.

— Заткнись, Джоди. У меня от твоего голоса болит голова. — Тора точила нож. — К тому же, ты уже знаешь, как ее зовут. Перестань мучить Спэрроу.

У меня отвисла челюсть.

Джоди усмехнулся.

— Тора всегда портит мне веселье.

— Вы знали? — Я уставилась на них обоих, разинув рот. — Каким образом?

— Мавины считают своим долгом следить за событиями в каждой королевской семье. Ты единственная принцесса Одесса на Каландре. И если ты была в Туре, то, должно быть, была Спэрроу, а не своей сестрой.

Что ж, она права.

— Почему ты ничего не сказала?

— Мне наплевать, кто ты такая, принцесса. Я ищу монету Золотого короля. Мне нужно расплатиться с долгом, и он поможет мне это сделать.

Я была просто средством для достижения цели.

За последние четыре дня я убедила себя, что вернула себе некоторое подобие контроля. Что Востер больше не манипулирует мной. Я даже гордилась собой за то, что наняла Мавинов и добралась до Лейна целой и невредимой.

Вот только я все еще была всего лишь пешкой. Контроль был иллюзией.

Тора использовала меня для своей выгоды.

Справедливо. Я тоже использовала ее. Все, что меня волновало, — это доставить Эви в Куэнтис и найти Рэнсома.

Джоди скрестил руки на груди, его взгляд переместился за мое плечо, туда, где Эви все еще играла с Фэйзом. Хитрого блеска в его глазах было достаточно, чтобы заставить мой желудок сжаться.

— С тобой все было просто. Но я до сих пор не выяснил, кто эта девочка.

— Она моя. — Я потянулась к мечу, висевшему у меня на боку, и положила его себе на колени.

Джоди мог приставать и раздражать меня сколько душе угодно. Но если он хотя бы посмотрит на Эви не так, как надо, я воткну этот клинок ему в сердце.

Тора рассмеялась. Это был хриплый звук, который редко использовался для смеха.

— Она мне нравится.

— Еще вопросы, Джоди?

— Не сегодня, куколка. — Он опустил подбородок, затем поднялся на ноги, вытирая руки о штаны. — Я собираюсь…

Прежде чем он успел договорить, от скалы отразился лошадиный топот, и пятеро Мавинов, отправившихся на охоту, ворвались в лагерь.

Голдинг появился на свет первым, держа в руках мертвое существо. Он бросил его к ногам Торы.

Тора выпрямилась, хмуро глядя на мертвого зверя.

— Я не собираюсь снимать с него шкуру.

— Мы не будем это есть. — Голдинг упер кулаки в бока.

Я выпрямилась, широко раскрыв глаза, когда увидела монстра.

Каверин.

Это были ночные животные, которые жили в песчаных дюнах Лейна и могли почти идеально видеть ночью. Тело животного было покрыто густым коричнево-черным мехом, а зубы, клыки и когти были белоснежными. Как и два спиралевидных рога, торчащих из черепа существа.

Их помет назывался коракин. Когда его разваривали в кашицу и превращали в пасту, это был сильнейший галлюциноген в Каландре. Это был еще один ингредиент эликсира Луэллы, который привел к созданию Лиссы.

— Мы убили этого и еще одного, — сказал Голдинг, когда остальные Мавины присоединились к кругу. — Нам нужно быть начеку сегодня ночью, на случай, если появятся еще.

— Эви, иди сюда. — Я махнула в сторону костра.

Она схватила Фэйза и прибежала.

Джоди усмехнулся.

— Каверин и близко не подойдет к огню.

Голдинг перевернул монстра, обнажив порез, который тянулся по всей длине живота монстра.

Из него сочилась зеленая гнилостная кровь.

Лисса. Глаза каверина должны были быть желтыми, но даже в тусклом свете я разглядела молочно-белый оттенок.

Дэр, высокий и долговязый мужчина с лохматыми светлыми волосами, подошел и встал рядом с Голдингом.

— С тобой все в порядке?

Голдинг кивнул и наклонился, чтобы осмотреть изодранные остатки штанины. Кожа была разорвана в клочья и покрыта кровью. Красной кровью.

Он схватил нож Торы и разрезал ткань. Его икра была покрыта следами от когтей.

— Он напал на меня в темноте. Моя лошадь тоже получила несколько ран.

— Каверины — злобные существа, — сказал Джоди.

— Ничего подобного я еще не видел. — Дэр направился к своему седлу, чтобы достать аптечку. — Другой был таким же кровожадным. Я отрубил ему рога и лапу своим топором. Но он все равно продолжал наступать.

Мой взгляд был прикован к ногам Голдинга.

— Он тебя укусил?

Все внимание сразу переключилось на меня.

Тора поднялась на колени и медленно встала.

— Почему ты спрашиваешь?

— Он тебя укусил? — повторила я.

— Нет.

Воздух вырвался из моих легких.

— Хорошо.

— Ладно, принцесса. — Тора скрестила руки на груди. — Что ты знаешь?

Возможно, мне не стоило рассказывать эту историю. Рэнсом всегда держал Лиссу в секрете, потому что боялся, что это только вызовет панику.

Но люди должны паниковать. Из-за этого и миграции.

Кроме того, был очень реальный шанс, что Мавины все равно мне не поверят.

Я с трудом сглотнула.

— Это инфекция. И называется она «Лисса».

Двадцать один

Каспия

— Каспия? — Андреас обнял меня за плечи. — С тобой все в порядке? Ты сегодня какая-то тихая.

— Да, — солгала я. — Просто устала.

Устала от видения прошлой луны, которое прокручивалось у меня в голове.