— На континенте Кенн. В стране Нелфинекс. В городе под названием Шоу.

Он сморщил нос.

— Нет никаких Кеннов и Нелф…

— Нелфинексов, — закончила я.

— Этих мест не существует. — Он нахмурился. — Это вам нужно помыть рот с мылом за то, что вы врете.

Я рассмеялась, когда он зашагал прочь, вероятно, чтобы найти что-нибудь перекусить.

Может, это и к лучшему, что люди не знали о Кенне. Возможно, жизнь была бы проще, если бы я совсем забыла о Нелфинексе.

С тех пор как я приехала на Каландру, ни одно из моих видений не было связано с домом.

Я ведь не вернусь в Шоу, не так ли? И Зендра тоже.

Это было больно, но из-за нее, а не из-за себя. Я была странно спокойна, что никогда не вернусь домой. Потому что не стала Старлинг.

Мой ритуал потерпел неудачу, но это не означало, что я должна перестать жить.

Я зевнула, глядя поверх моря на берег. Вдалеке я заметила голубые и зеленые горы.

За завтраком Андреас сказал мне, что мы проплываем мимо Генезиса. Я надеялась, что где-то за этими вершинами все еще жива моя кузина.

— Вот и ты. — Андреас подошел ко мне сзади и обнял за талию. — Кос только что сообщил мне, что ты врушка и мне следует достать кусок мыла.

Я улыбнулась.

— Я сказала ему, что я из Нелфинекса. Он мне не поверил.

Андреас усмехнулся.

— Он упрямый, этот ребенок. Но и любопытный тоже. Держу пари, что после того, как он поразмыслит над этим день или два, у него возникнет куча вопросов к тебе о Кенне. Учитывая, что я никогда не слышал о твоем континенте, неудивительно, что и он тоже.

— Как это возможно? — Я подняла глаза и встретилась с ним взглядом. — Не могу поверить, что я первая, кто отправился на Каландру.

— Не знаю. — Он пожал плечами. — Но за все мои путешествия я ни разу не встречал никого, кто жил бы за пределами Каландры. Я никогда не читал об этом и не знавал о других континентах.

— А как насчет книг по истории?

Андреас покачал головой.

— Нет. Я прочитал достаточно. Не хочу сказать, что чего-то не существует, но это определенно не общеизвестно.

Это казалось невозможным.

В прошлом должны были быть и другие путешественники. Другие пираты, такие как Кэп, хотели испытать возможности своего корабля и команды в духе первооткрывательства.

Андреас отпустил меня и встал рядом. Он наклонился, опустив локти, чтобы опереться о борт корабля. Выражение его лица стало серьезным, такое выражение я видела бесчисленное количество раз.

— Отдам все, что есть в мире за твои мысли.

— Когда я был мальчиком, моя мать подарила мне детскую книжку, полную мифов и легенд. Там была одна история о женщине. Сейчас я не помню ее имени. Но история гласит, что эта женщина проплыла через королевство, покинув Каландру на сто лет. Когда она наконец вернулась, то привела с собой животных, которых мы никогда не видели. Она сказала, что это дары Божества, более могущественного, чем наши Восьмеро.

Божество.

— Она выпустила этих животных из клеток, и они набросились на нее, пожирая до тех пор, пока от нее ничего не осталось, даже костей.

Я содрогнулась.

— Монстры.

— Месть Шестерых. Эта история послужила мальчикам и девочкам уроком того, что нужно быть преданными Богам, которые правят Каландрой. Ибо они — истинные создатели монстров. Силы. Мы ничто по сравнению с нашими богами, и наш долг — подчиняться их воле.

Эти его боги, Шестеро, сами по себе казались чудовищами.

Андреас отмахнулся от этого, покачав головой.

— Это просто детская сказка.

— А что, если это не так? Либо ни один человек из Кенна никогда не ступал на Каландру, либо правда была скрыта от местных жителей, а история — в детских сказках.

— Вот только я не понимаю, зачем это скрывать. Для этого нет никаких причин.

Страх. Причиной был страх.

Что, если другие Безмятежные чувствовали, что ритуал призывает их на Каландру? Что, если они превращались, как Зендра, и уничтожали все на своем пути?

Что, если они становились монстрами?

Как Эмери.

Если был хоть малейший шанс, что я могу превратиться, если ритуал вернется, тогда Андреас должен знать правду. На этот раз всю правду.

— Мне нужно кое-что рассказать тебе о том, что значит быть Старлингом. Это значит больше, чем быть членом королевской семьи. — Я глубоко вздохнула. — Старлинги одарены даром Божества. Представители нашей линии крови проходят ритуал, о котором я тебе рассказывала.

— Чтобы стать тем, кем должны стать.

— Да, но это нечто большее, чем образ мыслей, темперамент или точка зрения. Мы меняемся в буквальном смысле. Быть Старлингом означает, что ты можешь меняться.

Он повернулся ко мне лицом, нахмурив лоб.

— Меняться?

— Менять облик, — мой голос понизился до шепота. — Как только мы проходим ритуал, Старлинг сможет принимать облик любого зверя.

Андреас покачнулся на каблуках.

— Мы с кузиной покинули Нелфинекс не только для того, чтобы отомстить за мою сестру. Я почувствовала зов ритуала. Зендра тоже. Он призвал нас сюда, на Каландру, чтобы мы изменились. Чтобы стать Старлингами.

— Значит, ты можешь… — Он провел рукой вверх-вниз, недоверчиво глядя на меня.

— Нет. — Я покачала головой. — Я не могу меняться. Мой ритуал не удался.

Он уставился на меня широко раскрытыми глазами.

Было ли это пределом того, во что он мог поверить обо мне? Сначала Нелфинекс, потом видения. Если он сможет просто поверить мне сейчас, в этот последний секрет, то между нами больше их не будет.

Андреас взглянул поверх моей головы, чтобы убедиться, что мы по-прежнему одни. Затем он придвинулся ближе и понизил голос.

— То, о чем ты говоришь, — это магия.

— Магия, — повторила я. — Я не знаю этого слова.

— Оно означает «невозможное».

Я грустно улыбнулась ему.

— Только не для Старлингов.

Он провел рукой по волосам.

— Кто-то в твоей семье может превращаться в животное?

— У Старлингов бывают только дочери. Этот дар предназначен для женщин. И как только дочь Старлинга проходит ритуал, тогда да, она сможет превращаться.

— И приход на Каландру был твоим ритуалом?

— И Зендры. Но у нас ничего не вышло. Она превратилась в бэарвульфа и напала на меня. Я спаслась только потому, что спрыгнула со скалы.

— В реку, — пробормотал он.

— Да.

— Ты сказала мне, что хочешь найти свою кузину. Но она может быть где-то там, в облике бэарвульфа.

Мое сердце упало, когда я взглянула на Генезис.

— Или человека. Она должна быть способна превращаться обратно. Если она пережила ритуал. Некоторые люди этого не делают. Также есть вероятность, что она заключена в теле монстра.

Я думала об этой теории с тех пор, как очнулась в его хижине. Произнесение этого вслух делало все это слишком реальным. Слишком разрушительным.

Андреас прислонился спиной к стене корабля, опустил голову и вздохнул.

— Значит, ты не можешь перевоплотиться.

— Нет.

— А если бы могла?

Я пожала плечами.

— Не знаю.

Он стукнул кулаком по верхней перекладине, выпрямляясь во весь рост.

— Если есть хоть малейший шанс, что ты можешь оказаться в ловушке в виде монстра, то ты не можешь перевоплотиться, Каспия.

Это не было заявлением или наблюдением.

Это был приказ.

— Обещай мне, Каспия. — Он взял мое лицо в ладони. — Обещай мне, что ты не перевоплотишься.

— Ты веришь мне, — прошептала я.

Он провел большим пальцем по моей щеке.

— А когда я этого не делал?

Я упала ему на грудь, обхватив его за талию.

— Спасибо.

— Обещай мне, что ты не перевоплотишься, Каспия. Поклянись.

— Я не перевоплощусь. — Я отстранилась и прижала два пальца ко лбу. — Клянусь.

Он закрыл глаза, прижимаясь своим лбом к моему.

— Мы едем в Росло. Это столица Куэнтиса. В замке есть библиотека, в которой больше книг, чем человек смог бы прочитать за две жизни. Может быть, мы найдем там что-нибудь о Кенне. Может быть, кто-то уже встречал Старлингов раньше.