— Ладно, давай сменим тему. Как ты? Что нового в твоём виртуальном королевстве?

Макс оживился.

— Меня наконец-то заметили. Приглашение сразу от двух организаций. Оба хотят меня в свои киберкоманды — выбираю, где условия повыгоднее. Одни платят больше, другие дают свободу и развитие. Всё как в жизни: либо деньги, либо душа.

Лера расплылась в настоящей, искренней улыбке:

— Макс, это круто! Я же говорила, что ты не просто геймер, ты талант. Поздравляю!

Он немного смутился, откинулся на спинку и почесал затылок:

— Да ну, чего ты. Пока ещё ничего не подписал. Но спасибо. От тебя особенно приятно.

Он замолчал на мгновение, глядя в её лицо. Потом вдруг сказал:

— Не расстраивайся из-за этих… Адама и Алеси. Серьёзно. Ты большая молодец. Вывела «Атланта» в топ, команду подняла с нуля. Не каждый сможет. Ты вообще… крутая. Без драмы и мужиков.

Лера посмотрела на него с лёгким удивлением, но ничего не ответила. Только потянулась к печенью, сдерживая смешок.

— Звучит как девиз. Без драмы и мужиков — и в топ.

Макс фыркнул:

— Именно. Так и напиши на визитке. Или лучше — на футболке.

Лера засмеялась. Впервые за весь вечер — легко и по-настоящему. Максим перестал улыбаться, наклонился вперёд и, чуть посерьёзнев, спросил:

— А родители? Как отреагируют?

Лера вздохнула и пожала плечами:

— Как всегда. Обвинят меня. Скажут, что я слишком холодная, слишком занята, не удержала. А Алеся — молодец, умничка, и вообще, она всегда всё делает правильно. Ей же «просто трудно сопротивляться, такая красота». — В голосе прозвучала усталая ирония.

Макс покачал головой, опершись на локоть.

— Знаешь, если когда-нибудь тебе надоест заниматься папиным бизнесом… можешь прийти ко мне. Поможешь администрировать клуб, вести соцсети, турниры, стримы. Ты бы с этим справилась на ура. И без постоянных обвинений.

Лера мягко улыбнулась. Она знала, что предложение от Макса — не просто вежливый жест, а искреннее желание дать ей передышку. Но даже это не согрело её изнутри. Пустота всё равно жила в груди, как старая знакомая.

— Спасибо, Макс. Правда.

Допив кофе, она поднялась.

— Мне пора. А то ещё решат, что сбежала в Мексику с хакером.

Макс хмыкнул и, вставая, взял с неё обещание:

— Только зайди как-нибудь ко мне. Просто поболтать. Мама будет рада, бабушка тем более. Ты у нас почти как родная.

Лера кивнула и вышла, натянув на плечи легкое пальто. Путь домой пролетел незаметно — автоматическими шагами, почти на автопилоте.

Когда она вошла в дом, в столовой горел свет. Отец и мать ужинали в полном молчании, как всегда. Глеб Викторович мрачно взглянул на дочь поверх очков, как будто её появление нарушило его распорядок. Вероника Николаевна аккуратно положила вилку на тарелку.

— Я расторгла помолвку, — сказала Лера спокойно, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Потому что Адам выбрал Алесю.

Отец хмыкнул, не удивлённо, не рассержено — скорее разочарованно, будто всё это было лишним шумом в его устоявшемся мире.

— Надо же, — пробурчал он, отпив из бокала.

Мать вздохнула и покачала головой:

— Лерочка, ну зачем сразу делать такие поспешные выводы… Мужчины бывают слабые. А вы с Алесей с детства как кошка с собакой. Может, это просто… игра? Или ошибка? Ну ты же знаешь, что Алеся очень красивая, не каждый мужчина устоит.

— Да, — Лера усмехнулась. — Только вот я — не игрок. И у меня на кону было сердце.

Тишина накрыла стол. Лера не стала садиться.

— Прекрати этот детский спектакль, — резко сказал отец. — Ты не должна расторгать помолвку. Это глупо, по-детски. Я уже обсуждал с Адамом и его отцом слияние компаний. Всё должно было быть решено. Этот брак — часть большой сделки, ты понимаешь?

— Он мне изменил, папа, — твёрдо сказала Лера. — С Алесей. Моей сестрой. Это не просто ссора. Это предательство.

Но Глеб Викторович будто не услышал. Он продолжал в привычном деловом тоне:

— Эти эмоции ни к чему. Ты взрослая женщина. Иногда приходится идти на жертвы ради дела. Ты думаешь, что у меня всегда всё было по любви?

Лера стиснула зубы.

— Пусть Алеся выходит за него замуж, раз у вас там такие планы, — бросила она, глядя на отца.

Но в этот момент вмешалась мать:

— Нет уж! У Алеси совсем другое будущее. Мы подберём ей более… подходящую партию. Человека её уровня.

— Конечно, — горько сказала Лера. — Всё лучшее — Алесе. Как всегда.

Отец даже не стал это отрицать.

— Это нормально, — спокойно проговорил он. — Она умеет нравиться. Она гибкая. У неё правильный характер.

Лера посмотрела на родителей, словно видела их впервые — холодных, расчётливых, живущих по каким-то своим законам, где любовь — лишняя роскошь. Сказать было больше нечего.

Она молча повернулась и ушла. Поднялась по лестнице, не глядя по сторонам, закрылась в своей комнате. Прислонилась к двери спиной и медленно сползла на пол.

В комнате было тихо. Только за окнами шумел ветер и шуршал дождь. Лера долго сидела, уставившись в одну точку. В груди было пусто. Так, как бывало в детстве, когда ей казалось, что она лишняя в этой семье. Только теперь это ощущение стало взрослым, острым и по-настоящему болезненным.

Смартфон зазвонил назойливо, словно кто-то бил в гонг прямо у уха. Лера поморщилась, зарылась лицом в подушку, но телефон не умолкал. С трудом разлепив глаза, она нащупала аппарат на тумбочке и глухо пробормотала:

— Да?

— Лера, это я, Анна, — голос секретаря был сбивчивым и взволнованным. — Простите, что так рано… Тут такое… Совет директоров… Срочно… Вас обвиняют…

— В чём? — Лера резко села на кровати, мигом стряхнув остатки сна. — Что ты сказала?

— В мошенничестве… и превышении должностных полномочий… Они требуют отстранения. Сегодня утром экстренно собрали совет. Всё очень серьёзно.

— Когда он начинается? — Лера уже встала на ноги, одной рукой закидывая волосы в хвост.

— Через полчаса… Простите, я сама только узнала, — затараторила Анна. — Я подумала, вы должны знать. Они там… настроены решительно.

— Спасибо, — коротко сказала Лера и сбросила вызов.

Сердце стучало как сумасшедшее. Полчаса. В голове с грохотом носились мысли, но одна из них гудела особенно громко: со мной так не могли поступить… это подло… слишком подло…

Лера наспех натянула строгую блузку, классические брюки, бросила волосы на плечи, даже не успев толком привести себя в порядок, схватила сумку и с разблокированного телефона заказала такси. Через три минуты она уже бежала по мокрому асфальту к машине.

Неужели это всё — из-за Адама? Из-за Алеси? Или кто-то просто ждал момента, чтобы вытолкнуть меня? Она смотрела в окно, пока такси мчалось сквозь полупустой город, а внутри всё сжималось в комок. Поверить в происходящее было невозможно. И всё же — это случилось.

Лера шагнула за порог переговорной, стараясь держать спину прямо, но в тот же миг раздался голос отца — не громкий, но ясный, отчетливо слышимый сквозь гул крови в ушах:

— В семье не без урода.

Словно пощёчина. Нет, хуже. Это было клеймо. Отцовское. Публичное. Анна встретила Леру в коридоре, растерянная, глаза её метались между Лерой и закрытой дверью.

— Лера, ты… Всё хорошо? — прошептала она, деликатно.

Лера лишь мотнула головой. Нет. Никаких слов. Ни сейчас, ни потом. Она прошла мимо, будто не услышала, нажала кнопку лифта, спустилась вниз и вышла из здания. Небо всё ещё хмурилось, собираясь вновь пролиться дождём. В лицо ударил тёплый ветер, но он не приносил облегчения.

Такси подъехало почти сразу. Водитель, мужчина лет пятидесяти с усталыми глазами, развернулся:

— Куда едем?

Лера задумалась. Дом? Туда, где будет мать с её вздохами и сочувствием к сестре? Где, скорее всего, уже накрыт ужин в честь умнички Алеси?

— Киберклуб на Речной, — коротко ответила она.