— Год? Зачем так долго? Вы уже достаточно знакомы, давайте осенью, после сбора урожая, организуем свадьбу.

Лабберд никак не ожидал такого поворота. Он втайне надеялся, что срок можно будет сократить и сыграть свадьбу зимой, но про осень, он не мог надеяться даже в самых смелых своих мечтах.

Лабберд принялся объяснять, что это может дурно сказаться на репутации Агны, но увидев насмешливый взгляд Эммы все понял.

Агна стояла рядом с женихом абсолютно счастливая, и рассуждения о времени свадьбы ее натолкнули на неожиданную мысль.

— Нужен этикет! — Лабберд смотрел на нее и часто-часто моргал. Они еще не разобрались с печатной машинкой, а у невесты новая идея? Да, скучно с ней точно не будет. — Правила, поведения в обществе. Например, кашлять в локоть согнутой руки, а не на соседа, не приходить в гости без предупреждения, не вытирать пальцы об одежду во время еды.

Лабберд только закатил глаза, как много ему предстоит узнать и помочь осуществить будущей жене.

На ужине собрались все, даже Эсфирь пораньше закончила работу в лаборатории и примчалась отпраздновать помолвку. Лена каждый прием пищи превращала в отдельное событие. В этот раз она украсила стол яркими розочками из моркови и листьев салата.

В честь помолвки на стол подали какое то особенное вино из запасов графа Готлиба, а перед каждым поставили серебряные кубки, украшенные драгоценными и полудрагоценными камнями. Первым поздравил молодых отец Лабберда, он даже пустил слезу, при этом. Сидящие за столом подняли бокалы за здоровье молодых. Агна едва пригубила вино, и заметила:

— Какой странный вкус. — Сразу после чего бокал выпал из ее ослабевшей руки, а сама она стала заваливаться на сидящего рядом Лабберда.

За общим гомоном не сразу заметили, и только после крика жениха время остановилось. Он тряс тело Агны и спрашивал у нее, что случилось. Первым подскочил на месте Олег, а потом буквально перепрыгнув через стол начал прощупывать пульс на ее шее. К этому моменту поднялась паника, которую он оборвал одним рыком:

— На стол ее! — дело в том, что стол в гостевой зале был огромен, и всегда был занят наполовину. На вторую, свободную половину тут же и положили Агну. Олег подобрал ее бокал, внимательно обнюхал и даже лизнул, после чего сплюнул слюну и передал бокал Эсфирь, — это по твоей части.

Профессор химии тут же выхватила бокал и бросилась бегом из залы.

— Мне нужна вода, тёплая много, и воронка. — Олег раздавал приказы, спокойным и уверенным тоном. — Теплое молоко и тряпки. Ещё тазики, будем промывать желудок.

Лабберд не отпускал руку Агны, и Эмме пришлось его буквально оттаскивать.

— Не мешай, Олег справится. — Незаметно для себя она перешла в общении на “ты”.

Все остальные замерли и только наблюдали за работой Олега. Скоро он начал раздавать приказы и им.

Спустя примерно час, Олег привёл Агну в чувства, промыл желудок и напоил молоком. После чего ее отнесли в покои, из которых Эмма наотрез отказалась выходить, и заявила что она будет сидеть здесь до утра. Лабберд тоже порывался остаться, но Эмма его вытолкала, сказав что Агну нужно переодеть, и вообще ей нужен покой, а Лабберд пусть займётся разбирательством и поиском виновных. К этому времени всем стало ясно, что Агну пытались отравить.

Агна пришла в себя утром, сильно болел желудок и слегка саднили губы. Рядом на кровати спала Эмма. Агна вернулась к событиям вечера накануне и улыбнулась, вспоминая помолвку. А следом вспомнила и про нехорошее вино. Остальное было как в тумане, кричал жених, суетились слуги, но больше всего лютовал Олег. Агна поморщилась, вспоминая как он промывал ей желудок, Пресвятая Дева, и это в присутствии всех! А еще проведя языком по губам, обнаружила, что в результате реанимационных действий, ей кажется повредили губы в нескольких местах.

— Ничего, до свадьбы заживёт! — Мечтательно произнесла она хорошо знакомую фразу, и легонько погладила Эмму по руке.

Подруга открыла слегка красные и припухшие глаза и обняла Агну.

— Я так за тебя испугалась! — после чего рассказала, как страшно это выглядело со стороны. — Олег сказал, что тебе лучше день отлежаться. Я сейчас попрошу, чтобы завтрак принесли сюда. Но скорее всего, вместе с завтраком придут все. Я слышала, что всю ночь подъезжали и уезжали кареты.

Эмма спала не раздеваясь, она слезла с кровати, попыталась разгладить складки, образовавшиеся за ночь, потом только махнула рукой и выглянув в коридор сообщила что Агна проснулась.

Спустя короткое время в покои Агны пришли Олег и Лабберд. Олег поздоровавшись, приступил к опросу и осмотру Агны. Он проверил пульс, осмотрел глаза и горло и констатировал, что все обошлось. Потом взял Агну за руки и рассказал:

— Тебя пытались отравить. Ядом был смазан кубок, Эсфирь определила, что яда наносили много, чтобы наверняка тебя убить. Но ты сама себя спасла, сделав лишь один глоток. Сегодня у тебя постельный режим. А с завтрашнего дня разрешаю вернуться к нормальной жизни. — Констатировал двенадцатилетний доктор. — Я поеду работать, вечером снова зайду. — Сказал он покидая покои.

Лабберд стоял все это время возле кровати невесты и не сводил с нее глаз.

— Вы выглядите похуже Агны, — не удержалась от едкого замечания Эмма. — Присаживайтесь на край кровати, не ровен час, упадете прямо здесь. Лабберд действительно провел самую страшную ночь в своей жизни. Он присутствовал на допросах слуг и совершенно забыл о сне. Единственное, что придавало ему сил, так это слова Олега — с Агной все будет хорошо.

Жених поколебался лишь мгновение, а потом сел на кровать и взял руку Агны в свои. После чего рассказал, что на ужине пропала одна из служанок, ее нашли позже задушенной. Работала в доме несколько лет, тихая, спокойная, дружелюбная. Ночью подняли с постелей дознавателей, они допросили слуг несколько раз, но те ничего нового не могли сказать.

Следом принесли завтрак. Лабберд порывался уйти, но Агна с Эммой его упросили остаться. Эмме нужно было сходить переодеться и помыться, а перепоручить заботу об Агне она согласилась только Лабберду. Конечно неприлично оставлять мужчину в покоях молодой девушки, но пока не закончится расследование, это лучшее решение.

Но остаться наедине им не дали. Следующим пришел граф Готлиб. Он окинул взглядом Агну и устало выдохнул.

— Ох и напугались мы, девочка. — А потом присел к ней на кровать, с другой стороны и тяжело вздохнув сообщил, что даже не догадывается, кто мог желать смерти Агны.

Тут же заглянул Болдер, он извинился, поискал глазами Эмму и после того, как ему сообщили что она ушла переодеваться, вышел.

К расследованию подключили даже преступный мир столицы, но все ниточки оборвались вместе со смертью служанки. И в дальнейшем не удалось найти главного злодея.

А сын графа Готлиба — Эберт, отчаянно сражался с ветряными мельницами. На следующий день после “знакомства“ с Эсфирь, он проехал несколько контор отца, где все служащие, ему единодушно сообщали, что не владеют никакой информации об этой девушке. И чтобы отвести гнев от себя, посылали его в другие места, или к охране. К середине дня он буквально озверел от тщетности поисков.

Охрана, почти со слезами на глазах отвечали, что только сопровождают эту девушку, а подробности совершенно не знают. И что им приказано самим графом Готлибом ни с кем не обсуждать его гостей. Поэтому они сильно рискуют, и вообще им пора ехать по срочному заданию.

Единственное, что удалось выяснить, это место, где проводит все свое время искомая девушка — выкупленный недавно дом по соседству. Туда и направился Эберт, но был остановлен гвардейцами у ворот, и никакие титулы или близость к семье не помогли.

— На территорию посторонним нельзя, только если сам граф Готлиб даст разрешение. — Разводили руками гвардейцы.

Сквозь прутья решётки, Эберт рассмотрел карету девушки, и принял решение — ждать ее, когда она куда нибудь поедет. Он сгонял свою охрану за едой и удобно устроился в карете у ворот. Гвардейцы подходили несколько раз, и умоляли его уехать, но он лишь отвечал что никому своим присутствием не мешает, и останется здесь сколько захочет.