— В парк! — Ответил старший Берид и неожиданно подхватив Эмму под руку, первым направился на выход. — Позвольте, будущая баронесса Эмма, обсудить с Вами несколько деталей.

Лабберт по примеру отца подал Агне руку, и та смущаясь вложила свою ладонь в тёплую руку. Лабберт ее крепко сжал, а Агна слегка покраснела.

— Агна, я помню, как однажды Вы немного напугали всех, спрятавшись за шторой в нашем доме. Это было лет десять назад, тогда я впервые обратил на Вас внимание… — И Лабберт принялся развлекать Агну историями из прошлой жизни.

Парк, в который пригласил всех гулять Готлиб, располагался вокруг дома и за ним. Дорожки лучами расходились в разные стороны и дугой огибали многочисленные насаждения. Это были в основном невысокие искусно подстриженные хвойники. А по периметру парк окружала высокая каменная ограда.

Когда стало совсем темно, слуги принесли факелы и расставили их в специальных выемках по краям дорожек. Таким образом парк приобрел праздничный вид.

Лабберда с Агной на одной из дорожек перехвалили Готлиб с Эммой и поделились затруднением, с которым столкнулись:

— Титулованных особ отличает наличие фамилии. А Эмма таковой не имеет. И нужно до завтра дать ответ, потому что все бумаги готовы, но мы не можем выбрать. Те варианты, что предлагаю я, Эмма отвергает, а её варианты мне кажутся не подходящими. Ну разве может фамилия баронессы быть “Российская”? — С недоумением рассуждал Готлиб, при этом почесывая кончик носа.

— Баронесса Эмма Российская! — Торжественно произнесла Агна. — А мне очень нравится. Я согласна, что очень необычно, но вместе с тем звучит могущественно и красиво.

После этого жаркие споры возобновились. Отец и сын предлагали различные варианты, означающие красоту, радость или стойкость. А Эмма с Агной настаивали на своем. В итоге Бериды сдались.

— Не нам жить с такой фамилией. Но все же подумайте до завтра.

А Агна восхищалась выдумкой Эммы. Ведь если в этом мире есть ещё попаданцы, они не могут не откликнуться, услышав такую звучную фамилию.

— Надо всех оповестить, что баронесса Эмма Российская ищет помощников. — Уже за ужином переглядывались подруги.

А вечером закрывшись в покоях Агны строили планы, кто откликнется на их призыв? Какими знаниями и умениями будут обладать попаданцы? Как скоро они откликнутся? И вместе с тем вставал вопрос о самих Агне и Эмме. Им определённо придётся признаться о своем переселении в тела. Но как на это отреагируют Бериды и все остальные?

Агна поэтому и стремилась узнать подробности о своём далёком предке. Возможно после того, как она расскажет правду о нем, девушкам будет легче раскрыть свою тайну?

— Давай завтра займёмся поисками информации о первом Рокане? Мне кажется с него все началось и он должен был оставить подсказки о себе.

— И заодно посмотрим твой дом. Мне очень интересно! — Хихикнула Эмма.

Утром, за завтраком, подруги объявили о своём решении. И добавили, что они одни не справятся. Лабберд тут же предложил вызвать специалистов, которые в этом помогут. За что получил благодарный взгляд Агны.

После завтрака обменялись планами, Готлиб поехал к королю, получать документы на баронессу Эмму Российскую. А Лабберд с Агной, Эммой и дознавателями отправятся в столичный дом Роканов.

По дороге к дому Роканов, Лабберд развлекал подруг разными историями из светской жизни общества, девушки слушали и слегка улыбались тому, что во все времена людьми движут одни и те же желания. А когда карета остановилась и подруги вышли, то замерли на месте, не веря своим глазам.

— Лабберд, а кем построен этот дом? — Первая пришла в себя Агна.

— Первым из семейства Роканов. Говорят он оставил наказ — никогда не менять облик этого дома.

— И никого не смущает вид этого дома? — Эмма как и Агна находилась в ступоре.

— Пожалуй нет, все уже привыкли. Хотя… вот вы сейчас сказали и я тоже задумался. Дом из красного кирпича, с необычными зубцами сверху. Да, это необычно.

— Это не дом, это кремль, пошли внутрь — Агна решительно отправилась к крыльцу с куполообразной крышей.

Дом был построен в виде квадрата, с четырьмя башнями по углам. Соединялись башни между собой широкими переходами, которые использовались как музейные залы. Здесь были собраны образцы оружия, картины, статуи. Во внешней стороне дома окна-бойницы почти не пропускали свет. А та стена, что выходила во двор была снабжена большим количеством стрельчатых окон, которые начинались от пола и заканчивались у потолка.

— Кровиночка моя! — Агне на грудь упала пожилая старушка, она не могла произнести слова от разрывающих её рыданий.

— Здравствуйте! Я потеряла память и никого не помню. — Привычно говорила Агна, а старушка подняла на нее заплаканные глаза и шмыгнул носом ответила:

— Лили я, твоя нянька, деточка. — И снова уткнулась Агне в грудь рыдая.

— Лили. А скажи, где мой отец хранил семейные бумаги? Ты знаешь? — Старуха тут же перестала плакать и охотно откликнулась.

— Дак в мужской башне и хранил. Показать?

— Веди! — Коротко бросила Агна, и в сопровождении подоспевших дознавателей отправилась за старушкой. Та по дороге пробовала снова разреветься, но Агна ее отвлекала вопросами.

— А другие башни как называются?

— Женская, детская и служанская, для слуг то бишь. — Рассказывала нянька, преданно глядя на свою госпожу.

— Деточка, а почему дома то не живёшь? Нам сказали, что Пресвятая Дева тебя уберегла, ждем, все глаза проглядели, а тебя все нет.

— Я живу в доме Беридов. Мне так удобнее. Не знаю когда вернусь сюда. — Старушка начала было плакать, но тут же спохватилась.

— Дошли. — И легко распахнула здоровую резную дверь, в два ее роста.

— Мы здесь годами будем искать, — Агна окинула взглядом огромную залу, установленную по периметру сундуками. В центре находился большой стол резного дерева с такими же стульями. На полу огромный домотканый ковер, с геометрическим рисунком.

— Лили, а сколько таких залов в мужской башне?

— Четыре, они на каждом этаже одинаковые, только убранство различается. Есть спальня, обедня, а это кабинет. — Говорила старушка и с интересом выглядывала из-за плеча Агны.

— Только женщинам туда нельзя. — Неожиданно остановила нянька Агну.

— Почему это?

— Дак мужская же! — Как нечто очевидное сообщила Лили.

— И убирают в ней тоже мужчины? — С подвохом спросила Агна.

— А кто же ещё! Мужская же! — Упорно повторяла нянька но с любопытством заглядывала внутрь башни.

— Я по праву хозяйки сама туда пройду и Эмме разрешаю. — Шагнула вперёд Агна и пригласила присоединяться к ней остальных. Уже вскоре помещение не казалось таким просторным, от количества находящихся в нём людей.

— Лабберд и все присутствующие! Мы ищем любые бумаги, касающиеся моего далекого предка — того самого первого Рокана. Мне нужно их изучить. — Мужчины с пониманием кивнули и разошлись проверять сундуки.

А Агна с Эммой прошла по периметру залы и замерла возле портрета мужчины. Темные стриженные волосы, аккуратная борода, белая расшитая по вороту рубаха и надпись внизу “Иван Рокан“.

— Тебе ещё нужны доказательства? — Спросила Агна подругу, после того как вслух произнесла надпись. Та лишь помотала головой в ответ.

Вскоре стол начал заполняться скрученными в трубочку пергаментами. Дознаватели мельком осматривали текст, и нужное, на их взгляд, отбирали.

— Госпожа Агна! Здесь свиток с надписью “Тем, кто придёт следом”, — голос одного из дознавателей нарушил тишину. Агна взяла его и поманив Лабберта вышла на лестницу, так как Эмма не умела читать, Агна читала вслух:

Мои потомки! Я хочу чтобы вы хранили традиции и уклад жизни, заложенный мной. Я от рождения князь Дмитрий из Пскова. Междоусобные войны вымотали мою дружину, а подлое предательство сгубило меня и мою семью. Но не ведомой мне волею, я очнулся в теле малолетнего графского сына, из очень древнего и обедневшего рода. Судьба подарила еще один шанс, и я ухватился за него. Продолжайте начатое мной и храни вас Пресвятая Дева.