— Хорошо.

— Ты отправил то, первое? — спросила Талия, поворачиваясь обратно. Кассий кивнул. Она изучала его, гадая, не лжет ли он. Но усталость обвила ее плечи, и, возможно, она тоже не хотела с ним ссориться. Она с трудом подобрала следующие слова. — Я.… я получала что-нибудь из дома?

— Нет.

И тут же ее желудок скрутило. Прошли уже дни с тех пор, как она прибыла в Ваккариум. И ее матери не было дела до того, как у нее дела? Жива ли она? Она отодвинула жжение, собравшееся в горле.

— Ты ожидала чего-то? — мягко спросил Кассий.

Она не хотела слышать мягкость в его голосе. Видеть тихое понимание ее боли от того, что от матери нет вестей. Это не должно было так ее беспокоить. У нее был долг, который нужно выполнить. Клятва, которую она дала. Чувствам не было места в ее миссии.

Она насильно прочистила горло.

— Как зовут принца?

Кассий переменился при смене темы.

— Принц Эней из Дома Лоренция, а что?

— Он сегодня прислал мне еще один подарок. — Она кивнула в сторону гостиной, где на низком столике перед камином стоял шахматный набор из черного мрамора. — Он никогда не подписывает свое имя. Почему? — Она повернулась к Кассию, заметив, что его лицо тщательно скрывает эмоции.

— Драматизм, я полагаю, — наконец сказал Кассий.

Несмотря на мрачный ужас, который она раскрыла относительно убийства своей семьи, Талия фыркнула. Звук заставил губы Кассия изогнуться.

— Ты сказал ему, что я люблю играть?

Кассий помедлил, прежде чем кивнуть.

— Ты ненавидишь меня за это?

Ненависть.

Талия сглотнула, отводя взгляд. Потому что она должна была ненавидеть его. Но после его откровения — того, как он обошелся с Лордом Адрианом — эта ненависть, казалось, слегка померкла.

— Нет. Нет, я не ненавижу тебя за это, — тихо сказала Талия. Она сосредоточилась на шахматном наборе, чтобы не видеть облегчения в его глазах. — Хочешь сыграть? — Она взглянула обратно, и Кассий медленно кивнул.

Прежде чем потерять смелость, она двинулась в гостиную, опустившись в одно из бархатных кресел.

Через мгновение Кассий последовал за ней, заняв место напротив нее на кушетке. Тишина навалилась, треск поленьев в камине был единственным звуком.

— Ну? — спросила Талия, наконец взглянув на него. Он казался напряженным и смотрел на нее с такой интенсивностью, что она удивилась, как не загорелась. — Ты готов?

— Я всегда готов к тебе, Принцесса.

Талия проглотила внезапный жар в желудке, взяла пешку и передвинула ее на две клетки.

Они не разговаривали, пока играли, мрамор звенел, когда они обменивались фигурами.

— Ты стала лучше, — сказал Кассий, когда Талия забрала его ферзя ладьей.

Талия подняла бровь.

— Я всегда была лучше тебя.

Кассий усмехнулся, его глаза засветились, когда он убрал своего слона с пути ее ферзя.

— Возможно, но я кое-чему научился с тех пор, как мы были вместе.

Вместе.

Талия передвинула еще одну пешку, пытаясь преградить слону путь к королю.

— Например?

— Отвлечению, например. — Мозолистые пальцы Кассия передвинули коня, снимая ее пешку.

— Отвлечению? — Талия подняла взгляд и увидела, что он наклонился вперед, положив руки между коленями. Камин отбрасывал тени на его скулы, подчеркивая острые грани лица. Пламя превратило его волосы в обожженный янтарь, переливающийся глубокими оттенками красного и золотого.

Кассий улыбнулся, показав кончики клыков.

— Шах.

Талия нахмурилась, взглянув на коня, готового снять ее короля. Она передвинула короля из опасной зоны.

— Ты не отвлекаешь.

— О нет? — Кассий наклонился еще ближе. — Истинный позор. Тогда мне придется стараться усерднее. Шах.

Хмурый взгляд Талии усилился при виде слона, стоявшего лицом к ее королю.

— Что происходило сегодня в тронном зале? — Она передвинула ладью перед слоном, защищая короля. Кассий снял ладью, а Талия забрала его слона. — Это было связано с болезнью?

Кассий сделал паузу, его глаза на мгновение метнулись вверх.

— Да.

— Что Лорд Дамиан… что он делал?

Кассий передвинул другого коня обратно на исходную линию.

— Он использовал принуждение.

— Принуждение?

Кассий кивнул.

— Чистокровный Вампир, как Лорд Дамиан, имеет возможность склонять других делать то, что он хочет.

— Что значит «чистокровный»?

— Вампиры с красными глазами — чистокровные — рождены от чистой вампирской крови. — Как Лорд Дамиан. — Золотистые глаза принадлежат Вампирам, рожденным от чистой крови и обращенным, их называют полукровками. Но у них также могут быть зеленые глаза, не только золотистые.

— Почему?

Кассий пожал плечами.

— Это как-то связано с тем, как Маги создали их. Когда Вампиры начали обращать людей, это изменило то, как магия была записана в их крови и как она проявляется. Вроде как когда волк спаривается с дворнягой, их потомство выглядит иначе. Вампиры и люди никогда не должны были… смешиваться.

— Но они смешивались.

Кассий заерзал, его глаза сверкнули.

— Это происходило только после того, как человек обращался и сам становился Вампиром.

Талия не поверила в это. Она поставила бы всю оставшуюся Руду в Агрипе на то, что было больше людей, которых… заставляли делать другие вещи, кроме обращения. В конце концов, люди были добычей для Вампиров.

Талия закусила губу, обдумывая информацию. Кассий проследил за движением. Она остановилась.

— А что насчет остальных? У тебя глаза голубые, и всегда были. — Правда, голубизна глаз Кассия усилилась, почти как будто их заточили точильным камнем.

— У любого человека, обращенного Вампиром, независимо от его статуса чистого или полукровки, цвет глаз остается таким же, как когда он был человеком. Ты обнаружишь, что их не так много, как можно подумать.

— И вы все трансформируетесь? — Она не могла выкинуть из головы образ съежившегося черепа Лорда Дамиана.

— Да, когда Вампир испытывает сильное желание или использует свою силу, он может трансформироваться. Многие могут контролировать это, но другие предпочитают принять это.

Талия вздрогнула, затем ужас скрутил ее живот.

— На меня применяли принуждение?

Лицо Кассия смягчилось.

— Нет. То кольцо, что на тебе, было зачаровано Магом. Оно останавливает эффекты Принуждения.

Талия уставилась на кроваво-красный рубин, заметив, как он, казалось, втягивает свет.

— Кто-то пытался принудить меня в тронном зале, когда меня представляли.

— Что? — Слова Кассия стали смертоносными.

Она покачала головой.

— Я думала, Лорд Адриан что-то делает, но если только чистокровные Вампиры могут… — Лицо Кассия потемнело, но Талия спросила: — А что насчет тебя? Тебя принуждали?

Эта мысль скрутила ее желудок узлом.

— Нет. Принудить обращенного сложнее. Тот факт, что мы когда-то были людьми, но теперь стали чем-то иным, сбивает с толку влияние Вампиров. Но даже так, нас тренируют противостоять этому. Лорд Дамиан силен, тот Вампир, которого привели к нам, был слаб.

— Что вы пытались выяснить? Франческа… — Разум Талии метнулся к любовнице Джулиана. — Она упомянула, что пытается найти лекарство. — Она передвинула другую шахматную фигуру.

Кассий передвинул фигуру, даже не глядя на доску.

— Да, это было о лекарстве.

— И нет никаких зацепок к нему? Неужели нет ничего, что могло бы помочь им выздороветь?

Кассий передвинул слона, открывая своего короля, хотя Талия не думала, что он это осознал.

— Совет принца занимается этим.

Это не было ответом, но учитывая выражение защиты, которое теперь появилось на лице Кассия, она не думала, что получит от него что-то еще.

Талия передвинула ферзя.

— Мат.

Кассий поднял бровь в удивлении, затем фыркнул смешком.

— Похоже, это я отвлекся.

Талия усмехнулась, вытягивая шею, затем поморщилась от острой боли, исходящей от горла. Она коснулась синяка, который портил ее шею, того места, где Кассий укусил ее прошлой ночью.