Талия так сильно сжала глаза, что заплясали пятна. Все, что она видела, — это невидящие глаза Ариадны, ее шея, рваная и разодранная, как пустая кукла.

Пот выступил на лбу, и она подавила желчь, подступившую к горлу, когда воспоминание о той ночи обрушилось на нее со всей силой.

— Нет, нет, нет, — закричала Талия. Ее руки скользили от крови сестры. Она хлынула на пальцы, делая их скользкими, пока она пыталась приставить обратно голову Ариадны. Ее прекрасные золотистые волосы, которые были заплетены с цветами, были пропитаны вязкой жидкостью.

— Уведите королеву! — закричал кто-то еще — возможно, ее отец.

Слишком много всего происходило. Тронный зал взорвался хаосом. Стражи пытались отбиться от Вампиров — тех, кто полностью поддался жажде крови и охотился на придворных, собравшихся на свадьбу.

— Нам нужно уходить, — кто-то схватил ее за руку, стражник, чьего имени она не помнила.

— Спасите ее! — рыдала Талия, слезы смешивались с кровью на ее руках.

— Выведите их! — прорычал другой.

Талию подняли на ноги, ее шелковые туфли промокли в поднимающемся месиве, подол был испорчен и выпачкан ярче вина. Ариадна сама выбрала это платье.

— Выведите королеву и принцессу! — Это был ее отец, кричавший страже, в то время как Вампир, который должен был стать мужем ее сестры, стоял перед ним. Стражи пытались вывести королевскую семью из тронного зала, пытались запереть Вампиров внутри, хотя там все еще были невинные.

Королева присоединилась к Талии, ее корона была потеряна, глаза побелели от страха. Она схватила Талию так сильно, что остались синяки.

— Ариадна! — кричала Талия, пока ее голосовые связки не сорвались. Она повернулась, пытаясь вернуться в комнату, пытаясь добраться до сестры.

Но все, что она увидела за стражей, выстроившейся в ряды вокруг них двоих, был ее отец.

Ее отец, чьи глаза расширились, когда он уставился на свою грудь — на руку, торчащую из нее.

Затем его позвоночник разлетелся по полу, и он рухнул.

— Нет! — закричала королева.

Двери тронного зала закрылись, оставив внутри лишь хаос…

— Я везде тебя искала. — Яркий голос Камиллы раздался за спиной, слишком жизнерадостный для горя, висевшего над шеей Талии, как топор. — Слуга сказал, что видел, как ты направилась в библиотеку, но это явно не библиотека, так что ты… — Слова оборотня замерли, когда Талия медленно подняла голову.

Она даже не заметила, что слезы текут по ее щекам, пока вода не упала на ее сжатые кулаки.

— Кто они были? — выдавила она.

Лицо Камиллы дрогнуло.

— Кто был кто?

— Не притворяйся дурой, — прорычала Талия. — Кто были те Вампиры, которые пришли тринадцать лет назад в Агрипу? К какому Дому они принадлежали?

Камилла замерла, взглянув на испорченную карту на столе.

— Ты действительно хочешь знать?

— Если ты не скажешь мне сейчас же, я вырежу это из тебя. — Талия отпрянула от стола, ее руки были липкими от чернил — от призрачного веса крови. — Кто они были?

Оборотень не отступила, когда Талия остановилась перед ней. Глаза Камиллы затвердели.

— Дом Галлинус.

Талия почувствовала, как слова приземлились, пронзив глубже клинка. Она повернулась, стены кружились и искажались, как грязные края зеркала.

— Талия? — Слова Камиллы то появлялись, то исчезали, голос оборотня был неразборчив, словно она говорила под водой. — Талия?

Талия бросилась бежать.

Она выбежала из комнаты, ее сапоги скользили по камню. Гнев подстегивал ее, каждый шаг отдавался в ноге, наполняя легкие раскаленной добела яростью. Она проскользнула за угол, ее плечо заныло, когда она врезалась в стену с такой силой, что бра задрожали.

Никто не стоял на страже у тронного зала. Но Талии было все равно, когда она ворвалась в двери и ее взгляд упал на того самого Вампира, которого она искала.

— Ты. — Талия встретилась взглядом с Лордом Адрианом. Глава Дома Галлинус стоял в стороне, наблюдая за чем-то, что происходило в центре комнаты.

Талии было все равно.

Она выпотрошит лорда от головы до пупа, вытащит его кишки на растерзание стервятникам. Затем она отрубит ему голову и насадит на стену замка, чтобы все видели, что принес ее гнев.

Она сделала один шаг к Вампиру, когда кто-то преградил ей путь.

— Уйди с дороги, — прорычала Талия Кассию.

— Что это значит? — возмущенно прошипел Лорд Адриан. Это только разожгло огонь внутри Талии еще сильнее.

— Я не знаю, что случилось, — тихо сказал Кассий, все воспоминания об их жаркой перепалке прошлой ночью были забыты. — Но пойдем со мной, и ты расскажешь мне. Я смогу это исправить.

— Исправить? — рявкнула Талия, ее смех был кислотой на языке. — Единственный способ исправить — это убить его. — Она выбросила палец, ее рука так сильно тряслась, что он колебался, как лезвие ножа.

— Поверь мне, я бы тоже ничего не хотел больше, чем убить его, Принцесса. К сожалению, убийство лорда вызовет хаос в дворах.

— Мне все равно. — Глаза Талии горели, рука опустилась вниз. — Убей его.

Кассий шагнул ближе, запах его кожи прорвался сквозь ее ярость. Он все еще пах солнцем и землей.

— Расскажи мне, что случилось, и, возможно, мы придумаем что-то другое, что не приведет к гражданской войне.

— Он был… он убил… — Талия задохнулась, ее глаза так сильно затуманились, что она едва видела Вампира, который проклял ее семью.

— Кассий. — Осторожный голос Кигана раздался где-то в комнате. Разнесся эхом шорох и глубокий стон, который Талия не могла определить.

— Я не знаю, кого он убил, но могу догадаться, — мягко сказал Кассий, осторожно беря ее под руку. — Но ты не можешь быть здесь.

При словах Кассия Талия наконец осмотрела комнату.

Весь совет принца, кроме Камиллы, был там, вместе с Лордом Адрианом и.… еще одним Вампиром.

Он стоял на коленях посередине комнаты, а Лорд Дамиан возвышался над ним. Красноглазый Вампир преобразился, его кожа ввалилась и стала пепельной. Вены тянулись под его тонкой плотью, клыки обнажены, когда он смотрел на Вампира на коленях.

— Что происходит? — выдавила Талия.

— Тебе нужно уйти, — снова тем же мягким тоном сказал Кассий, пытаясь вывести ее.

— Какого хрена происходит? — Талия вырвалась из его хватки, споткнувшись мимо него. Она не заметила, что Вампир на земле был согнут, его левая рука растопырена на полу. Его рука была сломана, каждый палец скручен и вывернут под неестественным углом, и собиралась кровь, пропитывая пол тронного зала. В правой руке он держал молот.

— Уведите ее! — снова прошипел Лорд Адриан. — Лорд Дамиан, заканчивай.

Талия с ужасом смотрела, как лицо Лорда Дамиана исказилось, и Вампир на земле поднял молот, прежде чем обрушить его на свою уже сломанную руку.

Вампир застонал, слезы текли по его лицу, когда он снова поднял молот и опустил его с тошнотворным хрустом.

— Прекратите это, — прошептала Талия, застыв, когда Вампир продолжал крушить свою руку. Он не контролировал свои движения. Не мог остановить ту пытку, которой его подвергали. Как и она не могла контролировать, когда тот Вампир убил ее сестру. — Немедленно прекратите.

— Ты желала быть частью этого мира? Править? — сказал Лорд Адриан под звуки дробящихся костей. — Ты желала назвать это место своим домом? — Лорд Адриан даровал змеиную улыбку, его собственные черты исказились. — Добро пожаловать.

— Талия, прошу. — Кассий схватил ее за руку, слегка потянув. Его лицо было искажено болью, но что-то еще сверкнуло в его радужках — глубоко укоренившаяся ярость. Она не знала, была ли она направлена на нее или на кого-то другого в комнате.

Вся борьба покинула ее, когда Кассий начал выводить ее.

— Итак, где ты видел укушенного? — Голос Кигана был мягким, почти как будто ему было жаль того, что происходит. Но она не слышала ответа другого Вампира, когда двери тронного зала закрылись, запечатав совет принца внутри.