— У этой женщины зуб на моего мужа, — леди Бертран тяжко вздохнула. — До него она добраться не может. Стефан — равноценный противник. И выгнать его невозможно. Вот и бьет по мне. Это низко. Увы, пока нет реальных доказательств. Только косвенные улики.

На языке вертелся еще один вопрос. О причине ссоры между ректором и бывшим заместителем. Но его задать я опять не посмела.

— Это самое гадкое, — продолжила леди Бертран. — Наказывать противника, издеваясь над близкими. Над слабыми.

По телу прошла дрожь. Снова вспомнился Ричард. И Кейт. Я сжала зубы и приняла решение обратиться с просьбой к супругу леди Бертран. Сегодня же.

Но, увы.

Через пару часов профессор решил устроить мне сюрприз. Явившись на тренировку в его кабинет, я обнаружила там трех девушек с палочками в руках. В одной из студенток я узнала Тину. Ту самую, которая приказывала Кейт мне навредить.

— Заходи, не стой на пороге, — проговорил с улыбкой профессор Бертран. Я его сразу не заметила. Он сидел не за столом, а в кресле у стены. — Не удивляйся компании. Большинство моих студентов работают в группах. Так быстрее продвигается процесс обучения. С тобой это пока невозможно. Из-за твоей защиты. Кто-то может покалечиться. Но я решил кое-что тебе показать. Начинайте, леди, — велел он студенткам.

Второго приглашения не требовалось. Девчонки подняли палочки над головами и… выпустили искры. Падая, те никого не задели. Затанцевали в воздухе, а в сантиметрах от ковра растворились, не оставив дыр или подпалин. Затем Тина вышла вперед и, направив палочку на стол профессора, заставила взлететь книги и закружиться, будто на карусели.

— Осторожнее, — посоветовал Бертран, продолжая улыбаться. — Это довольно ценные экземпляры из местной библиотеки. Книжные феи не обрадуются, если хоть одна страничка пострадает.

— У меня всё под контролем, профессор, — заверила Тина, и книги закружились быстрее.

Закончив (все томики без происшествий опустились обратно на стол), девчонка уступила место подругам. Те тоже продемонстрировали умения. Одна заставила чахнущий цветок на окне распрямить листья, вторая поменяла цвет стен в кабинете с коричневого на зеленый.

— Мне кажется, так уютнее, профессор, — объявила она.

— Пожалуй, — согласился он. Поднялся с кресла и подошел ко мне. — Видишь, Кира, сколько интересного можно сделать с помощью магии. И это только начало.

— Понимаю, — пробормотала я, чувствуя себя неуютно под пристальным взглядом Тины. Она не сводила с меня взгляда. Недоброго взгляда.

— Поверь, я не пытаюсь заставить тебя чувствовать ущербность, — заверил Бертран, заметив, что я нервничаю. — Наоборот. Хотел подарить тебе стимул. Студентом я сам всегда наблюдал за учениками, сумевшими достичь серьезных успехов. Чужие умения подстегивали меня стараться сильнее. Ты видела, как ловко девочки управляются с палочками. Уверен, ты не прочь сделать то же самое.

— Это так, — призналась я.

— Вот и славно. На сегодня ты свободна. А мы тут еще немного позанимаемся.

— До завтра, — попрощалась я.

Реализацию плана по защите Ричарда пришлось отложить. Не просить же об этом профессора при Тине.

Возле спальни нас с Реми встретила Джули. Она буквально подпрыгивала от нетерпения.

— Мне нужно кое-что тебе рассказать! Срочно! Я подслушала один разговор!

— Потише, — шикнула я и распахнула дверь.

Но собачку было не остановить. Она продолжала тараторить, как заведенная. Спасибо хоть в спальне никого не оказалось, и кроме нас никто не слышал этого «извержения». Даже столь интенсивный лай показался бы соседкам странным.

— Я слышала их разговор! Они обсуждали преступления! Мойра боится, что всё связано! Они были знакомы с Сибил! Раньше! До Академии! — трещала Джули, а я ничего не могла понять из ее сумбурного объяснения.

— Кто с кем говорил? Можешь объяснить толком? И медленно?

Собака завертелась на месте, как волчок.

— Они шептались! Я слышала! Мойра сказала, что, быть может, это связано с тем, что случилось в прошлом!

— Та-ак, — я села на кровать и потерла занывшие виски. — С кем говорила Мойра?

— С леди Уорнер. С высшей магиней. Той, что у вас языки средних миров преподает!

— Ого… — сказать, что я удивилась — ничего не сказать. — То есть… Мойра обсуждала нападения с леди Уорнер?

— Именно это я и сказала! — Джули выглядела обиженной. — Мойра подошла к ней и начала шептать. Но я слышала! У меня же собачий слух, а не как у вас!

— И что конкретно Мойра говорила? Ну же, Джули. Медленнее. По порядку. И в деталях.

— Так я и говорю… — собачка негодующе фыркнула. — Подошла, значит, Мойра к высшей. И говорит: а вдруг нападения связаны с той давней историей? Мол, Сибил убили, потом ее саму — Мойру — пытались прикончить. Взрывную невидимую ленту на дверь повесили. Но Уорнер отмахнулась. Сказала, нет никакой связи. Иначе с какой стати Бертран травить. Она тут вообще ни сном, ни духом. Мойра обиделась. Посоветовала высшей старухе оглядываться, когда по коридорам ходит. Вдруг она следующая. А та только посмеялась. Сказала, что у Мойры богатое воображение. Та история давно похоронена. В смысле, все мертвы. Некому мстить. Вот!

Я задумчиво почесала лоб. Джули, впрямь, подслушала интересный разговор.

Что же получалось?

Сибил Шо, Мойра и леди Уорнер были знакомы до работы в Академии двуликих и оказались замешаны в некой дурной истории. Причем, их действия заслуживали мести.

Ну и ну…

— Ты молодец, Джули, — похвалила я собачку. — Всё это очень интересно. Вдруг леди Уорнер ошибается, и всё же остался некто, способный им мстить?

— Или это совпадение, — выдвинул свою версию Реми, редко участвующий в подобных обсуждениях. — На леди Уорнер же никто не нападал. Да и права старушка. Леди Бертран в эту картину не вписывается.

— Может, нападение на нее и не связано с остальными. А что? Один преступник — тайный мститель, а другой пытается подставить ректора.

— И всё происходит одновременно? — Реми посмотрел выразительно. Как человек.

— Почему нет? Жизнь штука странная. С кучей сюрпризов.

— Но…

Аргумент лика остался не озвученным. Резко распахнулась дверь, и на пороге появилась Мойра. Та самая Мойра, которую мы только обсуждали.

Я вздрогнула, решив, что комендант подслушивала и знает, о чем я говорила.

Но дело оказалось в другом.

— Идем, — велела она. — Тебя срочно вызывают в целебный блок.

— За-зачем? — я испугалась не на шутку. В чем еще меня обвиняют⁈

— Объясню по пути, — Мойра нетерпеливо махнула рукой. — Ректор в ярости. А когда сие происходит, лучше не усугублять.

Я пошла за ней на дрожащих ногах. Что бы ни произошло, кажется у меня неприятности.

— Кто пациент? — спросила я, пока мы шли по коридорам. По спине бегали мурашки. Целый стайки. Будто объявили соревнования.

— Кейт Роджерс.

— Что-о-о⁈ Но я ее не трогала! Клянусь!

— Знаю. Ты в этот момент была в кабинете профессора Бертрана. Зато Кейт кое-кого тронула. Твоего старого пса. Подкинула в воздух при толпе свидетелей. В холле. Хотела, чтобы другие видели. И применила дополнительную магию. Сильную. Калечащую. Да только случился рикошет. Теперь от твоей собаки. Ударило мощно. Кейт сильно пострадала. Еще и другим ученикам досталось. Но там мелкие травмы. Ушибы в основном.

— Но… как?

— Вот ректор и хочет понять, что такого в старой дворняге. Я рассказала, что по твоей просьбе пыталась наложить на собак защиту, и получилось только с бывшей питомицей Сибил Шо. А рыжий пес… До него я магией не дотянулась. Ректор проверила его. В очередной раз. Нет на нем защиты. Вообще никакой. Но рикошет случился. И посильнее, чем от тебя.

— Как такое возможно? — у меня ум заходил за разум.

Мойра пожала плечами. Мол, это не ее весовая категория. Пусть другие маги разбираются и ищут ответы.

В приемной целебного блока было не протолкнуться. Рикошет зацепил десятков семь студентов. Несколько лекарей одновременно принимали пострадавших. Перебинтовывали, давали микстуры, обрабатывали порезы. Но большая часть пациентов всё ещё ждала очереди.