Впрочем, сейчас я соврала сокурсникам.

Опасалась я вовсе не студентов-нарушителей. Беспокойство вызывала собачка леди Шо. Та пыталась воплотить угрозу в жизнь и каждый раз, когда рядом со мной не оказывалось Ричарда, ходила следом. На уроках ложилась рядом и ныла, ныла, ныла. Говорила, что я вредная и бессердечная. Все остальные слышали исключительно жалобное поскуливание. Довольно раздражающий звук. Однако терпели. Студенты не смели ругаться на питомицу «уехавшей» преподавательницы. А ее коллеги сочувствовали животинке, потерявшей хозяйку. Разумеется, все удивлялись, что собачка ходила именно за мной. Но пока никто не видел в этом ничего подозрительного.

Странно, что сегодня упрямицы нигде не наблюдалось. Может ее, наконец, отправили из Академии куда подальше?

Это было бы для меня идеальным исходом…

Леди Уорнер оказалась предусмотрительной. Явилась на урок в очках с темными стеклами, по которым время от времени пробегали загадочные блики. Эти очки позволяли нам смотреть на педагога и не испытывать жутких ощущений.

— Итак, у нас новенькая, — констатировала леди Уорнер. — Придется непросто. Остальные успели уйти вперед. Но уверена, ты приложишь максимум усилий, Кира. А ты, Киран, не кривись. Сделал штрафное домашнее задание?

— Да, — парень небрежным движением поправил черные волосы.

— Тебе нужно особое приглашение? — осведомилась леди Уорнер.

Киран без особой охоты поднялся на ноги и… начал рассказывать о том, почему люди средних миров любят пользоваться техникой. Смысл был в том, что они — лентяи. Я слушала и дивилась, какое отношение роботы имеют к уроку по языкам.

— Неплохо, — похвалила леди Уорнер, когда Киран закончил. — Построение предложений верное, использовано много новых слов, но произношение, по-прежнему, хромает. Хотя ты определенно делаешь успехи в языке сиреневого мира.

Я вытаращила глаза. В смысле, сиреневого мира? Да-да, я теперь знала, что это такое. Так назывался мир, в котором мы с Кираном недавно побывали. Но ведь парень сейчас говорил на нашем языке. Я же понимала каждое слово!

— Откройте учебники на странице сорок восемь, — распорядилась педагог. — Прочитайте текст. Затем ответьте на вопросы ниже. Постарайтесь, чтобы ответы не были односложными.

Я, как и все, открыла нужную страницу, не понимая, какой в этом смысл. Пробежалась взглядом по строчкам и снова удивилась.

Это был обычный текст. На нашем языке. Речь шла о двух женщинах, делающих покупки в магазине техники для дома.

— Так, Кира. Для тебя другое задание, — леди Уорнер подошла к моей парте. — Подобные тексты для тебя пока недоступны. Не сможешь прочесть ни слова. Нужно сначала разобраться с алфавитом. Понять, как пишутся и произносятся буквы.

— Но… — я снова глянула в учебник и… закрыла рот.

Ибо до меня дошло.

Текст был на языке сиреневого мира! И Киран говорил на нем! Но я… Я почему-то всё понимала. Как лики!

Но ведь я же не лик, а двуликая. У меня у самой есть лик.

Да что со мной творится?

— Ты хорошо себя чувствуешь? — спросила леди Уорнер. — Побледнела.

— Да. Всё в порядке, — пробормотала я. — Просто осознала, как много нужно выучить. Это непростая задача, учитывая, что большинство двуликих обучаются с детства.

А что? Требовалось же дать какой-то ответ. Правду говорить точно нельзя. Вдруг способность сходу понимать другие языки сочтут столь же опасной, как и разговоры со зверьем.

— Понимаю, — закивала леди Уорнер. — Но уверена, с моим предметом ты точно справишься. Как и с остальными. Это с магией бывает непросто. Ее необходимо приручить. Что до теории, тут главное старание и усидчивость.

— Я буду стараться, — пообещала я.

— Вот сейчас и проверим, — педагог поманила меня в конец класса.

Мы сели на последнюю парту, дабы не мешать остальным, и леди Уорнер принялась знакомить меня с алфавитом. Процесс продвигался без особых сложностей. Я смотрела на странные закорючки и одновременно видела два варианта написания букв: привычный и новый. Безумие? Да. Но такова была моя реальность.

— Смотрю, у тебя неплохая память, — констатировала педагог и пошла проверять, как справились с заданием остальные.

Я же с грустью посмотрела на алфавит.

И что со всем этим делать?

Понятно, что притворяться. Но как справиться с такой эмоциональной нагрузкой? Как же мне хотелось иметь под боком того, с кем можно обсудить копящиеся проблемы. Кого-то вроде тётки Доры. Но увы. В стенах Академии я не могла рассчитывать на союзника, способного хранить секреты. Потому что мои секреты — особенные. Хранить их равносильно преступлению. Никто в здравом уме на это не пойдет. Выдаст меня с потрохами. И прощай не только будущая работа в средних мирах, но и жизнь.

…После урока меня поджидал очередной сюрприз. Неприятный само собой.

В коридоре обнаружилась собачка леди Шо. А с ней профессор Морс.

— Тебя-то мы и ждём, Кира, — объявил он, отведя меня в сторону.

Я чуть на пол не села с перепуга. Заместитель ректора узнал мою тайну⁈ Или же счел настойчивость собачки подозрительной?

В любом случае, у меня бо-ольшие неприятности.

— Мы с леди Клейторн приняли решение, — начал профессор, и я чуть наутек не кинулась, решив, что самые страшные опасения подтвердились. А тот продолжал, не подозревая, что со мной творится: — К сожалению, у леди Шо не осталось родственников, а в ее родном мире не так просто найти тех, кто готов заниматься пристройством собачки, успевшей пожить среди двуликих. Это не то чтобы клеймо, но и не достоинство. В общем, многие педагоги заметили, что животное ходит за тобой. Один питомец у тебя уже есть. А стало быть, и опыт по уходу имеется. Мы с ректором решили доверить тебе заботу о собачке.

— Э-э-э…. — только и выдала я, ощущая себя в ловушке.

Да, тайну, к счастью, никто не выяснил. Но владение псинкой — это как раз огромный шаг на пути к провалу!

— Ты же не собираешься отказаться, Кира? — спросил профессор, хмурясь.

— Нет. Конечно, нет, — торопливо заверила я.

А какой выбор? Заявлять, что не согласна с решением ректора?

— Вот и славно, — он улыбнулся. — Принимай «имущество».

Профессор удалился довольный, а я посмотрела на помалкивающую пока собачку и неодобрительно покачала головой. Вот радость-то!

— Она такая милая, — улыбнулась Эмилия, подойдя к нам. — Но грустная. Надеюсь, вы с ней подружитесь. Ей, правда, нужна новая хозяйка.

— Я тоже надеюсь, — ответила я, вкладывая в слова иной смысл. Мол, пусть животинка смирится и начинает новую жизнь.

…В спальне нас встретили бурно. Айви умилилась новой обитательнице. Кейт принялась ворчать, что у нас теперь не жилое помещение, а псарня. Но делала это негромко, будто не обращалась ни к кому конкретно. Ричард уставился изумленно. Как же так? Смысл ведь был в том, чтобы держать собачку на расстоянии.

— Так решила ректор, — объявила я, отвечая всем сразу.

Вскоре девчонки убежали на занятия, а я осталась с ликом и зверьем. У меня сегодня в расписании уроков больше не было.

— Послушай очень внимательно, — заговорила я с собачкой.

— Джули.

— Что?

— Меня зовут Джули, — поведала собачка. — Можно обращаться ко мне по имени. Другого питомца же ты называешь Ричардом, а не псом.

Я подавила вздох. Ладно. По имени, так по имени. Она имеет на него право.

— В общем так, Джули, — продолжила я. — Запомни раз и навсегда. Больше никаких истерик в присутствии посторонних. Иначе… найду способ изгнать тебя из Академии. Да, я понимаю, что ты хочешь наказать убийцу хозяйки. Но я не могу пересказать другим твои слова. Это подставит под удар меня. Магам нельзя понимать зверей. Это считается неправильным. Меня уничтожить за такое могут. Так что прости, я не буду ставить на кон свою жизнь. Леди Шо уже мертва. Ей всё равно. А я умирать не желаю.

Собака молчала. Возразить против такого было трудно. Но смотрела на меня так печально, что мне стало совестно. Пришлось добавить: