- Магия пространства и искажений! – гордо произнес хранитель, будто он сам участвовал в ее создании.

О том, что эта за магия, я осознала лишь спустя три часа.

Глава 9

Отобедать мы решили на живописной поляне, укрытой, с одной стороны, тенью векового дуба. Неподалеку журчала речка, маня своими водами и даря прохладу в знойный день. Не то чтобы мы прям так устали и запыхались, просто мне вдруг захотелось устроить настоящий пикник с отдыхом и развлечениями, а не перекус на скорую руку и помывку с помощью ковшика и ведра холодной воды.

Хотя сомнения у меня все же были, но решила в кой-то веке отмахнуться от них. Во-первых, мы заслужили небольшой отдых, все-таки столько дней пробирались сквозь камни и ветер, а во-вторых, где-то глубоко внутри осело нехорошее предчувствие, что все пережитое нами – это только цветочки, основные трудности еще впереди.

Да и поведение хранителя показалось мне странным. Я-то думала, что он решит осмотреть свои новые владения, полетать, так сказать, над вотчиной, но нет. Этот дракончик не отходил от меня ни на шаг, молча думая о чем-то своем.

Говорить кому что делать мне не нужно было. Едва мы остановились на поляне, каждый, словно по негласному уговору, занялся своим делом. Олберт сразу же отправился на поиски дров, Кариб принялся обихаживать лошадей, а Витар, подхватив лук и колчан со стрелами, скрылся в лесу.

Лишь дети, стоявшие чуть поодаль, смотрели на меня с немым вопросом в глазах. Их взгляды, полные детской непосредственности и легкой растерянности, как бы говорили, мол, а нам что делать?

А что должны делать дети в возрасте десяти лет и младше? Играть и веселиться, конечно. Разве не так? Детство, такое хрупкое и драгоценное, не должно быть омрачено заботами взрослых. Уж я-то об этом знаю как никто другой! К тому же мне было искренне жаль их, за свою короткую жизнь они уже успели примерить на себе несвойственную для ребенка роль – роль добытчика и хранителя очага.

Передо мной стала дилемма: отпустить детей одних к реке, но тогда, уверена, я начну нервничать и переживать о их безопасности, ведь следить за ними было некому, или все же попросить их собрать для чая немного спелых ягод, коих на поляне было большое количество.

Разум возобладал над желаниями. Выдав детям по глубокой деревянной тарелке, велела им заняться собирательством. Десять-пятнадцать минут не сыграют роли, зато за это время Сани успеет разложить на траве покрывало, достать из походного ларца продукты и сбегать за водой к реке.

На сей раз готовить обед я решила сама. Продуктов у нас оставалось не так много, но и экономить на них теперь не имело смысла. Здесь было в достатке как дичи, так и подножного корма в виде ягод, грибов, съедобных трав и кореньев. Уж что-что, а их я умею готовить не хуже шеф-повара в пятизвездочном ресторане. Тяжелое детство, да и юность, оставили неизгладимый след на моих вкусовых пристрастиях.

Пока я занималась готовкой, нет-нет да и поглядывала в сторону веселящейся в воде ребятни. Хорошо еще детская психика гибка, а память избирательна. Вон уже забыли и о усталости, и о пережитых трудностях! Даже Сани, казалось, скинула с себя лет этак пять, едва принялась играть с детьми. Пусть, им нужнее. Я-то знаю, каково быть в постоянном напряжении.

Одно мне не давало спокойствия. Вид молчаливого хранителя. Он то и дело вздыхал, а когда забывался, что-то гневно шептал себе под нос.

- Ты чего такой тихий? - спросила я, протягивая ему кусочек сыра, который хранила до лучших времен в коробе со стазисом. Он осторожно взял его, не отрывая от меня взгляда. - Неужели тебе не интересно посмотреть, что там, за теми холмами?

Хранитель лишь тихонько фыркнул. И знаете, в этом звуке мне послышалось что-то вроде сожаления. Или, возможно, предостережения.

- Ты что-то знаешь, да? - прошептала я неуверенным голосом и оглянулась.

На поляне мы были одни. Кариб и Олберт решили присоединиться к детям. Искупаться, заодно присмотреть за мальчишками. Сани, получив мое молчаливое разрешение, увела Лору вверх по течению, где имелась небольшая заводь, скрытая за густыми камышами.

О Витаре я даже не думала, зная, что в ближайшие два-три часа его мы точно не увидим. Лес – это его стихия, там он чувствует себя как дома. И точно не вернется, пока не добудет для нашего стола какую-нибудь дичь.

Хранитель горестно вздохнул и впервые перевоплотился, представ передо мной в виде старика, убеленного сединами. Его глаза, глубокие и мудрые, смотрели на меня с глубокой грустью и с толикой сожаления.

- Там нет ничего, хозяйка, - безрадостно произнес он, вновь вздыхая. – Глуп я и наивен. Ты сама, наверное, уже догадываешься, о чем я имею ввиду.

- Догадываюсь, - честно призналась я. – Начала догадываться, еще будучи у границы. Искорка ведь не так просто говорила загадками? Не хотела она, чтобы мы оказались в сердце Дортланда, по крайне мере в ближайшее время.

- Если бы была возможность, я бы ее воскресил, наказал за беспечность и вновь развеял! – зло произнес Дарк. – На нее была возложена ответственная миссия по сохранению божественной искры, а она…, - махнул он рукой и едва не сплюнул на землю от досады.

- Зато теперь с нашим появлением все стало на свои места, - попыталась успокоить я хранителя. – Защита активирована, око разбужено, а что на счет богатств, то тут я и не надеялась на чудо, зная, как и в каких условиях жили последние поколения де Сантар.

- Знает она! – взъелся он на мои слова. – Там ничего нет! Только голые стены и прогнившая крыша! Ни утвари, ни мебели, ни постельного белья! Эта тварь даже не позаботилась о том, чтобы наложить руны стазиса! Как так можно, а?! Хранитель она или кто?!

Дарк отвернулся, будто стыдился себя.

- Тише, тише, друг мой! Зачем так изводить себя? Поверь, оно того не стоит. Я понимаю твою досаду, Дарк, – мягко сказала я, положив руку ему на плечо. – Но гнев не вернет прошлое и не исправит ошибок. Мы справимся, честно. А ты нам в этом поможешь! Ведь поможешь?

- Конечно помогу! Как я вас тут брошу одних?! Да и мои знания тебе пригодятся.

- Ну вот видишь, не все так плохо как кажется на первый взгляд. Главное, чтобы было понимание и согласие, а остальное приложится.

С этими словами я встала на ноги и поспешила пригласить всех к накрытому столу.

Обед прошел весело и задорно. Накупавшиеся мальчишки вмиг умяли приготовленную мной похлебку, хотя еще вчера они чуть ли не воротили от нее носы. Нет, я-то их прекрасно понимаю, возраст такой, что организм требует разного и вкусного. А где его взять, это вкусное, когда порой даже дров было недостать? Вот и приходилось постоянно готовить в большом количестве из суп-пюре из соленого мяса, круп и овощей. Готовую еду хранили в мини-ларце, не давая ей прокиснуть.

Правда сегодня я расщедрилась, теперь уже зная, что в скором времени сил нам понадобится много и на совсем иное, ежели просто путешествие. Вытащила из короба целую палку колбасы, козьего сыра и одну большую ковригу хлеба из ржаной муки.

К чаю на скорую руку напекла уже ставшие привычными нам лепешки. Только на этот раз у меня было чем их подсластить, благо дети набрали ягод с лихвой.

Отобедав, оставила Сани за старшую. Сама же, выудив из своего мешка чистые вещи, кусок мыла и липового лыка, поспешила к заводи.

Отмывалась я, наверное, с час, а то и больше. И все из-за большой копны волос, которые еще при подходе к границам своих земель хотела безжалостно отрезать. Ну не привыкла я к такой длине, мой максимум – по плечи, не больше.

Уговорили, убедили, пригрозили. Так можно описать наш жаркий спор по этому поводу. Олберт вообще заявил, что благородной леди не гоже ходить безволосой, даже если жить она будет в глуши, вдали от светских раутов и взглядов.

- Это варварство, моя госпожа! - театрально заламывая руки, убеждал меня Кариб. - Женская красота – это дар природы, а волосы – ее венец. Нельзя так небрежно относиться к тому, что дано тебе свыше.