- Вау! – только и смогла произнести я, завороженно вглядываясь в даль. – Это и есть сердце Дортленда?
- Оно самое, - гордо произнес не весть откуда взявшийся хранитель. – Красиво, да?
- Очень, - не скрывая восхищения ответила ему и поспешила спрыгнуть с телеги.
Моему примеру незамедлительно последовали и остальные. Как оказалось, мы стояли на краю обрыва, откуда открывался потрясающий вид на долину.
- Я активировал око, хозяйка. Но спускаться в долину на ночь глядя не стоит. Слишком опасно для незнающего.
Я была согласна с ним, хотя, признаюсь, хотелось иного. Была бы одна, то еще бы рискнула, но со мной дети, которые сильно устали. Мало ли, вдруг оступятся или, не дай бог, свалятся с обрыва вниз головой.
Решив все же прислушаться к совету, я велела мужчинам разбить лагерь поближе к вратам. Здесь, на небольшом плато, ветер был не таким пронизывающим, а трава казалась гуще и мягче, обещая хоть какой-то комфорт после долгого пути. Пока они деловито разгружали поклажу и разжигали костер, я подошла к краю обрыва, откуда открывался вид на долину.
Внизу, под покровом сгущающихся сумерек, раскинулась огромная, темная чаша, полная теней и неясных очертаний. Из глубины ее поднимался легкий туман, придавая пейзажу мистическую, почти нереальную красоту.
Но дольше всего мой взгляд задержался над всевидящим оком, парящим над долиной. Оно показалось мне живым. Огромный круглый зрачок, словно сделанный из сверкающего обсидиана, отражал в себе все вокруг, словно зеркало, вмещающее целый мир. Вокруг зрачка располагались тонкие лучи, которые то расширялись, то сужались, словно пульсируя в такт невидимому дыханию.
- Бдит, - благоговейно произнес хранитель, всматриваясь ввысь.
Я не стала отвечать на очевидное. Да и зачем, если и так все понятно. Сейчас меня волновали более насущные проблемы: как и где дальше жить; есть ли в долине дома, пригодные для жизни; если есть, то сохранилась ли домашняя утварь и все, что нужно на первое время. Простые вещи, которые раньше казались само собой разумеющимися – чашка, ложка, одеяло – теперь приобрели ценность, которую невозможно было измерить.
- Ты спускался в долину?
- Нет, - ответил Дарк, странно замерев, будто над чем-то раздумывая. - Защитный купол активирован оком. Даже мне нельзя пройти через него без твоего разрешения.
- И как его предоставить? – этот мир был полон загадок, от которых у меня уже пухла голова.
Дарк, казалось, вышел из своих раздумий. Его взгляд снова стал острым и внимательным.
- Там нет ничего сложного, хозяйка. Подойдешь к куполу, приложишь к нему ладонь и мысленно укажешь на тех, кого хочешь пропустить в долину.
- И каждое новоприбывшее лицо должно пройти эту процедуру? – не унималась я.
- Естественно! Я же говорю: только тебе решать кому жить с тобой рядом, а кому нет!
Хм-м-м… Странно. Что-то нелогичное было в его словах. Будто что-то он упускает в своих пояснениях. «Или скрывает», – невесело усмехнулась своим мыслям.
Увы, на то у меня были свои подозрения, но о них я никому не расскажу, пока не получу подтверждения своим догадкам.
Утро нового дня встретило нас яркими лучами восходящего солнца, пением птиц и шепотом листвы. Впервые с момента моего попаданства я с уверенностью сказать: выспалась. Это было не просто ощущение бодрости, а глубокое, восстанавливающее силы спокойствие, которого я не испытывала уже очень давно. Пусть и не на мягкой пуховой перине, и уж точно не в привычной кровати с белоснежными простынями, но мягкая, податливая земля под спиной и свежая, упругая трава, щекочущая щеки, показались мне поистине божественным ложем.
Открыв глаза, я первым делом кинулась осматривать окрестности при дневном свете. И то, что увидела, вызвало у меня шквал восхищения. Нет, здесь не было ухоженных парков и садовых ансамблей, вычурных и дорогих домов с лепниной и позолотой, здесь была природа! Настоящая живая природа! Незнакомая, но такая манящая!
Там, еще в своей прошлой жизни, у меня было сотни возможностей любоваться ею без спешки и суеты, но вот ведь оказия, в погоне за деньгами и мнимым благополучием я не обращала на нее никакого внимания. Для меня это было обыденностью, которая не требовала пристального внимания и уж тем более восхищения.
Здесь же было все с точностью наоборот. Я можно сказать впервые окунулась в красоту окружающей нас природы. А посмотреть было на что! Солнечные лучи, пробиваясь сквозь густую листву вековых деревьев, рисовали на земле причудливые узоры. Воздух был наполнен ароматами влажной земли, хвои и каких-то неведомых мне лесных цветов. Где-то вдалеке слышалось журчание ручья, обещающее прохладу и чистоту, а над головой, в синеве неба, кружили птицы, их звонкие трели казались самой прекрасной музыкой.
Я настолько увлеклась созерцанием, что пропустила пробуждение сперва мужчин, которые деловито, но без спешки, разжигали костер и подвешивали казан для утренней чашки цикория, а потом и детей.
Завтрак и сборы прошли в предвкушении. Еще бы! С плато, на котором мы решили заночевать, открывался огромный мир, который теперь принадлежал только нам одним! Не горы, камни и песок, не скудная растительность в виде чахлой травы, а богатая на флору и фауну местность!
Спускаться с плато действительно было трудно. Вот не зря вчера ночью Дарк убедил нас переночевать у врат! С одной стороны, вроде бы ничего такого сложного, катишься себе под горку и катишься. Только вот у телег-то нет тормозов, как и руля. Да и лошади, ошалевшие от запаха сочной травы, норовили взбрыкнуть и пуститься в галоп. Оно и понятно, все же в последние недели их рацион был скудным и однообразным – припасенный нами овес и жухлая трава.
А вот с другой стороны, для незнающего эта дорога могла оказаться дорогой в один конец. Вроде бы едешь-едешь потихоньку, соблюдая технику безопасности, ан нет, вдруг откуда не возьмись попадается крутой поворот. Видно, это было сделано специально, чтобы еще на подходе к долине враг, которому по тем или неведомым обстоятельствам посчастливилось попасть в сердце Дортленда, потерял часть своей силы.
На спуск у нас ушло почти три часа. Зато едва мы оказались внизу, как буквально носами уперлись в прозрачную преграду. Точнее я-то ее прошла спокойно, а вот остальные не могли сделать и шага.
- Купол, - с укоризной произнес хранитель, нелепо размахивая покрытыми кожей крыльями.
Я бы возможно и постыдилась, казалось бы, своей забывчивости, только в этой ситуации было одно «но». Я не знала где этот чертов купол и как он в реальности выглядит! Вот честно, ни за что бы не догадалась, что чуть заметно мерцающий перед нашими лицами воздух — это не оптическая иллюзия, а самая настоящая магия!
Вздохнув, я мысленно направила свою волю, давая остальным моим спутникам разрешение пройти сквозь невидимую преграду. С некоторой долей опаски и чего уж тут скрывать, детского восторга, наблюдала, как задрожал перед ними воздух, как один за другим сперва прошли мужчины, а следом за ними и Сани с детьми.
- Ну вот, теперь мы в безопасности, - сказал Дарк, словно выдохнул скопившееся в нем напряжение.
- Это разрешение постоянное или придется всякий раз караулить у купола, когда кто-нибудь из нас решит посетить другие земли? – решила сразу уточнить непонятное.
Ну, а что в этом такого? Другой мир, другие реалии. Вот в моем пограничники днем и ночью бдят, чтобы никто лишний не проскочил, да и чтобы те, кто имеет право, не задерживались там, где не положено.
- Это как с вратами, хозяйка. Один раз дашь разрешение и все. Но если почувствуешь, что тебя обманывают или предают, то сразу отзывай доступ, для этого достаточно мысленно сказать желаемое.
Ух ты, хоть это радует. Не придется работать пограничником!
Следующим открытием для всех нас стал тот факт, что долина оказалась настолько большой, что не было видно ни конца, ни края. Да-да, вы не ослышались! Мы уже ехали часа два, но не добрались даже до кромки леса! Дорога, петляя между причудливыми скалами и зарослями незнакомых растений, уходила куда-то в бесконечную зеленую даль, словно сама земля растягивалась под нами, играя с нашим восприятием.
