Варя открыла рот.

— О Боже, и кто это? Только не говорите, что это ваш муж! Мне кажется, вы его терпеть не можете, так что не стали бы так волноваться…

Я посмотрела на неё, прищурившись.

— Ты так думаешь? Что ж, сделаем вид, что так оно и есть. Но это не может быть мой муж. Он сейчас преспокойненько живёт в своём поместье и в ус не дует. Не забывай, наш брак фиктивен! Но только помни — никому ни слова…

— Ну что вы, госпожа? — Варя посмотрела на меня с обидой. — Да я никому и никогда… — она едва не перекрестилась, хотя подобный знак в этом мире никто не использовал. — Я всё понимаю, просто… Откуда рядом с вами взяться нормальному кавалеру, если вы только в больнице для бедняков торчите?

— О чём ты, дурёха? — пожурила я её. — Какой кавалер?

И вдруг её лицо просияло.

— А может быть, это господин посол? Я же совсем о нём забыла!

И тут я начала сердиться.

— Хватит уже меня сватать! У меня муж есть, пусть и временный… — я вздохнула, а Варя смотрела на меня с таким выражением, что я в итоге сдалась. — Ладно уж. Услышь меня раз и навсегда, Варвара: замуж я не стремлюсь. Сейчас пошло в гору моё дело, и это единственное, что мне по-настоящему нравится!

Я помолчала и добавила уже тише:

— Быть замужем — это быть под контролем. Мужья, знаешь ли, они такие: начинают всем управлять, командовать, чего-то требовать. А я этого не люблю. Мы немножечко ещё с Юрием Александровичем подождём и разбежимся. Это была чисто формальность, на которую я пошла ради финансового благополучия. А теперь пойдем ужинать. Я страшно проголодалась.

Мы спустились вниз, весело болтая о пустяках, как вдруг из кухни послышался мужской голос. И он однозначно не принадлежал Семёну. У Семёна тембр был довольно высокий, юношеский, а здесь говорил мужчина — почти басом.

Я нахмурилась, ускорила шаг, открыла дверь и уставилась прямо на… Юрия Александровича Данилина, который расселся за обеденным столом и весело болтал с хозяйкой дома.

Увидев меня, он хитро прищурился.

— О, дорогая жена, наконец-то мы увиделись! Я уже успел соскучиться.

Он расплылся в довольной улыбке, а я просто потеряла дар речи. Мне это снится? В реальности он не стал бы он меня так приветствовать…

Варя буквально спряталась мне за спину — она тоже испугалась.

Наконец я взяла себя в руки, нахмурилась и сделала несколько шагов вперёд.

— Что вы здесь делаете? Почему вы в этом доме?

Говорила я строго и требовательно.

Юрий Александрович не перестал улыбаться.

— Что вас удивляет? Я приехал к своей супруге и намереваюсь здесь жить.

— Что⁈ — возмутилась я. — С чего вдруг?

Он даже бровью не повёл.

— Мы с вами женаты, смею напомнить, — начал он вкрадчиво. — Плюс… с этого дня владею зданием, в котором размещена курируемая вами лечебница! Мы теперь заняты одним делом!!!

Он достал из кармана какой-то документ и помахал им в воздухе. У меня глаза полезли на лоб.

— В каком смысле — вы владеете?

— В прямом, — произнёс Юрий Александрович. — Я вступил в Лигу лекарей, и мне предложили пожертвовать некую сумму на эту больницу от их лица. В силу ряда причин я отказался. Решил сделать пожертвование лично от себя и купил это здание. Я думаю, начнём с качественного ремонта. Надеюсь, вы не против, дорогая супруга?

Наверное, если бы Варя не пододвинула ко мне стул, я бы села прямо на пол.

Боже, что происходит? И какая муха укусила этого упрямого осла? Почему? Почему он вдруг появился в моей жизни снова и всеми силами пытается вписаться в неё, будто мне назло?

Наконец я внутренне успокоилась и жёстко произнесла:

— Прошу вас покинуть этот дом, Юрий Александрович. У меня нет никакого желания поддерживать этот фарс. Вы прекрасно знаете, что брак у нас ненастоящий, и вам тут делать нечего. Даже если вы купили здание, в котором находится лечебница, это не даёт вам никакого права мешать моей личной жизни!

Он так издевательски изогнул бровь, что реально захотелось врезать ему в переносицу. Но я сдержалась. Хватит, что-то я слишком разнервничалась. Просто мне дико не нравится его ехидство. Что он вообще задумал? Опять начались придирки. Да сколько можно уже вспоминать прошлое Елены Николаевны? Оно давно кануло в Лету…

— Думаю, я никуда не уеду, — нагло заявил Юрий Александрович. — Потому что не знаю дорогу в вашу лечебницу и, в принципе, никогда не бывал в этом районе города. Как раз завтра собирался пожертвовать немалую сумму на благо больных. Думаю, если вы хотите получить эту сумму, то вам стоит быть более покладистой!

Честно говоря, я чуть не взорвалась от негодования. Теперь он меня шантажирует? Но приличная сумма денег точно не была бы лишней. Сейчас со здоровьем у многих большие проблемы. Начались сезонные заболевания с усилением холодов. Вскоре обещают крепкие морозы. А я не должна из-за своей гордости лишаться возможностей, которые могут спасти людям жизни.

— Ладно, — процедила сквозь зубы. — Оставайтесь. Только знайте, вам здесь не рады!

Сказав это, я развернулась и зашагала прочь. Варя побежала вслед за мной, едва ли не всхлипывая:

— Госпожа, он такой страшный, ваш муж. Я… я только один раз в жизни видела его таким.

Я резко замерла и развернулась:

— Когда же?

Варя смутилась:

— Это было в тот день, когда все заболели. Во время эпидемии у нас в поместье. Я видела, как Юрий Александрович вместе со своим слугой заходил в дом. Они, правда, сразу же надели маски, но выглядели очень угрожающе. Честно говоря, я очень испугалась, решив, что они пришли навредить вам. Но ушли они довольно быстро, буквально через несколько минут. Я так и не поняла, для чего они приходили…

— А ты не видела, вынесли ли они что-либо с собой? — произнесла осторожно.

— Нет, ничего не вынесли. По крайней мере, в руках у них ничего не было. У меня сложилось впечатление, что они приходили к вам. Правда, не знаю, почему в масках. В тот момент я об этом не думала.

Странно. Значит, Юрий Александрович не грабил моё поместье? К чему тогда эта скрытность? И для чего он вообще приходил? Эта мысль вертелась в моей голове, не давая покоя весь оставшийся день.

Когда же вечером я закрыла глаза и уснула, на меня навалились те самые туманные воспоминания из прошлого прежней хозяйки тела.

Адская боль, буквально агония. На пороге появляется человек в маске, и я понимаю, что это Юрий Александрович. Я умоляю помочь, но он лишь ехидно отвечает, что я получаю то, что заслуживаю…

Проснулась в холодном поту. Боже, как же это ужасно! Честно говоря, я даже не знаю, что хуже — ограбить поместье или оставить женщину умирать в муках? С этого момента мой гнев на Юрия Александровича стал ещё глубже. Даже если Елена Николаевна была монстром, он, как тот, кто нынче называет себя доктором, был обязан ей помочь. Клятва Гиппократа всё такое… Или здесь таким не страдают?

Юрий Александрович не спал всю ночь. Его одолевали самые разнообразные чувства: негодование, злость, растерянность. Он так далеко зашёл. Потратил огромные суммы денег на совершенно ненужное ему здание. Пытался сейчас сделать хоть что-то, чтобы разоблачить свою жену, остановить её, поймать за руку на каком-нибудь гнусном преступлении, но в то же время не знал, с чего начать.

Почему он пришёл в этот дом? Потому что не должен спускать с неё глаз. Он обязательно, обязательно вскроет её лживую натуру! Сколько людей в этой лечебнице уже умерло от её рук? Он обязательно их найдёт и все случаи зафиксирует, чтобы были доказательства против неё…

Утром, встав весьма рано, Юрий Александрович спустился вниз, умылся, поел то, что предложила хозяйка, а когда осторожно спросил о своей супруге, женщина потупила глаза и сообщила, что та уже уехала, прихватив с собой своих слуг.

— Съехала насовсем? — сурово уточнил он.

— Нет, только до вечера, — ответила женщина и поспешно ретировалась. Похоже, Юрий Александрович её пугал.