Елена замерла, сжимая телефон.
– Я разберусь с Софией, – сказал Николай. – Ты оставайся. Это твой шанс.
Елена кивнула, глядя на мерцающий след прорыва на экране.
Глава 3. Цена прорыва.
В отделении было душно и пахло кофе из автомата. София сидела на жёстком пластиковом стуле, втянув голову в плечи. Рядом всхлипывала Мила. Её лицо было залито слезами, а куртка испачкана в грязи.
– Мы просто хотели посмотреть, – повторяла Мила. – Нам сказали, там сегодня живой концерт…
– А пропуск, документы, разрешение родителей? – дежурный устало потёр переносицу. – Вы хоть понимаете, что это не детская площадка?
София молчала. Она ненавидела эти моменты, когда приходится звонить маме.
Она набрала дрожащими пальцами смс:
«Мам, у нас с Милой проблемы… Мы хотели пройти в клуб, нас задержали. Приезжай, пожалуйста!»
Через тридцать минут в дверях появляется Николай. Он не кричит, не размахивает руками, просто подходит, кивает дежурному, тихо говорит пару фраз.
– Подпишите. И заберите своих подростков. В следующий раз будет протокол, – вздыхает дежурный.
Николай подписывает.
– София, ты едешь со мной. Мила, подожди минутку, я сейчас решу вопрос с твоими родителями, – говорит он.
Мила вскидывает заплаканные глаза:
– У меня телефон разрядился…
Николай берёт свой телефон, находит номер в контактах, набирает. После короткого разговора кивает:
– Мама сейчас приедет. Посиди тут, хорошо?
Он выводит Софию на улицу, садится с ней в машину.
В салоне – тишина.
– Мы просто хотели посмотреть, – бормочет София.
– Не в этом дело, – перебивает Николай. – Ты знала, что нельзя. Знала, что мама волнуется.
– Да всё всегда «нельзя»! – она резко поворачивается. – Вы только и делаете, что запираете меня в четырёх стенах. А сами… сами суётесь в какие‑то «врата», словно это игра!
Он тормозит на обочине. Смотрит на неё.
– Это не игра. И мы не запираем. Мы пытаемся уберечь.
– От чего?! – её голос срывается. – От жизни?
Он молчит. Потом тихо добавляет:
– От того, чего не можем контролировать.
Она отворачивается к окну.
– Поехали домой.
Николай ведёт машину, время от времени поглядывая на дочь. София смотрит в окно, но он видит, как дрожат её ресницы.
Уже у подъезда она вдруг говорит:
– Пап, напиши маме, что мы дома. А то она волнуется.
Николай достаёт телефон, набирает короткое:
«Мы с Софией дома. Всё в порядке»
Елена, читая сообщение от мужа, выдыхает с облегчением. Теперь можно сосредоточиться.
Она возвращается к панели. Глаза горят. Руки дрожат от азарта.
– Если это не сбой… если это отклик… – говорит она, запуская диагностику.
На экране вспыхивают хаотичные всплески. Но в них есть ритм. Есть система.
– Вот! – она тыкает пальцем в график. – Третий контур. Фазовый сдвиг. Если стабилизировать…
Пальцы летают по клавишам. Она перестраивает схему, меняет параметры, вводит новые коэффициенты. На мониторе ровный сигнал.
Елена стоит перед панелью. Экран пульсирует, как сердце.
Она закрывает глаза. Считает до трёх.
И нажимает кнопку пуска.
В тот миг все тени в комнате рванулись к центру не как отблеск света, а как живые существа, втягиваемые в воронку.
Вспышка.
Свет заполняет всё.
Тишина.
Тьма.
Только писк аварийного сигнала.
И на стенах тени, которые не принадлежат ни одному предмету в комнате. Они не шевелятся. Они ждут.
Николай открывает дверь лаборатории и замирает. Темно. Только аварийный диод мигает красным.
Он включает фонарик.
Осматривает помещение.
Елены нет.
На полу лишь слабый след свечения.
Он делает шаг вперёд.
Трогает панель.
Читает данные.
На полу, рядом с машиной, лежит небольшой кристаллический артефакт – многогранник, переливающийся всеми оттенками синего и чёрного, как застывшая звёздная пыль.
Николай поднимает его. Кристалл тёплый. Вибрирует в ладони.
Он понимает: эксперимент сработал, но с катастрофическими последствиями. Елена исчезла, а взамен в их мир что-то пришло, но не проявилось физически.
Кристалл стал единственным свидетельством произошедшего.
Он сжимает находку в кулаке.
Теперь всё изменится.
Глава 4. На пороге ответа.
Шестнадцать лет прошло с того дня, когда Елена исчезла.
София выросла, превратившись из любопытного подростка в настоящего учёного. Лаборатория стала её вторым домом, а кристалл верным проводником в неизведанное.
Дни и ночи она проводила в исследованиях, совершенствуя установки и настраивая оборудование. Её метод отличался от материнского, вместо точных расчётов она полагалась на интуицию и способность кристалла откликаться на её намерения.
И вот настал день финальной попытки. София чувствовала, что момент истины близок. Она настроила оборудование, взяла кристалл в руки. В этот раз всё должно было получиться.
Пространство дрогнуло.
Кристалл в её ладонях начал пульсировать всё ярче, его поверхность нагрелась. София замерла, чувствуя, как энергия наполняет комнату.
Внезапно камень засиял ослепительным светом, а затем… взорвался.
Но это был не обычный взрыв. Из осколков кристалла начала формироваться энергетическая воронка, которая разрасталась с каждой секундой. Николай, пытавшийся отключить систему, исчез в ослепительной вспышке.
В этот момент пространство перед ними исказилось. София увидела, как из осколков кристалла формируется нечто большее – сгусток энергии, который начал обретать форму. Тени в лаборатории зашевелились, как живые, приборы сошли с ума, их стрелки метались по циферблатам.
Воздух загустел, стал вязким, как мёд. Время замедлилось, каждый миг растягивался в вечность. София почувствовала, как волосы встают дыбом от статического электричества. Приборы начали издавать пронзительный визг, а стёкла в окнах задрожали, как от подземного толчка.
Все тени в комнате потянулись к центру воронки, как живые существа. Мерцание кристаллов на стенах усилилось, создавая причудливую игру света и тьмы. София застыла, не в силах пошевелиться, её сердце билось где-то в горле.
Металлические конструкции начали вибрировать, издавая низкий гул. Системы охлаждения вышли из строя, и пар заполнил помещение, создавая призрачные облака. Индикаторы на панелях загорались случайным образом, рисуя в воздухе странные узоры.
Внезапно воронка начала вращаться с невероятной скоростью, создавая мини-торнадо из энергии. Свет от кристалла превратился в ослепительную спираль, которая закручивалась всё быстрее и быстрее.
София почувствовала, как гравитация меняется, словно сама ткань реальности рвётся на части. Её ноги оторвались от пола, а волосы развевались в воздухе, будто в бурю.
И тогда из сияющей бреши вырвался… ДРАКОН?
Глава 5. Пламя и пепел.
Он был огромен … не просто большой, а невероятно большой. Его тело заполнило всё пространство лаборатории, крылья ударили по стенам, сметая приборы. Чешуя переливалась чёрным и синим, как ночное небо, усыпанное звёздами. Каждая пластина светилась изнутри, создавая иллюзию, что он соткан из тьмы и далёких галактик.
Его глаза… как два раскалённых янтарных шара. Они распахнулись, и в них отразилась вся бесконечность мироздания. Дракон издал рёв. Это было похоже больше не на звук, а на давление, на волну, от которой дрожали стены и лопались стёкла.
