Вода продолжала идти из крана сбоку и еще из одного, впереди над нами. Но ванна не переполнялась. Какая идеальная конструкция… Тепло, почти жарко, столько пара… Даже в болоте сложно добиться такого эффекта… Мне нравится. Это шикарно. Мы больше не тратили время на слова… Скоро во мне зародится крошечная змейка. И даже если она оформится в демона, то я буду обожать этого детеныша и рассчитывать на следующего. 

Магии пустыни с этих пор не грозило исчезновение. Арахай терпелива. Она умеет ждать… Может, кто-то скажет, что такие твари, как я, не способны любить, но это ведь не просто мужчина… Он раскаленный песок, песня солнца и танец огня. Чтобы править такой стихией, не жаль и полностью в ней раствориться.

Любить, значит, отдавать больше, чем у тебя есть. 

— Кара, моя Кара, — повторял демон. 

Утром девочка, как две капли воды похожая на мою дочь, бегала по всему дому, однако Деус не отпускал ее на улицу. 

— Все должно выглядеть правдоподобно, — заметил он. — Мы беспокоимся за нашу дочь? Беспокоимся. Значит, пускай сидит дома.

Соломенное чучелко вполне справлялось со своей ролью. Фальшивая Лиззи снова заставила трех горничных играть с ней в жмурки. Я стеснялась встречаться взглядом с дворецким и экономкой. Только подтвердила, что вскоре мы собираемся в город и у них будет достаточно времени, чтобы навести в Энфилде порядок. 

Я сама приходила в ужас, когда смотрела на ненастоящего ребенка. Здоровый румянец на всю щеку. Повадки один в один. У нее так же расплетались косы через двадцать минут после того, как я закрепляла их заколками. 

— Мама, — кричала она, — Мама, я хочу покататься на лошадке. Ну, почему нельзя?

Так, я сообразила, что надолго меня не хватит. Хотелось схватить ее на руки, обнюхать. Разобраться, что с ней не так и скорее вернуть себе дочку.

— Тише, Кара, не надо так дергаться. — Дэвид снова был рядом. — Уверен, что Палач вот-вот заявит о себе. Не станет тянуть до завтра. Ты практически ускользнула от него. С учетом вашего теснейшего магического обмена он должен чуять, что твой статус изменился. Ты теперь моя жена.

Между прочим, удобно быть демоном. Ни ухаживаний, ни церемоний. 

Я соглашалась с Деусом, что нельзя затягивать. Сила во мне бурлила, и я подозревала, что это далеко не вариант нормы. И проблема даже не в том, что я ее не удержу.

Анализируя себя, свои ощущения и ранее забытые сны, начинала думать, что этот ресурс и не принадлежал мне до конца. По какой-то причине я забрала себе слишком много. Мать же как раз об этом и упоминала: мол, мне досталось то, что поколения пустынников копили и прятали.

Теперь я могла жалить, могла обращаться в рептилию (правда, еще не поняла как), однако этот потенциал… Его я не касалась и близко. В то же время Палач претендовал именно на него. 

Вот так и случилось, что я разрешила Деусу утром разослать приглашения дамам, живущим по соседству, — на пикник в узком кругу, в чудесной креналовой роще вблизи Энсфилда. Она служила своего рода местной достопримечательностью. 

Вообще-то это жуткое нарушение всех правил, звать приличных леди вот так, в последнюю минуту. Однако граф Элфорд уже заявлял у Уикхемов, что мы невероятно хотим увидеть всех «друзей» в самое ближайшее время.

Эти друзья и без того изнывали от любопытства, желая еще раз, подольше, поглядеть на служанку, разряженную в барские тряпки. 

Так что леди нисколько не возражали — и хотя мероприятие, если не ошибаюсь, должно было состояться вчера, сегодня оно их тоже вполне устраивало. К тому же сразу после посиделок на природе мы должны были продолжить с мужьями — уже в особняке.

С миссис Такер мы согласовали званый обед. Не столь удручающе затяжной, как вечерний раут, который мог длиться до ночи... Все это снова заставило меня схватиться за голову. Ведь обед тоже начинался за четыре часа до полуночи, то есть всего на час раньше раута.

Вечерело, и солнце жгло не так сильно. Под кронами креналов, из-за резковатого запаха, никогда не водились насекомые. Даже не совали носа. Так что мы расселись на циновках прямо на траву, не боясь муравьев. 

Юная мисс Аманда Свифт, которую Морлей мнил своей невестой, то есть будущей виконтессой Броуди, тоже приехала. Поместье родственников, где она проводила это лето, находилось в максимальном отдалении от всех остальных. Но, наверное, дело между ними сдвинулось с мертвой точки, раз мы удостоились такой чести… Интересно, как так вышло? Мор по-прежнему на лечении. Наверняка, Деус замолвил за приемного свина словечко и не одно. 

Девушка показалась мне милой и несколько напряженной. Я бы на ее месте тоже нервничала, оказавшись в компании остальных, исключительно зубастых, леди… Арабелла (предположительно Ашкрофт), вдова и племянница судьи Ашкрофта — но все сходились на том, что она его любовница. Шарлотта Монтегю, супруга повесы сэра Чарльза, и ее сестра Элеонор. Про них сложно было сказать что-то определенное, кроме того что обе были заядлыми сплетницами, а мой предыдущий хозяин, сэр Морлей Огастус, имел с кем-то из них интрижку…

Незамужняя леди Агата Уикхем, сестра сэра Гарольда, и его супруга Марианна выглядели, как две кобры после продолжительной грызни. Значит, к демонице постепенно возвращалось ее нормальное настроение. Я поблагодарила Богиню, что Розмари уже покинула родителей и отправилась страдать по месту учебы. 

Ох, это я чуть не пропустила леди Орхидею Элмсвор, обмахивавшуюся веером. Своим присутствием она словно оказывала услугу не только мне, но и всем остальным. Особенно поджимались ее губы при каждом взгляде на хохотушку Арабеллу. Та, по всей видимости, радовала дядюшку нравом не в меньшей степени, чем внешностью.

Я уже называла про себя эту компанию наседок серпентарием. Мисс Свифт уселась поближе ко мне, по правую руку. И я разливала травяной чай нам обеим из одной емкости. Особого интереса она не проявляла ни к псевдо-Лиззи, ни ко мне, но старалась держаться от прочих дам подальше.

Это какими же ведьмами надо быть, чтобы девочка инстинктивно искала защиты у гадюки?

— Все уже видели «Свадьбу Люцифера»? — жеманно протянула Орхидея — По-моему, героиня в первом акте переигрывает.

— Что вы, душечка, — отозвалась Марианна. — Вот главный герой это да, совершенно омерзителен. Я не про первого герцога, естественно. Я про сценической образ…

Все остальные на миг замолчали, потому что мало кто мог позволить себе посещать столицу ради спектакля. Ну, или вообще бывать там с относительной регулярностью.

— Я слышала, что это пошлое и грязное произведение, — вмешалась Шарлотта. — Мой Чарльз меня ни за что не отпустил бы… Якобы герцог сношает там все подряд. Каждую вторую приличную даму. И даже чаще.

Глаза Арабеллы прямо загорелись изнутри:

— Ах-ха-ха-ха. Что такое вы говорите… Как он еще не издох? Он же старенький. Ужас, право. 

Я говорила мало. Брала пример с будущей сестрицы и больше улыбалась. Зато следила, кто и как вел себя с «Элизабет», разложившей чаепитие для своих кукол рядом с нами. 

Арабелла и Элеонор ее игнорировали. Орхидея — разглядывала и несколько раз подзывала угостить пирожным, как будто моя Лиз это чей-нибудь мопс. Аманда —пугалась, похоже, наслушавшись, какие фокусы творила предполагаемая дочь ее предполагаемого жениха у нас в поместье. 

Но вот к нам присоединились джентльмены. Они подъехали на двух открытых ландо и одном фаэтоне, чтобы подвезти в усадьбу. Я помахала Чарльзу и Бэзилу. Больше знакомых лиц не увидела.

Поднялась кутерьма, в которой приняли участие и кучеры. Вдруг выяснилось, что разместить восемь женщин и одну девочку — не так и просто, хотя джентльмены готовы были сидеть на козлах. 

Дамы продолжали выбирать, как лучше сгруппироваться, имея двенадцать-тринадцать комфортных пассажирских мест. Устав от балагана, я помогала паковать посуду и фрукты, попросив оставить для нас с Лиззи два места рядом. 

Однако, когда все наконец собрались, оказалась, что девочка пропала.