— Спасибо за гостеприимство, моя леди, — хрипло бросила она, уже поворачиваясь ко мне спиной. 

В последний момент я заметила, что хвост ее платья зацепился за ножку канделябра. Размышлять, как это могло произойти, было некогда. Я наклонилась оцепить подол, чтобы уберечь ее от травмы, и в этот момент меня дернуло вперед со срашной силой. Я ударилась о девицу всем телом, и мы обе повалились в проход. 

Все заняло пару мгновений. Поместье Ашкрофта находилось весьма близко. Мы завалились на пол то ли в маленькой гостиной, то ли в большом будуаре. 

Стандартная мягкая софа с изогнутой спинкой. Круглый стол перед ней со стопками журналов. Два придиванных столика, целый комплект кресел… А, в общем, все это разглядывать было некогда. Я резко вскочила и протянула руку Арабелле, которая продолжала барахтаться в своих широких юбках. 

С ней происходило что-то неприятное. Одна половина лица дергалась, как от тика. Затем задергалась и вся левая половина тела. 

Она попробовала мне улыбнуться и даже рассмеяться, но выдала только жуткое: «Апфффр»… Что это? Яд или шок? Наконец ее голова упала на грудь, а по подбородку потекла слюна, капая на шелковые оборки лифа.

— Милая леди… Еще немного мармеладу… Эпиграмму, если позволите… А где вы купили такие перчатки? 

Я отступила от нее в другой конец комнаты. И очень вовремя. Арабелла, так же не вставая с пола, выбросила корпус и клацнула зубами там, где только что были мои ноги. 

— Тварь, — завизжала она. — Мерзкая тварь. Сгинь. 

Попробовала ее обойти — но поздно. Портал захлопнулся. Я нарушила приказ Деуса, и оказалась, предположительно, в доме судьи Генри. А его возлюбленная умирала у меня на глазах.

Агония, впрочем, длилась недолго. Арабелла стала задыхаться. Кожные покровы серели. Она силилась сказать что-то еще, однако из горла вырывался лишь надсадный хрип. Через минуту вся она, включая лиловое муслиновое платье и туфельки в тон, обратилась в хлопья густого пепла.

Бежать… Только куда?… Я почувствовала движение и обернулась. На пороге между комнатой и террасой стоял сэр Генри Ашкрофт и глядел в упор. 

Он больше не притворялся человеком. Глаза расширились — и ярко-желтую радужку теперь рассекал темно-синий зрачок. Отвратительный пухлые губы вытянулись в трубочку, и между ними показался узкий черный раздвоенный язык. 

— Моя малыш-ш-ш-шка, — зашуршал он. — Как так выш-ш-ш-шло, что между тобой и родным дядей все время кто-то стоял? Я должен был стать твоим отцом, но Эрхайри, — эта паучиха под видом гадюки — меня обманула. Изобразив предельную кротость, она сбежала, выбрав лучший момент для зачатия, и понесла от человеческого мага. 

Нес он абракадабру. Однако от этого имени рот наполнился медом. Оно перекатывалось на языке. Я уже поняла, что мне конец. Зато я узнала имя прежней королевы песков.

— Эр.Хай.Ри… Кто это?

— Я же говорю, твоя мать и моя сестра. Наша общая мать погибла рано, и поэтому Эрхайри рано забрала себе силу. Она мне доверяла. Может, потому что мужчины царского рода всегда держались в стороне, в глубине гнезда, а женские особи дрались между собой и с другими видами. Яд у самок в разы тяжелее, но самцы — куда разумнее.

Он подбирался все ближе. Я уже разглядела, что именно он держал в руках и так же медленно отходила назад, переступив через прах Арабеллы. Интересно, была ли она живой до последнего момента или уже давно стала его куклой. Хотя кому я вру. Это уже ни на что не влияло. Палач не упустил свою возможность и свой момент. Он поймал меня. 

— В ту эпоху сестрица слонялась между мирами. Собирала по крохам силу у выживших бесов с пустынными корнями. Наши последние королевы были одержимы идеей накопить наконец достаточно энергии, чтобы вернуть ее сюда, на Край. Оживить песок прямо под боком у Бездны. Каждая гадюка передавала этот потенциал своим дочерям, возможно, в крови, хотя сестрица постоянно бредила про какую-то нить, которую нельзя оборвать… Короче, Эрхайри решила, что эта нить уже чересчур тяжела и весь ресурс заберет себе ее дочь. Я предложил ей обосноваться на Асканоре, с его отличными болотистыми испарениями. Королева могла бы там восстанавливаться и готовиться к своей миссии. Год за годом она перекраивала собственное нутро, чтобы позже выносить сверходаренную дочурку. Ее временная слабость была моим единственным шансом забрать власть  и подчинить песок себе.

Сэр Генри, он же бес-гремучник рассказывал, растягивая и без того широкий рот. Его сестра согласилась на вариант с Асканором и отправилась в гнездо, которое и стало ее местом заключения. Ее пыточой.

Я не мешала ему говорить, хотя никакого плана у меня не было. В руках он сжимал две пустые колбы, на самом донышке которых переливались крупицы золотого песка.

Если вспомнить нападение в конюшне, то тогда он попытался выкачать мою магию при помощи браслета с песком внутри, и  сейчас подготовился получше. Или просто намерен забрать сразу много. 

...Там, на болотах, он низложил Эрхайри: отобрал у нее ту силу, до которой смог дотянуться. Песчаной магией он управлял только через прозрачную преграду, через стекло. Прямой контакт для него по-прежнему был губителен… Только что это знание давало мне, если с момента рождения он распоряжался моими чарами вместо меня?

— Это было долгое противостояние. Я замуровал сестру на Асканоре и тянул из нее силу. Когда она слабела достаточно, то насиловал. Но далее все повторялось по кругу. Она опять сбегала и пряталась, а я опять находил. В конце концов моя взяла, энергия в ней восстанавливалась все хуже, и я перевез ее уже на Край, в исконные земли. За бесами тогда охотились по всем нейтральной зоне. А на территории бывшей Пустыни я был неуязвим. Здесь песчаная магия слушалась меня охотнее, но и у сестры еще случались всплески силы… Тварь упорно не беременела. Эта часть ресурса подчинялась только ей. Но я-то понимал, что нужно терпение. Естественная потребность завести наследницу рано или поздно взяла бы свое. Фамилию Ашкрофт и это поместье я взял лет двести назад. Человеческие маги среднего уровня в Аду, как и везде, старились довольно медленно. К нам привыкли и уже считали своими.

Я смотрела в желтые глаза неслучившегся папаши. Даже в мире демонов подобная история — это полнейший мрак. Бездна давно ушла от кровосмешений в качестве нормы. Да и Эрхайри, наверное, воспитывалась как-то иначе, что не ожидала нападения со стороны брата. Бесы в современном мире ассоциировались с дикостью, но это… Я быстро догадалась, зачем ему требовалось стать отцом ребенка Эрхайри. Эта кровавая традиция в учебники попала. Примитивные виды бесов пожирали собственных детенышей, чтобы получить их силу. Поэтому самки жили отдельно, рожали и воспитывали потомство — тоже отдельно. 

Но то примитивные. Но моя мать была разумна, я — разумное существо. Возможно, и этот выродок тоже частично разумен.  

Он называл мою мать женой. Держал взаперти и иногда признавался в задушевной беседе очередному соседу, что ему не повезло связаться с умалишенной. Отсюда детей у бедолаги не случилось, а по ночам с другой половины дома слышались шипение и визг; время от времени тряслись стены. 

Однажды Эрхайри умудрилась сбежать. Похоже, к побегу она тщательно готовилась, потому что оказалась за много миров отсюда. Брат настиг ее уже беременной и вернул обратно. Не знаю, может, несчастная к тому времени, действительно, помешалась, но она нашла мне приемную мать и защищала, насколько у нее хватало сил.

— Тем не менее, мой сценарий реализовался, хоть и не в деталях. Я повлиял на твое формирование. Не позволил раскрыться гадючьей магии и сильным родовым характеристикам. Ты не умеешь мимикрировать внешне, вливаться в любую компанию, как твоя дочь. Не в состоянии диктовать свою волю людишкам на расстоянии или создавать из них болванкивсе... Все у тебя переходило в энергию, которая накапливалась с каждым годом. Но с твоей мамашей пришлось считаться. Она взяла с меня клятву — иначе угрожала перерубить ту самую энергетическую нить и не отдать тебе ничего — что я позволю ее малютке Арахай жить самостоятельно, не буду вмешиваться и не буду иметь с тобой интимных отношений… А ведь это я должен был стать твоим первым. Я, а не этот демон… Тогда бы это тоже дало куда больше пользы… Но гадина, вырвав из меня клятвы, совсем осатанела. Угрожала откатом. Все творила по-своему. Еще в детстве передала тебе полномочия королевы. Мол, ты свободна, а она нет… Только я к тебе приближался, ее хвост тут же шуршал рядом. Энергию нормально забирать не давала. Дома постоянно норовила искусать из-за угла. Потом я долго отлеживался… В довесок на нас свалился этот граф… Я подбирался к тебе все ближе и ближе. Но что получил? Ты родила, ты смешала свою кровь с сыном Бездны, ты постоянно была закрыта от меня.