Есть шанс, что Вильям не погиб. Лиззи сейчас спит в соседней комнате. Дэвид не собирается отступать. Напряжение, сотканное из песчинок и подозрительного шелеста, вспыхнуло огнем — предположительно, адским.

Утром я буду в порядке. Пусть этот милый Марбас больше не беспокоится.

Дэвид Деус

Наступила ночь. Самое продуктивное, самое свирепое время в сутках, — когда можно поймать то, что весь день ускользало, и затем дать телу быстрый и заслуженный отдых. Для Деуса сон был похож на скоростное скольжение с горной гряды в ледяной водоем… Прыжок. Как освежает, как бодрит... Раз, и уже проснулся. 

Однако беспокойство рвало его на части. Рядом затаился враг достаточной силы, чтобы остановить Бланко, закрепив над ним печать. А нарисовать блокирующую руну не каждому выдающемуся магу по силам. Для этого требовались не только специфические знания, но и мощный ресурс. 

Но даже этим неведомый противник не ограничился и… запер проход на Край. Деус не сразу сумел вернуться через собственный портал, когда учуял… Нет, не панику и боль Рит — для этого они еще не закрепили связь… А беспокойство дочери, которая ушла за пределы разрешенной зоны, и нервозность своего коня. Бланко уловил неприятности до того, как Вильям окончательно потерял разум. Конь их угадывал чуть ли не хвостом.

В ярости демон едва не обрушил пространство по окружности Края. Злосчастный портал он проломил вместе с граничным ребром, которым этот мир опирался на соседний.

Вряд ли его противник понимал, против кого он вышел. Но Деусу и самому пришлось юлить. В частности, предупредить страшего родича, что он влип и рискует неожиданно обретенным самым главным. 

Он не стал расстраивать Рит, когда она приходила в себя. На Элизабет явно пытались воздействовать. Голос, звавший ее, был мороком, и его отголоски еще звенели, когда граф появился в Энфилде. Первой сюда проникла его тень и тут же рассеялась — в конюшни, в деревню, по кустам и тропинкам в поисках того, кто забаррикадировался в его поместье. 

Дочку он нашел в пустом нищем доме. Ее глаза занимали почти все лицо. Девочка повторяла что-то про тишину, которая «хотела привязать ее к себе». Однако в этом случае Дэвид не спешил поддаваться панике. К малышке так просто не подобраться.

Да, ей незачем было встречаться с ублюдком, который испоганил жизнь ее матери — но и того бы тоже ждал величайший сюрприз. Хотел бы Деус посмотреть на мага, который протянет руку к ребенку протодемона, да еще в родной среде. 

Лиззи не нужен лишний стресс, напомнил он себе. Этот тип не только умудрился идеально спрятаться. Он знал что-то, что делало его малютку уязвимой, по крайней мере, по материнской линии. 

… Одновременно он добрался до Рит. Тут и стало ясно, почему он не смог нащупать палача раньше. Эта тварь была в конюшне несколькими секундами до него, и теперь изо всех сил заметала следы. Судя по тому, как легко он управлялся с замыканием пространства, неизвестный как минимум имел выход за Край. Но и преследовать его Дейв не мог. Его тени всегда должны были оставаться все вместе, в одной параллели. 

Маргарет, которая уже не держалась на ногах, снова напомнила, почему он так отчаянно в нее влюбился. Физическая хрупкость и заведомо проигрышное положение не мешали ей все это напрочь игнорировать и упрямо настаивать на своем.

На его глазах она пыталась вдохнуть жизнь в труп, который шевелился разве что благодаря разрозненным и противоположно направленным силовым линиям. 

Она называла покойника Вильямом. И Деус припомнил, что, действительно, когда-то ошивался подле лошадей пацаненок с похожим именем. Наверное, уже подрос, а в этот свой приезд демон совершенно не обратил на здешнего конюха внимания. 

И в этом случае он снова намекнул Рит на то, чего не было. Марбас не стал реанимировать обуглившегося человека. Принц-лекарь не тратил ресурс впустую, если видел, что восстанавливать уже нечего. После того, как Рит принялась молить за Вильяма со слезами на глазах (и как она-то почувствовала в Марбасе целителя?), они с Высочеством договорились, что тот спасет сознание недоумка, отправив его в другое тело. 

Марбасу нужно было поймать момент, когда в одном из пределов, куда он мог бы дотянуться, возникнет похожая комбинация — подходящее тело будет покидать душа сопоставимых размеров. Вильям ни за что не «влез» бы в гения или сильного мага. 

Однако технически он остался жив. С Маргарет конюх больше не увидится, и Деус не собирался об этом горевать.

Пока девушка бредила, она поделилась с ним частью доступных воспоминаний. С одной стороны, он снова поступил не как джентльмен, заглянув в них без ее согласия. С другой… какой еще, к Бездне, джентльмен? Его женщина и его дочь по-прежнему в опасности, а он с закрытыми глазами отбивается от существа, которое до сих пор не идентифицировал. 

Это был некто, весьма похожий повадками на демона, — при этом коварнее и изощреннее. Демон бы просто напал и сожрал. А этот уничтожал сразу две жертвы. Одну он склонял к жестокому насилию — на Краю обычно использовали эпитет «бесчеловечный» — а другую терзал, находясь за спиной насильника и поглощая эмоции с двух сторон. 

Деус успел узнать, что стало с той девочкой, которую Маргарет нашла в подвале. Все равно Кара не успокоится, когда очнется… Так вот, благодаря шумихе, поднятой горничной, благодаря тому, что Рит прижала Морлея (скорее всего магически), девушку доставили в городской госпиталь, а оттуда — в столицу Ада. Она выжила и стала сиделкой... Сейчас ухаживает в центральном госпитале Бездны за тяжело ранеными и больными, которые перестали вставать с кровати.

Непростая судьба, но Маргарет от этого должно стать чуть легче. Ведь в Энфилде, рядом с медленно съезжающим с катушек Мором и кружащим поблизости Палачом, ту девчонку не ждало ничего хорошего. А его Рит… Как здесь выживала она?

После того случая девушка резко сорвалась в город. Хотя решиться оставить свое место силы, свое болото, ей было нелегко. Окружающим она врала, что неведомый муж нашел работу еще лучше. Мол, ему неудобно стало ездить в деревню — зато хватало денег снять комнатушку. 

Как же ей было страшно. С ребенком с чужой для ней стихией… Ведь магия Рит и Лиз скорее всего конфликтовала прямо во чреве. Будущая мать инстинктивно не оставляла попыток вырваться из-под блоков и усилиться. Возможно, Палач даже ослабил удавку, чтобы позволить ей родить и получить в свое распоряжение сразу двух неучтенных магичек. Да еще каких. Деус втянул воздух сквозь стиснутые зубы. 

Если девочки выйдут из этого мрака в добром здравии, он навсегда излечится от самонадеянности. От уверенности, что вокруг него вертится вся Бездна… Ну, почему за этот его урок платили они?

Он приложил руку ко лбу Маргарет. Она дышала спокойно, лишь изредка вздрагивая всем телом. Влажные локоны липли к лицу. 

Убрал их. Обтер лоб и щеки фланелевой тряпицей. Поцеловал в подбородок, почти не касаясь губ. Кара, его Кара… Если с ней что-то случится, он сожжет эти несчастные, иссушенные войнами земли еще раз. Окончательно искоренит заразу, что умудрилась так долго прятаться от пригляда Горнил. 

…Справа от него кто-то сдавленно кашлянул. Явно издевательски. В кресле у занавешенного окна развалилась фигура в строгом темном костюме. Ночник выхватывал только мощные колени в брюках из темно-коричневой гладкопряденной шерсти и черные башмаки с блестящими лакированными носами. 

— Устроил ты светопреставление, Младший. Сталкиваешь орбиты, роняешь луны, путаешь приливы с отливами. Так и до плача миров недалеко. 

Голос звучал сипло. Будто его обладатель не раз его срывал, а сейчас говорил обманчиво тихо. Рит во сне поежилась. 

Только один демон мог позволить себе так раскорячиться в его присутствии и даже не выставить защиту. 

— Я торопился, Асмодей. И оправдываться я буду только перед Матерью, — ответил Деус с похожей хрипотцой.