Ночь прошла подозрительно тихо. Я не ворочалась, не просыпалась и утром пропустила момент, когда моя крошка убежала играть. В итоге, продрав глаза где-то ближе к полудню, я долго таращилась на розовый кружевной балдахин детской кровати, который подошел бы и королевскому ложу… 

Что же случилось? Деус отныне меня избегал? Посчитал, что я слишком нестабильна и будет проще организовать мне крепкий и ни в коем случае не провоцировать на физическую близость. В общем, утром я едва сдерживалась, чтобы не разреветься… Дэвида не было. От него передали коротенькую записку (не голограмму, не личное письмо!), когда я убеждала Лиззи попробовать рисовый пудинг. 

— Кара миа, после ланча я буду дома. Надо навестить Мора и обойти несколько мест. Стивен и Адаманта, о которых я тебе рассказывал, приглашены на вечер. Все встречи у нас сдвинулись на один день, потому что брат вчера оказался чрезвычайно занят. Ни о чем не волнуйся. Миссис Такер все подготовит. 

С досады я перестала нервничать и разозлилась. Сделала так, как он и просил. Выкинула его из головы. Элизабет прекрасно проводила время. С новым конюхом она училась ездить верхом на спокойной гнедой кобылке. Любимого жеребца Деуса тоже выпустили в загон. И Бланко охотно подставлял девочке морду, позволял себя гладить и вычесывать гриву. 

Я же перестала игнорировать стенания миссис Такер. Если до этого я отбивалась от нее под предлогом, что я в этом доме случайная пассия хозяина, то сейчас позволила показать счета и обсудить закупки. Мы обе пришли к выводу, что пора обновить часть меблировки на втором этаже, а также поменять сантехнику в гостевых комнатах. Демон должен был пенять только на себя. 

Время летело быстро. Деус так и не появился. Каково же было мое смятение, когда в библиотеку, где я сидела в одиночестве и ковырялась в учетных ведомостях семи- и восьмилетней давности, воспоминаний о которых у меня почти не сохранилось, вдруг ворвалась Элизабет. Ее сопровождал мальчик-ангелочек примерно ее возраста, с золотыми буклями на лбу и огромными распахнутыми голубыми глазами.

— Это Риччи, мама, — с порога закричала Элизабет. — Он мой брат. Папа так сказал.

— Ээээ, — сказала я. — Оооо… Ну, если…

— Он тоже демоненок. Сын Стивена. А это уже брат папы. 

Вот это демоненок? А как же тогда выглядят те, которые живут в Чертогах? С крылышками такие. 

— А сколько тебе лет, Риччи? — бодро поинтересовалась я. 

Хотя единственный ребенок, с кем я имела дело, это Лиззи, но я знала, как вести себя с детьми. Тут, главное, не усложнять. 

— Пятьдесят два, — заявил мальчик. 

Я чуть-чуть не захохотала. Накладывалась волнение последних дней. У демонов, если правильно помню, десять лет считались примерно за один год у немагических рас. 

— Отлично, значит вы с Лиз примерно ровесники. Ей скоро исполнится пять.

Оба ребенка воззрились на меня с недоумением. 

— Риччи, твоя мама тоже демон?… Эммм, демоница.

Мальчик гордо кивнул. У чистокровного демона, разумеется, не могло возникнуть такой путаницы с возрастом, как у Лиззи. 

— А моя дочь, она наполовину демон, а на другую… хмм… и человек, и не человек. И развивалась она так же быстро, как человеческие дети. Только с магией, как у отца.

— Ты хочешь сказать, что когда Риччи было пять, он еще лежал в кроватке и агукал? — удивилась моя малышка. 

Я не стала смеяться вместе с ними. Вариантов тут достаточно. 

— Рич, не исключено, рос вполне стремительно. Допустим, рано полетел… Некоторые демоны это умеют… Или освоил сложные заклинания, но при этом в свои пятьдесят он выглядит и думает так же, как ты в пять. В то же время твой дядюшка Мор, человек, не так давно отпраздновал тридцатый день рождения. Разница в биологическом возрасте у Мора и у Риччи колоссальная. 

В подтверждение моих слов, мальчонка расправил угловатые кожистые крылья и поднялся под потолок. Его глаза зажглись алыми кострами. Я еле удержалась на месте. Первой реакцией было свернуться кольцами … и напасть. Нет, я спокойна. Я не трогаю детей. К тому же это друг Лиззи.

Соломенная кукла в руках моей крошки — почему-то игрушка до этого вообще не привлекла внимания — затрещала и захрустела, будто собираясь вспыхнуть. Я резко вскрикнула и взглядом выбила ее из рук дочери. Затем пригвоздила к стене, скинув с крючка вязанное панно. Эту вещицу следовало разорвать в клочья — а потом уже сжечь. В этой кукле жила магия. 

— Подожди, — заверещала девочка. — Ее сделали папа и дядя Стивен. Она хорошая. 

Да что здесь происходит? И только потом до меня дошло. Все эти демоны и их магия так меня заморочили, что я не заметила, что Элизабет заговорила чисто. Она выговаривала «ррр». 

Тут в комнату вплыла особа с копной роскошных медных волос, уложенных свободными волнами. Ее платье с вычурным черным шелковым корсетом и высокими пенными рукавами было излишеством для нашей деревенской усадьбы — и тем не менее, не казалось вульгарным. 

Невероятно горделивая осанка и бездна уверенности в глубине зеленых глаз. Как будто королева снизошла до своих подданных… Моим первым порывом было встать и сделать книксен, а вторым — зашипеть и проклясть колена этак до восьмого. 

Демоница. Хуже того, суккуба. Нет, еще хуже. Кто-то из высших, хотя в этой расе женщины обычно не стояли у руля.

— Мама, — пискнул Риччи и пикировал на нее сверху.

— Детка, — отозвалась роковая королева уже из-под вороха юбок, журнального столика и, собственно, демоненка. 

Мальчик сбил ее с ног, растрепал волосы, но она сидела на полу и улыбалась ему, не заботясь о впечатлении, которое производила. Только кровиночка имела значение, все остальные — грязь.

По стенам, на которых красовались обои с вензелями, пробежала едва уловимая дрожь. Кубки и призы на полках звякнули, а пламя на мгновение вытянулось в идеальную вертикаль. Воздух в библиотеке глухо замер, словно пространство затаило дыхание. Элизабет перестала отдирать куклу и серьезно посмотрела на меня.

— Ты у меня самая красивая мама, — тихо произнесла она.

Я помогла ей и сняла соломенное чучелко с гвоздя. Риччи с мамашей, оба ничего не заметили. Они продолжали распутываться из-под друг друга и хихикать. 

Наконец через пару минут мы представились друг другу. Мне выпала честь познакомиться с леди Адамантой Алистер-Кроули. По сравнению с ней, бесцеремонная и избалованная Рози оказалась полевым цветочком. Леди Адаманта вела себя так, будто Деус и наша дочь принадлежали целиком ей. Они вечность знакомы, она их так любит…

— Очевидно, вы еще не почувствовали себя здесь хозяйкой. Это не всегда происходит быстро, — между делом сообщила она. 

Другая ее фраза вообще предопределила судьбу этих семейных посиделок:

— Дейв всегда предпочитал ярких ослепительных женщин. Ну, прямо как сорока мужского пола… Наверное, с возрастом он стал мудрее или его кто-то покусал.

Я почти нежно улыбнулась этой гадине. Давно вышла за рамки раздражения или злости и сейчас почти спокойно прикидывала, какое несчастье постигнет королеву Ада в нашем домике на Краю.

— Папа что-то долго возится с дядей Стивеном, — сказала Лиззи, подойдя ко мне отдышаться после догонялок с Риччи. — Зря я думала, что демоницы умные. Они, может, и умные, но совершенно не осторожные. 

Дэвид Деус, любящий сын и брат. И не только

На куклу они с Асмодеем потратили больше времени, чем он предполагал. Этим видом магии брат, конечно, владел в совершенстве. То есть предрасположенность имелась у них у обоих, а практика — только у Стивена. 

Загвоздка заключалась в том, что величайший поднаторел в создании болванчиков с узким функционалом. Он умел сделать так, чтобы существо, к которому была привязана кукла, скончалось через заданный промежуток времени или выполняло заранее прописанные действия. Реже — откликалось на все приказы и попадало под зеркальную власть создателя куклы.

Кстати, Палач, ведь действовал похожим образом. Только никаких манекенов он не создавал — и не исключено, что они с демоном использовали один и тот же ключ, активируя чары.