Скулы порозовели. Мне придется смириться с собственной реакцией на Дэйва. Реальность такова, что, когда он не нападал на меня, то мне не хотелось убегать и прятаться. В животе скручивалось уже знакомое напряжение. Наброситься на него, когда он отвлечется или уснет… Инстинкты в этом случае побеждали все проставленные на мне печати.

Богиня, наверное, так все и случилось, когда раненый, он метался в бреду. Меня тянуло к нему. Я проскальзывала в комнату и наблюдала. Подсаживалась ближе и изучала исходящие от него волны. Училась справляться с его жаром, приучала и приручала… Вряд ли бы он подпустил к себе не демона и не лекаря. Ведь мои потоки разительно отличались от целительских.

Тем не менее, он позволял мне снимать его боль, касаться его кожи. То влажной тряпицей, то голой ладонью. Растирать, массировать, гладить. Он постоянно звал меня, и я почти перестала покидать его комнату… Экипаж резко качнуло вправо. Ого, я и не заметила, что уже не первую минуту тону в глазах Деуса, не отводя взгляд. Я снова тянулась к тому умирающему демону с голодными руками и жаждой в очах…

— Кара, ты сочиняешь какую-то неприятную небылицу. Узнаю это твое выражение. Нельзя так накручивать себя. Иди ко мне. 

Одной рукой он притянул и обнял меня, не переставая другой прижимать к себе Лиззи. Я закрыла глаза. Если бы можно было вот так просто… Расслабиться. Позволить ему все сделать самому. Найти палача, наказать его. Построить большой дом, подарить мне еще детей, возвести вокруг нашего укрытия несколько слоев защиты. И по периметру территории, конечно, тоже… Он идеальный страж и достоин своего места у ног Арахай.

— Деус, — прошептала я одними губами. — Со мной что-то не так. Я не хочу особняк с лакеями в ливреях. Начхать на парк и фонтаны… И не нужны балы. Я ненавижу шуршащие платья.

— Как скажешь, Кара, — сверкнул он улыбкой.

— Дом-крепость. Огромная цитадель, которую невозможно захватить… И еще много-много секса.

Глаза расширились, когда до меня дошел смысл собственных слов. У Деуса же в зрачках мелькнул не огонь, а что-то более темное. Более раскаленное, если такое возможно. 

Похоже, он понимал, о чем я, лучше меня самой.

— Кара миа, — кивнул лорд. 

Все будет, говорил его взгляд.

— Мама, папа! Там домик. Такой налядный и лозовый!

По насыпной дорожке мы заезжали в утопающую в зелени усадьбу. Тут тебе и пруд, и хозяйственные постройки вдалеке, и изящные беседки, укрытые за деревьями. 

Дорогу лошадям вдруг перегородила очаровательная девушка. Она выскочила вроде бы и не под самые копыта, но кучеру пришлось резко тормозить. И Деус схватил Лиззи теперь уже двумя руками. Мое негодование усиливалось с каждой секундой.

Я ошиблась. Не очаровательная, а очаровательнейшая. Все в незнакомке призывало к восхищению. Шелковое коралловое платье сшито по последней моде, но сидело на ней, как вторая кожа… Роза в волосах у любой другой смотрелась бы претенциозно, но в данном случае лишь дополняла стихийно-игривый образ.

— Класавица, — выдохнула Лиззи.

— Напомни мне, зачем мы сюда приехали, — выплюнула я и не узнала собственный голос. Таким сухим и ядовитым он стал. 

Поместье Уикхем Кросс соответствовало своей юной хозяйке. Оно цвело буйным цветом и сочетало то, что вроде бы между собой сочеталось плохо. Например, изящество и легкость, а вместе с ними — утомительную нарочитость. 

С одной стороны можно было любоваться плавными изгибами искусственных прудиков, в которых отражалась зелень и узорчатые перила мостков, а с другой, прямо посреди аллеи, вдруг вырастал громкий фонтан с золотой чашей и каким-нибудь мифическим исполином, разрывающим глотку дракону. 

Леди Розмари Уикхем, не мешкая, забралась к нам в коляску. Она не сводила с Деуса столь жгучего взгляда, что у того уже должны были воспламениться не только рубашка и брюки, но и щетина на подбородке. При этом Розмари умудрилась понравиться Лиззи, а это значило, что девочка не видела в ней соперницу. 

Я же таким терпением не отличалась. Меня раздражало любое женское внимание к красавцу-демону. Я это заметила еще в Энфилде. Слава богине, моя собственная дочь исключалась из почти бесконечного списка женщин, которым не дозволялось дышать в сторону Деуса. 

Дэвид, в общем, и не давал повода. Я уловила его досаду, когда в нашу троицу вклинилась посторонняя. Впрочем, он остался предельно корректен, и на щебетания Розмари отвечал односложно, но вежливо. 

Та уселась напротив нас и принялась тискать Лиззи. Она показывала малышке огненные трюки, вызывая на своей ладошке разноцветные язычки пламени по очереди, а потом — заставляя их танцевать уже в кулачке Элизабет.

То же самое часто делал Деус. Стала бы эта молоденькая знатная особа так возиться с дочерью служанки? 

Даже если бы Лиззи приглянулась ей раньше, я бы постаралась прервать это общение. От господ ребенку прислуги стоило ждать только дурного. Граф сжал мои пальцы. Очевидно, мои мысли отражались на лице.

— Ты гостишь здесь и пропускаешь начало сезона, Розмари? Я вот собираюсь сначала познакомить своих девочек с соседями. Они, так вышло, обе немного дикарки. Чуть-чуть к вам привыкнут, затем мы месяц другой поживем в столице. Там будут ставить «Свадьбу герцога Люцифера». Такое нельзя проигнорировать.

Розмари вскинулась. Ни о чем она не желала бы поговорить более, чем о планах Деуса. Как бы красотка не вывалилась из ландо. Я еще не встречала настолько влюбленной девушки. И когда же она успела?

Я тоже прислушивалась к словам демона. Он желал выманить палача таким образом, или он подозревал, что мы встретим его прямо в гостиной соседнего поместья?

Кстати, об обитателях Уикхем Кросса я не знала почти ничего. Меня не интересовала знать, а посторонние аристократы — тем более. Если я кого-то из них и встречала, то благополучно забыла. 

Розмари же делала вид, что меня нет… То есть не совсем так. Она смотрела в глаза и улыбалась, но не задавала вопросов. Не пыталась заговорить. Я крепко задумалась, какая же молва разошлась о нас с Деусом за пределами Энфилда. 

Но Мрак милостив. Через несколько минут сразу два лакея помогали прелестнице выбраться из экипажа. К нам с дочерью Дэвид не подпустил ни одного. Сначала снял Лиззи, а потом подхватил меня и продержал в воздухе до тех пор, пока я не прижалась лицом к его щеке. Тогда он чмокнул в нос и поставил на землю. 

Эта демонстрация не укрылась от Розмари. За ее спиной уже маячила невысокая округлая дама. По-видимому, хозяйка дома. Но девушка, не оглядываясь на нее, снова атаковала графа. 

— Сегодня вы будете моим кавалером, — заявила она, весьма достоверно изобразив смущение. — Мама поможет вашей… протеже и вашей крошке освоиться. Что до меня, то я уже окончила колледж и должна находиться под защитой демона, если таковой имеется в окружении. Нас, демониц, так немного. Как повезло Бездне, что у вас родилась девочка.. А я… А у меня ранг выше среднего. И по женской линии вся ветвь чрезвычайно плодовита…

Ох, и я это я, служанка, чувствовала себя оскорбленной, в то время как урожденная леди предлагала себя, совершенно не таясь. Прям на крыльце. А если милорд не возьмет ее замуж… Он все равно бросится рожать ему с той же охотой? Куда смотрит ее мамаша?

Деус на мгновение онемел от столь незамутненного порыва. А младшая Уикхем закрыла ему рот рукой в кружевной перчатке цвета сливочного крема. Я стояла справа от демона, и моя грудь замерла на глубоком вдохе. 

— Деус, мне уже двадцать. Я не ребенок. В прошлый раз я еще не покинула пансионат. Вы сдерживали себя, это понятно… Но из-за того, что у вас с моей сестрой не вышло, не думайте, что это ударило по нам. Я не придаю этому большого значения. Вашу девочку я признаю, а следующим у нас будет мальчик… Ко мне каждый месяц кто-то сватается, но Аврора предупреждала, что с вами не сравнится ни один сын Пламени. Вы самый современный, адекватный, понимающий, щедрый…