Искусанные губы, не слишком ухоженные волосы, десятки других говорящих деталей — все это его не заботило. 

Он опять лишался зрения и смотрел на нее теми самыми глазами. Слепой, как крот, и влюбленный, как мальчишка в пубертате. 

Доверять Рит, не выяснив, откуда она такая взялась и что произошло на самом деле, разумеется, нельзя — но и навредить ей нельзя вдвойне. Он ведь обещал, что не обидит. Сознание снова и снова подкидывало те безумные нежности, что он говорил ей, мечась в жару и агонии.

Сколько у нее было мужчин? Принимала ли она время от времени ухаживания кузена, чтобы раздобыть денег? Чем зарабатывала в городе, когда все, чем она могла пользоваться, это мордашка и ладная фигура? 

Послышалось рычание. Этого еще не хватало. Дэв сцепил зубы. Он не собирался признавать эту неизвестную своей женщиной. Да, он выяснит правду. Он будет защищать Рит, какой бы эта правда ни была. 

Если она не попытается вредить ему или дочери, то никогда и ни в чем не будет нуждаться. 

Главное, включить мозг, перестать об нее тереться и не раздавать обещания, а также угрозы с сексуальным подтекстом, каждые три минуты. 

Ага, понял. Рядом с ней он вел себя, как самый рядовой демон. И с этим тоже придется смириться. 

Я проснулась отдохнувшей и еще более посвежевшей, чем после ванны. Задергалась, потому что воспоминания не пощадили, обрушились все сразу.

Но демона рядом не было. Мы с Лиз остались в комнате одни. 

Спал ли он здесь? Спал ли вообще? Мысли, разумеется, лезли самые похабные. Но не стал бы он набрасываться на меня в той же кровати, в которой уснула дочка…

Придирчиво осмотрела кресло, небольшой столик и даже клятый подоконник. Уфф, с этим демоном недолго и свихнуться.

Элизабет спала по-прежнему ровно. Если бы она просыпалась, то я бы, наверное, заметила.

В комнату постучали. 

— Леди, ой, тьфу, Маргарет, впусти, пожалуйста. Завтрак. 

Щелкнула пальцами и столкнулась нос к носу с Анастасией, молоденькой служанкой, двоюродной внучкой дворецкого. По этой причине даже наш боров обходил ее стороной. Побаивался, что Орландо плюнет ему в кофе или в виски. А то и подсыпет чего.

Дворецкий работал еще на его деда и нрав имел огнеупорный. Отсюда и девчонка не церемонилась с другой прислугой, считая себе на особом положении. Впрочем, я с ней вроде бы не ссорилась. Намеков на это не заметила. 

Она принесла нам творог, вишневый и клубничный джем, рогалики, отварные яйца, сливочный сыр, белый теплый хлеб. Большую часть продуктов подавали к господскому столу. Но и этим утренняя щедрость Броуди не ограничилась. 

Девушка вытащила из кухонного портала, закрепленного за каждым, кто обслуживал стол, горячие блюда — яичницу, рисовую кашу с изюмом, яблочный пудинг со сливовым джемом. Кровяные колбаски, жареные ломтики ветчины и тушеная фасоль подавались отдельно. 

Анастасия так же медленно достала чайник с чаем, кувшин с теплым молоком и кувшин с компотом. На столе больше не было свободного места. 

— Кто-то, хозяин или наш гость, или они оба, решили, что ты чересчур худая, Рит, — хмыкнула она. — Доступ к столовым прибором и посуде у тебя есть. Достанешь.

Я кивнула. Болтать особо не хотелось. Я желала бы знать, где Деус и чем он сейчас занят. Но судя по тому, как жадно Анастасия оглядывала комнату, вряд ли она знала больше моего.

Раз она искала здесь его следы, то скорее всего в своей роскошной спальне он не ночевал. И в доме уже это обсудили.

— Я уберу всю лишнюю еду на кухню. Этим порталом я тоже владею. Спасибо тебе. Все такое горячее.

Не говорить же ей, что температура меня не заботит. Хотя блюда только что из печи все равно вкуснее нагретых повторно. 

Однако девушке не терпелось услышать то, ради чего она вызвалась пойти сюда. 

— Ну, не молчи, Рит, как он в постели, сиятельный граф? Не верю, что господин Морлей так побеспокоился о тебе, даже из-за предполагаемой дочери, что выделил такие хоромы. За ним заботы никогда не водилось. 

— Я не собираюсь обсуждать ни одного из них, прости. Я бы поскорее вернулась к себе и подождала, пока все уляжется. Но теперь от меня просто так не отстанут. 

Выпалила это абсолютно искренне. Анастасия в расстройстве взмахнула пустым подносом.

— И чего в тебе мужики находят, Рит? Курносая, веснушки эти… Может, это потому, что волосы вьются и из прически выбиваются… Или юбка всегда коротковата. Я думала, это от постоянных стирок, а ты специально так носишь. 

— Да, Бездна, что ты такое плетешь, какие мужики? У меня постель всегда ледяная. Отродясь компании не было, только дочка.

Я воскликнула это в досаде, но ведь не соврала. Я не могла заглянуть в воспоминания, но на сердце камнем висел только один мужчина. Как только я увидела утонченную физиономию демона, то сразу в груди потяжелело. Давно он там застрял занозой. 

Конечно, Рит влюбилась в раненого лорда до потери пульса и постаралась сохранить его ребенка. Прокормить себя и дите она могла, выжить в лесу — запросто. Есть разница, родить от мужика, который будет всю жизнь поколачивать, или от господина с голубой (хорошо, с огненной) кровью. Вот только девочка получилась очень не простая.

— Там Вильям вечером напился, когда прослышал, как ты время провела. Что тебя отдали Его Сиятельству в постельные грелки, а граф так проникся, что приказал выделить тебе отдельные покои. И там закрыть.

Я захлопнула рот, чтобы не разразиться возмущениями. Да какая мне разница на эти слухи. До этого большинство в доме были убеждены, что я любимая девка Морлея. После меня он спал особенно крепко. 

С конюхом Вильямом мы не поладили как раз на этой почве. Он считал себя парнем видным и настаивал, чтобы в отсутствие виконта я кувыркалась с ним в амбаре.

— Вильям плел, что предложение много раз делал, что засранку твою признает, гостинцы приносил, когда ты хворала. А ты, неблагодарная, под каждого милорда…

Горничная изучала меня с таким любопытством, что я заподозрила у нее личный интерес. Вильям пользовался в усадьбе и в деревне бешеной популярностью среди девиц на выданье. 

Я все-таки выпроводила удрученную Анастасию. Бедняжка ни секретов моих не выведала, ни на голого лорда не посмотрела.

Лиз растолкала лишь минут через десять. Завтрак медленно стыл, но ее следовало умыть как следует. Вчера, когда она уснула, я не стала усердствовать и оттирать чумазое личико. 

Пока я сервировала стол, девочка все-таки поплелась в ванную комнату. Оттуда долетали ее удивленные возгласы. Надо научить ее пользоваться краном и унитазом тоже. Она про них слышала, но здесь, в поместье, я старалась не пускать ее в господский дом.

В дверь заколотили. 

— Маргарет, я должен увидеть дочь. Пусти, шалава этакая. Что ты навешала брату? Он рявкнул к тебе не приближаться. Открой, стервь, не то сломаю стену. Я сказал, обслужить его один раз и не приказывал ублажать всю ночь. Тыыыы… 

Дальше шел совсем уж неразборчивый рев. Я оглянулась на плотно притворенную дверь. В ванной хлестала вода, и Лиз могла не услышать брань Его Милости.

Я в растерянности смотрела на дверь. За ней бесновалось чудовище, наклюкавшееся прямо с утра. Удерживать Морлея на том же месте чревато. Сейчас к нам сбежится весь дом. А я вполне в состоянии решить эту проблему сама. 

Что-то подсказывало, что Дэвид не даст кузену сдать меня проверяющим, на которых висела обязанность вести учет магически одаренных.

Или во мне говорила жажда мести? На виконте я отрабатывала свои способности довольно часто, а он и не догадывался. То есть не представлял, чем рисковал. 

Дверь распахнулась. Морлей чуть не рухнул в комнату. Он сделал два шага на прямых ногах и повис на ручке. 

— Ты, ты… — по инерции продолжал он. Но что-то в моих глазах заставило его задуматься даже через алкогольные пары.

— Ты знаешь, как я несчастен? — внезапно выдал он.