Сложно сказать, какой стратегии я придерживалась раньше. Сейчас же не видела необходимости скрывать от него Лиззи, если мои подозрения верны. Он обеспечил бы ей защиту, обучение и безбедное детство.

Я с размаху плюхнулась на кровать, которая по всем правилам не полагалась горничной, а скорее подходила для господской любовницы. Покрывало с кистями, шесть подушек и горка одеял. 

… Чего же боялась я, то есть Рит? Единственное, что удержало бы меня от того, чтобы написать Сиятельству в столицу, это риск быть разлученной с дочерью. 

Еще раз огляделась по сторонам. Эти однокомнатные покои предназначались для дальних родственников и не самых важных гостей. Небольшой письменный стол с бюро. Комод с круглым зеркалом на ножках. Длинная причудливой формы ваза на полу, которая перетягивала на себе внимание. Яркий элемент декора — и можно не заметить, что в комнате пустовато. 

Возможно, я не раз убирала здесь раньше. Но теперь меня заботил не слой пыли на подоконнике и не чьи-то темные волосы на крайней подушке… Так, это третий этаж и вид на внутренний двор и сад. Получится ли создать качественную иллюзию и ускользнуть отсюда без ведома Элфорда?

В дверь постучали. Я до такой степени обнаглела, что, сбросив тяжелые башмаки, не спешила надевать их обратно. Когда я говорила лорду о слабости после лихорадки, то не соврала ни на дюйм. 

— Войдите, — крикнула я, положившись на свое непонятное пока положение. 

Замок щелкнул, реагируя на мой голос... И здесь не пожалели магии? Ради служанки...

Наверное, кто-то из девушек донес комплект полотенец. 

Чан с водой, как и обещала миссис Такер, маячил в углу. От него поднимался негорячий пар. Еще десять минут, и я позволю себе искупаться в дневное время. Ланч уже миновал, но до вечера еще далеко. 

Дверь распахнулась, и ко мне ввалился виконт. И как я расслабилась до такой степени, что снова полностью завернула магию в кокон. 

Его Милость где-то потерял шейный платок, да и камзол тоже. Ноги он переставлял не очень твердо, однако намерения имел самые крепкие. Он ухватился за подпорку кровати, уходившую в потолок, и через метр задышал на меня ядреным смрадом. 

— Ты уже дала ему и уже получила повышение. Какая скорость, — пыхтел он. — Похоже, Деусу понравилось. Обслужи меня по той же программе. И не ленись. Я хозяин этого дома и заслуживаю не меньшего уважения, чем гость. 

Мне даже двигаться не хотелось. Я от демона отбилась, а тут это… недоразумение. 

— Мне не нужна твоя девка, но если ты станешь упрямиться, сочинять отговорки, — ты же в этом мастерица, — то я отправлю ее вместе с братом в столицу. Он заберет ее, — помешан на должном устройстве ублюдков — а ты останешься куковать здесь… Но все можно исправить. Я свожу ее в город — ты поедешь с нами, зачем мне эта возня… И верну ее тебе, а Деусу наплету что-нибудь… Это при условии того, что ты будешь очень послушной. Шелковой, нежной…

Я сползла с кровати и обошла его сзади. Приобняла за плечи, выворачивая голову в другую сторону. Даже дорогая рубашка под моими пальцами ощущалась скользкой и липкой.

— Ваша Милость, я же не дура. Вы, разумеется, получите то, за чем пришли. Только давайте отойдем от постели, это же скучно… К креслу… Нет, давайте к окну. Вы прислонитесь, а я сделаю все в лучшем виде.

Пришлось даже подталкивать его энергией слегка, чтобы сдвинуть тушу с места. Но на этой кровати я, действительно, собиралась передохнуть.

— Чушь, фокусы, показуха. Зачем рассусоливать. Открыла рот пошире… — пыжился виконт, но все же брел в нужную сторону. Параллельно он ковырялся с пуговицами на брюках. 

Возможно, боров заснул бы и сам. Стоя, и без всякой магии, но проверять я не собиралась. 

Ровно через пять минут в комнату вошел Деус. Я сидела в кресле, закинув ногу на ногу и гадая, где бы раздобыть чашку чая. 

— Где он? — осведомился граф. 

Я махнула в угол, огороженный ширмой.

— Спит со всеми удобствами. Я буду вам признательна, если вы…

Элфорд легко взвалил кузена на плечо. Тот храпел и пускал пузыри. 

— Вы до сих пор не переоделись. Вам привычно находиться в неглиже днем?

Кажется, он никогда не перестанет говорить со мной таким тоном. В нем досада смешивалась с обвинением, что я вообще родилась. 

— Я мыться, Ваше Сиятельство. Я дословно выполняют ваши указания.

— Дверь заблокирована снаружи. Окно тоже. Только попробуйте сбежать. Я позабочусь, чтобы сюда заходили с едой и тут же выходили. Никаких посетителей. 

— Адская бездна, — завопил виконт, болтаясь за спиной брата. — Эклеров, шампанского и трех лучших шлюх в Сиреневый кабинет. Сандерс платит! 

Дэв Деус, граф Элфорд

Он прислушался к ее дыханию. Девушка только что занырнула в горячую воду, и оно сбилось. Перед этим Маргарет подогрела успевший остыть чан. Магия в ней так и плескалась… Как? Откуда в этих убогих землях появиться столь сильной магичке? Ее должны были отловить еще в детстве, и никакие фокусы с коконами не сработали бы. 

Рит задышала теперь уже чаще. Она фыркала от удовольствия. Деусу показалось, что служанка плеснула чего-то в воду. Ей подали тот же комплект для омывания, что и любому гостю в Энфилде. Там должны были быть масла, соли и пена. 

Но если она снова использовала ту редкостную гадость, от которой у него сводило челюсть, то он вымоет ее еще раз. Лично. 

Горничная… Подумать только, женщина, которую он безуспешно искал несколько лет, оказалась прислугой. Магическое описание было разослано по всем регионам Края. На самом деле ее искали по всей империи, но отпечатки не совпадали даже близко… Смотрели ли в доме? Конечно, нет. Ни в доме, ни в близлежащих деревнях девушек с магией не водилось.

Он не помнил ее лица. Тогда он приходил в себя лишь на недолгие промежутки времени. Да и не мог бы. Зрение восстановилось спустя полгода. Но перед мысленным взором вставала почему-то рыжеволосая красавица с белоснежной сияющей кожей, с алыми манящими губами. Когда она к нему приближалась, он представлял ее в именно такой. 

Служанка, которую он утром поднял с пола, не отличалась яркой внешностью. Курносый носик, губки бантиком, сощуренные глаза, выдавшие плохое зрение. А еще обгоревшие на солнце брови и россыпь веснушек. Он сначала не понял, зачем Броуди полез на это невразумительное создание, но потом заметил весьма приятный бюст и очень милый румянец. 

А вот ее запах творил с ним что-то страшное. Во-первых, он был ужасен и искусственен сам по себе, а, во-вторых, за ним угадывался другой аромат, который когда-то вернул его к жизни. Он тянулся на него, отвечал ему, воевал с лихорадкой и ставшим чужим пламенем, чтобы иметь возможность добраться и завладеть… Завладел.

Когда эта девушка в ванне прикоснулась к нему магией, он отозвался мгновенно. Точнее, впервые в жизни обернулся против своей воли. Такой весь из себя готовый… Только забирай. Это если проигнорировать, что он с первой минуты вел себя рядом с ней как зверски голодный демон.

Как демон, которого пять лет водили за нос. Как демон, одуревший от желания. Видит Бездна, он всегда презирал соплеменников за неумение сдерживаться, а тут был готов разорвать на горничной юбки и бесконечно вбиваться в ее нежное медовое тело, чтобы допытаться до правды.

Деус потер переносицу. Как это могло случиться именно с ним? 

У него самообладание на грани совершенства. Он лучший адвокат, юридический представитель империи Пламени в других мирах. Его происхождение ставит его на порядок выше большинства демонов первого круга — и он пускает слюни на селянку в драной юбке.  

Логичнее всего предположить, что это заговор. Но выводы пока делать смешно. Не так давно герцог Вельзевул орал о заговоре на всю столицу, не в силах признать, что проглядел рождение собственного ребенка. 

Деус открыл личное дело Маргарет Донахью:

Двадцать семь лет (дата рождения точно не установлена). Подброшена к порогу храма. Через несколько дней после обязательных процедур прикреплена к земле. Сразу же взята на воспитание шестидесятилетней травницей, потерявшей в войнах мужа и сыновей.