— Последний удар, что вернула тебе Аурелия, был смертельным, — проговорил Керуб, отчего слезы покатились из моих глаз. Пусть голова моя на данный момент соображала довольно-таки туго, но по интонации Керуба и, зная свою эмоциональность, я поняла, что все плохо. — Но я не могу позволить тебе умереть, женщина… Да и смысл — это делать, если без тебя я не попаду в твой мир. А это должна была быть моей великой миссией, возложенной на меня моими покровителями. И пусть я не справился, однако не хочу прослыть трусом среди своих товарищей, — и вот я уже сижу, а Керуб примостил свою голову мне на плечо, приобнимая мягкой лапой, — поэтому позволь мне совершить геройский поступок и забрать твою смерть, чтоб ты могла продолжить битву и выиграть этот бой.

— Но… но… — я не знала, что ему ответить.

Мало того, что было так непривычно видеть Керуба таким ласковым и добрым, а не бубнящим высокомерным ублюдком, так его просьба выбила меня из колеи, как и сама мысль, что в реальности я умираю.

— Кто-то должен умереть, Изи, — проговорил он, посмотрев в мои глаза, завораживая своей неземной синевой, которые будто и не давали мне выбора, решив уже наперед. — Но у меня есть одно условие: не дай Аурелии победить. Она необратимо стала темной, ей уже не место в нашем пантеоне. Ее душу не спасти. И едва она переступит порог небес, то уничтожит все сокровенное, что там есть.

Я неохотно кивнула.

— Мне… мне так жаль, — лишь проговорила я, искренне жалея, что не смогла лучше и больше узнать о нем.

— И мне, — проговорил он. — Однако тебе пора возвращаться. Время играет против нас, а у тебя в руках сейчас две жизни, не считая своей.

И поцеловав меня по-отечески в лоб, что-то промурлыкал, после чего исчез, и я вновь услышала звуки битвы, смех ведьмы и тяжелое запыхавшееся дыхание Таласи.

— Ты жива? — тряс он меня.

— Да, — кивнула я, едва смогла открыть глаза, которые все еще пеленами жгучие слезы.

Я почувствовала пустоту внутри меня, будто часть органов убрали из тела в мое отсутствие.

— Нам надо что-то с ней делать. Боюсь, мои силы на исходе, — разочаровано произнес Таласи.

— Да, — вновь кивнула я, не желая с одной стороны ничего делать, а с другой — быстрее закрыть уже этот гештальт.

«Вода. Она стоит на воде», — прохрипел очень тихо Себастиан.

— Давай ударим по воде, — передала я слова «заколдованного принца». — Вместе. Молнией. Должно получиться, — уверенней произнесла я.

— Сразу после моего удара над ее головой. Это на секунду ее отвлечет, — согласился демон и незамедлительно бросил клуб энергии куда-то на крышу дома-хижины, отчего Аурелия пригнулась, и я воспользовавшись ее заминкой, все еще лежа на земле, ударила ладонью по влажной траве, что в свою очередь цепной реакцией попало в цель.

Когда Таласи усилил мою магию своей, ведьма затряслась как в дикой лихорадке, отчего от нее отскакивали будто изнутри искры. Она упала.

Таласи был быстрее меня, ведь он все еще был на ногах. Побежал убедиться в ее смерти. Я же первое что сделала — поползла к Себастиану. Доска все еще тихо вибрировала. Он был жив, я знала. Но вот ведь черт, ведьма его не расколдовала.

Взяв его в руки. Я поползла к ней. Не знаю зачем, ведь глупо было надеяться, что она вот так загадочным образом его расколдует, хотя мне и хотелось верить, что с ее смертью с Себастиана снимутся и чары.

— Жива еще представляешь! — сплюнул Таласи и хотел было ударить в нее энергией вновь, но я успела перехватить его руку.

— Нет. Не надо. Она все равно не жилец.

Эта ужасная правда, прозвучавшая в моих словах, вызвала горечь. Кем бы не была эта дева, она буквально минутой назад была живой. И умирала сейчас от моей руки. Еще одна моя жертва. В голове пронеслись образы нагов, что я собственноручно зарубила, битва при дворце в Даркленде, что, казалось, я оставила в прошлом, и вот вновь стою лицом к лицу со смертью, вызванной мной.

Глаза Аурелии были открыты. Она, как и я недавно, созерцала небо. Я прикоснулась к ее руке и попыталась проникнуть в ее сознание. Не знаю откуда, но я была уверена, что у меня получится.

Она плакала. Внутри, в душе, она горько плакала.

— Я убила ее, — звучал ее голос в моей голове. — Я убила Анджали.

Словно в подтверждение всплыли в моей голове картинки так, словно я и впрямь присутствовала в те времена:

— Не верьте ему! — кричала в отчаянии Анджали, чуть ли не умоляя свою протеже. — Я вижу его ауру, он — сын дьявола!

— Уйди с дороги, бестолковая! — метаясь по комнате, кричала Аурелия, красивая женщина в возрасте, черные с проседью волосы которой развивались в такт ее хаотичному движению. — Лишь он мне может помочь.

— Нет! Вы совершаете ошибку! — не отступала девушка.

— Ты никогда меня не понимала! Молодая, привлекательная, смирившаяся с природой смерти! Ты не знаешь какого это быть слабой и беззащитной после вечной силы богов! Когда тебя постоянно обманывают, разбивают сердце…

— Мы справимся, мама, — прохрипела девушка.

И я вылетела из этих воспоминаний, попав в другое, где Таксон — чуть более молодой и красивый чем тот, кого я увидела на площади в Марамбе, протягивал элексир в стеклянном флаконе Аурелии.

— Дай испробовать его своей прислужнице, если мне не доверяешь, — прогоготал он, явно отличаясь от мягкости характера своего более миловидного брата.

И вновь я в комнате с двумя женщинами и начинала догадываться, что все, что вижу идет в хаотичной хронологии, как и свойственно эксцентричному характеру Аурелии.

— Я помогу Вам, — чуть ли не умоляла Анджали ведьму. — Мы найдем способ продлить Вам жизнь! — она держала в руках книгу, трясла ею, будто в ней есть все заклинания мира, и они способны решить любые проблемы.

— Нет! Его более нет! Мы все перепробовали!

— Не пейте, прошу Вас, — настаивала девушка.

— Что, хочешь одна прожить вечно? Вот уж нет! — Аурелия была злой и невменяемой, глаза ее метались по дому, словно не могли найти себе успокоения. Ее всю трясло от нетерпения.

И тут Анджали накинулась на экс-богиню, но ведьма уже успела залпом осушить флакон. Их обеих затрясло в конвульсиях, отчего книга заклинаний выпала из рук девушки и упала к ногам Аурелии. Когда через несколько минут все это закончилось, они в ужасе уставились друг на друга.

— Что Вы наделали!? — завопила Анджали и набросилась на свое тело, внутри которого, как мы уже знаем, была бывшая богиня, однако лишь получила ошеломительной силы разряд магии в грудь, отчего волной ее отбросило в кресло у окна.

— Нет, — прохрипела надломленным голосом Аурелия в теле Анджали. — Нет! — и затряслась. В ужасе она подняла книгу с пола и, вложив ей в руки, закрыла глаза и начала шептать какие-то магические слова, однако ничего не помогало.

Зато именно в этот момент материализовался Таксон и довольный улыбнувшись, прощебетал:

— Ну что, попалась, моя птичка, — и, схватив ведьму, телепортировался.

Как и я, вылетев из воспоминаний Аурелии, ведь она испустила дух.

Таласи все еще стоял рядом со мной и наблюдал.

— Мне надо спасти Себастиана, — проговорила я, вернувшись в реальность, где уже было поздно спасать душу ведьмы, и не было времени оплакивать ее сожаления. Эта ночь унесла уже две жизни. Я не могла позволить ей забрать и Себастиана.

— Что мне делать? — спросила я с мольбой доску. — Ты должен знать. Ведь мы так близки к цели, как никогда.

В ответ тишина, такая тяжелая, словно кричащая, что уже поздно, что нет пути назад. И даже если я попробую невесть как продлить время, нам все равно не успеть в отель. Я не справилась, я теряла Себастиана раз и навсегда…

«Книга» — шепнул Себастиан в моем сознании.

И я, не теряя ни секунды, начала рыскать по земле в поисках атрибута ведьмы, но в итоге нашла ее около двери в хижину.

Это был огромный тяжелый том, исписанный вдоль и поперек корявым почерком, в которых я узнавала не только заклинания, но и составы зелий, они были местами перечеркнуты, будто постепенно видоизменялись, либо совершенствовались. Разные чернила, почерки, знаки, местами размазанные кровью и грязью…