«Стражу?» — это слово никогда не внушало мне ничего хорошего. — «Но я никого не вижу».

— Естественно! Однако, кто-то же должен охранять его, не так ли.

Я подошла к Таласи, который уже опустился на корточки.

— Что ты ищешь? — спросила я, пытаясь разглядеть во тьме хоть что-то.

— Заветную мечту, — серьезно ответил мужчина, чем еще более озадачил меня.

— Помогла бы, да не думаю, это в моей власти, — почесав затылок свободной рукой, тихо сказала я. В другой же Себастиан почему-то задрожал.

Эта наша невербальная связь была из раза в раз все страннее и страннее. Сейчас же я вроде как через эту мелкую волну дрожжи отчетливо услышала: «пусть поищет в ярде правее».

— В ярде правее? — переспросила я, но мой вопрос Таласи воспринял как сигнал к действию. И двинулся воль кромки спокойно бурлящей воды в правую сторону. Его уход вновь открыл для меня удивительную картину.

«Море Блаше всегда прекрасно» — через вибрацию поняла я мысль Себастиана.

«Оно напоминает мне дом. Что-то из далекого прошлого», — я попыталась вновь погрузиться в пучину своей памяти, однако, как и прежде, увидела лишь пустоту.

Жила ли я у моря? Или же так же была проездом? Но эта атмосфера, запах соленой воды, песок, что забивается тебе под кожу легким ветерком — само ощущение незабываемо.

И пусть я жила шесть с лишним лет в полдня ходьбы от Даркленда, который выходил в море, я так и не удосужилась до него дойти. И думаю правильно сделала, ведь иначе мое горестное чувство от историй с нагами подпортило бы картину морского пейзажа. Ну а так, море для меня всегда останется лакомым шоколадом.

— Нашел! — громко объявил Таласи и что-то зажатое в кулаке поднял вверх.

Едва ко мне спустилась Анджали, как мы обе уставились на демона. Но уверена, что если я смотрела в ожидании чуда, то девушка видела скрытую угрозу, ибо все ее тело было напряжено как натянутая стрела.

Таласи ударил воздух кулаком, а затем раскрыл ладонь и протянул ее вверх. Из рук вылетело несколько чаек, что громогласно полетели в небо.

«И впрямь, до полной картины сей ночи не хватало лишь белых птиц на горизонте», — мелькнула в голове мысль и тут же пропала.

— А теперь, дамы, вперед, — протянул он нам руку, на которую скептически посмотрела Анджали.

— Куда? — спросила я.

— На мост, девочки, на мост, — как для глупеньких ответил он.

— Я все еще его не вижу, — ответила я, смотря на вновь протянутую руку. Ведь возьми я ее, то приведу в действие некий механизм, последствия которого мне были неведомы.

— Конечно же не видишь, его ведь видят лишь демоны, — закатил мужчина глаза.

— И как мы по нему пойдем? — пыталась понять я.

— Я буду держать вас за руку, — ответил он.

— Я тебе не верю, — скрестив руки, сказала Анжали.

— Кто бы сомневался, — лишь ответил ей Таласи, но руки не отпускал.

— Твоим заветным желанием были чайки? — удивилась я, когда одна из чаек громко вскрикнула.

— У моего начальства свои странности в изложении заданий... И как вы поняли, мост-платный, чайки — были ценой.

— Как это прекрасно! Что весьма странно для демонов, — озвучила я свою озадаченность.

— А ты приглядись, красавица, — усмехнулся Таласи.

И мне понадобилось несколько долгих секунд понять, о чем он говорит. И тут я увидела смысл его слов.

Три прекрасные чайки пикировали вниз и врезались в воду, чтоб бы в последующем вытащить оттуда... Людей! Которых в потом заглатывали! Тёмная магия, я бы даже сказала чёрная, ибо от ужаса я вскрикнула.

И почему я не замечала этого раньше?! Возможно потому, что они лишь периодически вскрикивали и замолкали. Скорее всего это был знак о находке, некий сигнал к нападению. От этой мысли у меня мурашки пробежали по коже.

— Все в порядке, милочка, это ангелы тьмы. Они вроде как хорошие создания.

— Да, я вижу, — все не отрывая взгляда от чаек, поедавших людей.

— Это некое их высвобождение, — все еще защищая их действие, ответил Таласи.

«Странная цепь: заветное желание-чайки-некое высвобождение» — подумала я.

И стоило ли доверять свою жизнь демону? Может Анджали и права?

Таласи будто прочитал мои мысли и ответил:

— Я обещал Француа, что переведу тебя через мост, а мы, демоны, всегда исполняет обещания, — серьёзно объявил он.

Я посмотрела на Анджали. Она все ещё стояла с недовольным лицом и, судя по всему, взвешивала все «за» и «против» своего дальнейшего решения.

Я протянула руку, которую охотно взял Таласи, очаровательно улыбнувшись, отчего его глаза блеснули алым. Но я не почувствовала страха, инстинкт не кричал, что я попала в ловушку. Что-то подсказывало мне, что интуиция — конёк всех ведьм, хотя почему тогда она подвела меня в моих любовных похождениях? Почему не подсказало, что Тарун — двуличный мерзавец? Или с мужчинами у меня не срабатывает чутье? Как бы глупо это было! Ведьма, которая не справляется с противоположным полом. Великая, ничего не скажешь!

— Ты? — спросил он Анджали, но голос прозвучал суровее. Оттого ли, что он думал, что девушка двулична и не доверял ей. Стоило бы как-нибудь узнать, кто сильнее: демон или ведьма?

Анджали как-то странно кивнула, с сомнением, будто сама себе не верила в то, что творит и схватила протянутую вторую руку демона.

Так, ведомые им, мы сделали шаг к морю. Моста все ещё не было видно, поэтому я очень удивилась, когда мои ноги резко нашли опору в пустоте. Итак, мост-призрак. И это значит мы будем идти во тьму лишь полагаясь на глаза Таласи. Перспектива была не самой заманчивой, однако и выбор был ограничен.

Под нами накатывали волны, а мы будто парили над нами. Солёный ветер неспешно трепал складки моей одежды, и нас окутала тёмная ночь. И если не считать периодических вибраций моей доски, в котором я распознавала: «будь бдительна, осторожна», то это было весьма волнительное приключение. Атмосфера как не странно ни капельки меня не угнетала, а скорее расслабляла. Но Себастиан был прав, это все не с проста.

Я даже точно не знала, куда шла Анджали, лишь догадываясь, что и ей нужна Аурелия. Ведь если не брать в расчёт мою надуманную реальность — игру Таласи, мы буквально обменялись с ней парой слов, а времени поговорить наедине, можно сказать, что и не было. Со слов Керуба, она была главной причиной ухода Аурелии из пантеона богов, однако остается вопросом, чем именно так привлекла маленькая девочка столь высокопоставленную особу? Отчего ей так захотелось помочь ей отомстить мачехе? Об Анджали я знала ровным счетом столько же, сколько я знала и об Аурелии, а точнее вообще не знала.

«Керуб!» — обратилась я к существу. — «Расскажи мне об Аурелии».

Он не спешил с ответом, словно был занят тем, что вылизывал свое лоснящееся тело. Но видимо мой жалобный голос, все же смягчил его надменный нрав.

— Я мало что о ней помню, — лениво объявил он, отчего я не удивилась. Это было слишком простым способом добычи информации. — Мы всего несколько раз с ней пересекались. Она была весьма красива и своенравна, отчего с ней мало кто хотел иметь дела.

«Что ты этим хочешь сказать?» — спросила я.

— Она не любила покой, чем дорожили мои боги. Была чрезмерно спонтанна, эксцентрична и можно сказать истерична. Лично я такой и успел ее запомнить, прежде чем к нам не приползла еле живая Анджали и через пару дней Аурелия приняла решений уйти своей дорогой, естественно, весьма неплохо разругавшись с моими богами.

«Марьянмар тоже была из ваших», — вдруг я вспомнила имя ведьмы, с чьим бестелесным контактом я имела честь пообщаться в храме, прежде чем меня «наградили» Керубом.

— Да, и она тоже, — неохотно выдавило существо.

«Так сколько же в целом у вас ушло богинь, богов?» — я вообще думала, что их пантеона либо не уходят, либо это делают без особого энтузиазма: вот кому не хочется быть богом и коротать свою бесконечную жизнь в блаженствах?

— Не мало, — пожал он плечами, явно не готовый признать, что их сообщество так быстро редеет.