— У вас, любезная Карина Александровна, кто кофейничать был любителем, Пётр Первый, верно? Он и кофий завёз, и какаву, и табак, если я не ошибаюсь.

— Верно, так и было, — подтвердила я. — Ну, не то чтобы до него никто кофе не пил, просто во время Петра это стало модным. Он его популяризировал, так сказать.

— Ну да, ну да, — покивал князь, поморщившись. — Популяризатор тот ещё, да… Таких дел наворотил, что только держись.

— В смысле? — удивилась я. — У нас царя Петра очень уважают.

— А у нас — нет! — холодно уведомил Барбашин. — С Романовых же пошло, что иноземцев на престол сажать начали? Бороды рубить — дело десятое, а перед заграницей поклоняться кто первый начал? Кто дворян вровень с боярами поставил? Кто их в правах уравнял?

Во-от оно что. Я уже не в первый раз это слышу, Котырев на эту тему тоже разорялся, типа, дворяне ниже бояр, потому что… А объяснить, почему, и не могут толком. Потому что, и всё тут. И это при том, что у того же Барбашина в подчинении на одного боярина десяток дворян приходится, не считая простолюдинов, вроде того же сержанта Василия. Оттого и бесятся, придираясь к мелочам. Чем им кофе-то помешал, кроме того, что его царь Пётр пить любил? Ретрограды.

На следующее утро двинулись дальше, забирая всё больше к западу. Леса практически закончились, лишь изредка тут и там виднелись рощицы, промежутки между которыми становились всё больше и больше. Кудей вёл наш маленький караван между пологих холмов, иногда взбираясь на вершину, чтобы оглядеться. На мой вопрос, долго ли мы будем так петлять, и куда мы вообще идём, он всё же соизволил ответить:

— Видите ли, Карина Александровна, барон Варон опережает нас на неделю, мы не сможем догнать его, даже если будем гнать лошадей без пощады. Но дело в том, что наш клиент не мог просто сбежать, ему нужно было забрать из замка деньги, драгоценности и колдовские книги.

— Здесь нет банков! — дошло до меня.

— Именно. Нельзя положить деньги в Китеже, получить на руки бумажный вексель, и обменять его на золото в Париже. Так что Варон не кинулся сломя голову, а сначала отправился в своё имение, снарядил обоз, и уже с ним скрылся в лесах. Вот только, бежать ему можно лишь в одну сторону, в Порту.

— Португалию?

— Нет, там в основном обитают малайцы, — мотнул седой головой рассказчик. — Но, так вышло, что город назвали Портой, уж не знаю почему. Возможно, потому что один из крупнейших портов Средиземного моря, вот и прилипло название. Так вот, прямо в Порту он попасть тоже не сможет, дороги все перекрыты, а подорожной грамоты у барона нет.

— Чего нет? — не поняла я.

— Подорожная, — повторил мужчина. — Это что-то вроде пропуска, дающего право на пересечение границы. Загранпаспорт, если хотите, но не на одного человека, а на караван. И что же делать барону, если он бежит не один, а тащит несколько подвод с барахлом?

— Нелегальный переход, — озвучила я очевидное решение, подсказанное виденным в боевиках и читанным в книгах. — Тут же и границ толком нет, верно?

— Угу, — согласно кивнул старик, явно довольный моей сообразительностью. — Но, опять же, куда бежать? Если по рекам, то можно нарваться на сторожевой корабль, да и купцы встречные донесут на беглеца. Значит, бежать барон будет пешим ходом. На север, восток или запад — смысла нет, там либо чащоба непроходимая, либо наоборот, поселений полно, где его перехватят. Остаётся юг, тем более, что до степей ближе всего.

— И как мы его перехватим? — повторила я вопрос, который терзал меня с самого начала.

— Есть методы, — уклончиво ответил Кудей. — Не волнуйтесь, Карина Александровна, найдём.

— Найдём, и что потом? — настаивала я. — Мы что, втроём караван остановим?

— Почему бы и нет? В прошлом бою вы магиней стали, в этом наверняка на первый уровень прорвётесь, — маг посмотрел на моё перекошенное лицо, и рассмеялся. — Шучу я, Карина Александровна, шучу. Не будем мы с ними драться, нам их только найти надо.

У меня от сердца отлегло. Шутник, блин!

— А когда найдём, что будем делать-то?

— Уфф, какая вы настырная, — поморщился старик. — Когда найдём, считай, и дело сделано. Вот…

С этими словами он залез в сумку, и достал оттуда… голубя. Реально, голубя! Правда, не живого, а…

— Чего это с ним?

— Стазис, — объяснил маг, погладив голову птицы. — Точнее, тут целая сеть заклинаний навешена. Кроме стазиса, который замедляет все жизненные процессы, есть ещё и навигационная система с точным позиционированием, и даже голосовой модуль. Видите, колечко? Вот здесь всё и находится.

Он протянул мне голубя, я взяла его в руки и поразилась живому теплу, исходящему от казалось бы мёртвой тушки. Ощущение было, словно я держу в руке дорогую игрушку, таким был голубь на ощупь. Деревяшка просто, хоть и искусно обработанная и обклеенная перьями. И вот это летает? Мама миа, даст ис фантастиш…

На лапках птички было закреплено две серебряных «гайки» с гроздью стразиков, которые я осмотрела с гораздо большим интересом, потому что буквально на днях наставник прочёл лекцию про использование в магии различных камней. У меня, если вспомнить, на ноге тоже кинжальчик висит, и там тоже камушки в рукоять встроены. Правда, здесь они какие-то странные, дымчатые, словно некачественное стекло. Тьфу ты, да это же и есть стекло! Но не простое, а «переговорное». Ну да, точно, всё, как Кудей и говорил: полупрозрачность, после добавления нужных фраз, пропадёт, сменившись чернотой по мере заполнения свободного объёма «флешки», а когда крылатая «vertu-шка» доберётся до адресата, то «стёклышки» рассыпятся в прах, передав голосовое сообщение и место, откуда его послали. Ну, блин, реалити навигэйш системс, Тик-Ток на крыльях ночи!

— Отпад, — оценила я птичку и её возможности, возвращая её хозяину. — Дорого, наверное?

— Да уж, — хмыкнул Кудей, аккуратно укладывая крылатого гонца обратно в сумку. — Если посчитать все вложенния, то будет равноценно примерно двойному весу в золоте. Или больше.

— Пресвятая Шанель! Я только что держала в руке два кило голды⁈

— Угу. Кстати, — он повернулся с баронессе. — Госпожа Плио, завтра мы должны встретить вашего проводника. Надеюсь, вы помните, что надо делать и как себя вести.

— Разумеется, — с кривой усмешкой ответила та, поправляя удавку. — Как я могу это забыть, если вы постоянно мне об этом напоминаете.

— Вот и отлично.

Проводником оказался невысокий, но здоровенный, словно выкорчеванный пень, детина, заросший бородой до самых глаз. Появился он совершенно неожиданно, когда мы в очередной раз сменили направление, огибая возвышенность по пологому склону и стараясь не маячить на вершине. Вроде бы только что никого не было — и вдруг раз, и на пути стоит облачённый с головы до ног в доспех воин, сжимающий в руке древко копья.

Я натянула поводья, лошадь всхрапнула и остановилась. Кудей положил руку на шпагу, а Далия выехала вперёд.

— Здравствуй, Древень, — поприветствовала она незнакомца.

— День добрый, — буркнул тот, внимательно разглядывая Кудея. — А энто хто?

— Боярин Вощин, Аркадий Станиславович, — представила баронесса спутника, в мою же сторону только небрежно кивнула. — А это та самая, со Старой Земли.

Я хотела было возмутиться на «ту самую», но вдруг поняла, что ни слова не могу произнести. Рот раскрывается, а звуков нет! В панике начала было размахивать руками, и с ужасом обнаружила, что всё, на что способна, это сидеть и тупо таращиться прямо перед собой. Даже перевести взгляд с Древня на Кудея стоило невероятных усилий. Вотафак⁈

Внутри всё сжалось от страха: я не просто не могла говорить, я будто превратилась в куклу, лишённую воли. Руки лежали на луке седла, спина прямая, взгляд устремлён вперёд. Магия? Однозначно магия. Но чья? И зачем?