— Я готов, — решительно заявил Вершинин. — Давайте, делайте анализы, обряды какие-то проводите или что там у вас делается в таких случаях? Не хочу перед смертью пидором становиться, западло это.

— На это я и рассчитываю, — серьезно глядя на попаданцев ответил Котырев. — Без вашего участия нам этих татей не найти.

— А Метку снять вы можете? — повторил вопрос Гараев.

— К сожалению, Андрей Владимирович, не можем, — князь вздохнул. — Сие не в наших скромных силах. Метка не материальна, она внедряется в сознание в первые минуты, когда человек пересекает грань миров. Даже тогда, когда мы вошли в пещеру, мне это было сделать не по силам, а теперь и подавно.

— А почему мы? — подала голос Крыгина. — В смысле, чем мы отличаемся от тех, кто был рядом с нами?

— Ничем, — подал голос отец Игнатий. — Ничем вы не отличаетсь, дочь моя. Не надейтесь, что вы избранные, как в фильмах ваших показано или книгах писано. Вас выбрал слепой жребий. Не повезло. Так-то.

Котырев взглянул на часы в углу комнаты и поднялся:

— Ну, раз с главным порешали, то прошу меня извинить. Дела. Скоро в крепость прибудет один человек, тогда и в путь тронемся. А пока что отдыхайте, набирайтесь сил. Прошу только быть осторожнее, здесь всё же не привычный вам мир, порядки отличаются.

— Один вопрос, если позволите, — поднял руку Герцман. Дождавшись кивка князя, он сказал, подёргав себя за рукав драной рубахи. — Нам бы одежду поприличнее, а то эта словно с помойки.

— Да, действительно, Дон Роберто, распорядитесь одеть их нормально. Надо выделить им комнаты и поставить на довольствие. Пару дней, не больше.

— Хорошо, Борис Сергеевич, сделаю.

Когда за следователем закрылась дверь, «эльфу» пришла в голову мысль, что надо было встать, провожая Котырева. Всё же аристократ, целый князь! У них на этикете всё завязано, поклонился не так — и плетей огрёб. М-да…

Японоговорящий дон провожать их не стал, вызвал вестового. Тот отвёл землян к квартирмейстеру, который побурчал что-то под нос невнятное, посмотрел на них недовольно, но всё же приказ выполнил.

Для мужчин вытащил из короба ворох тряпья и предложил выбирать. Особого выбора там и не было, вся одежда была однотипная, в такой тут щеголяли стражники. Женщин увела в другую комнату служанка, и вскоре они вышли оттуда в таких же длинных платьях, как и остальная прислуга, разве что платья были подобранны по размеру и отсутствовали длинные фартуки. Как пояснила Крыгина, наличие последнего означало, что женщина на службе, а если без него, то она вроде как на отдыхе.

Главное, что обрадовало всех, их переобули. Правда, Валера сохранил свои щегольские сапожки, да и рубаху со штанами аккуратно скатал в рулон и отказался сдавать. Кладовщик на это лишь пожал плечами, сказав, что ему тюремного барахла, оставшегося от казнённых, и даром не надо.

Потом их повели заселяться. Крепость Транье — строение довольно крупное, но это всё же не город, а место, предназначенное для обороны. Поэтому живут тут тесно из-за большого количества складов, бездействующих на данный момент ремонтных мастерских, кузниц, столярных и плотницких цехов, и прочего, что без надобности сейчас, но может пригодиться во время длительной осады. Попаданцев заселили в отдельно стоящее двухэтажное здание. Досталось им две смежные комнаты, насколько понял Гараев, в служебном крыле на первом этаже.

Из соседних комнат то и дело выскакивали слуги, громыхая дверьми, в коридорах звенели голоса, кто-то с бранью искал нерадивого Юхана, а найдя с ещё большей руганью посылал его за водой для умывален. Двое молодых парней пронесли мимо на носилках внушительную бочку, следом за ними важно прошествовала упитанная тётка в белоснежном переднике. Землян она оглядела с подозрением, видимо, решала, можно ли припрячь тех к хозработам.

Пока в очередной раз пересекали двор, провожатый показал, куда ходить мыться, где держат лошадей, а где квартируют воины. Отдельно проинструктировал, что по нужде надо ходить в специальные комнатки, а не гадить по углам. Девушкам посоветовал вообще не выходить во двор, особенно вечером, когда возвращаются солдаты. Могут и пристать, а так как землянки с местным обхождением не знакомы, могут возникнуть никому не нужные конфликты. Мужчинам порекомендовал не высовываться по той же причине.

Крыгина сказала, что такой режим ничем от тюрьмы не отличается, а они не пленники.

— Может и так, — пожал плечами проводник, выделенный капитаном. — Только у нас тут провинция, нравы простые. Солдаты вечером из кабака вернутся, а вы барышня видная. А ну как зажмёт вас кто в уголке, что делать будете? Не, мы того ухаря, понятное дело, накажем, но то ж потом будет.

В общем, страху нагнал.

Когда мужская часть попаданцев очутилась в выделенной комнате, Андрей вздохнул с облегчением. Кстати, комнатушка была совсем небольшая, словно в хостеле каком. Двухъярусные кровати по периметру, в центре стол и две лавки. Завершали обстановку восемь одинаковых сундучков, стоявших промеж кроватей, да шкаф, в котором обнаружилось постельное бельё серого цвета, не раз стираное, с заплатками.

— Бедновато, зато чистенько, — констатировал Валера, завершив осмотр и уложив в сундук пожитки.

— Разбирайте места, кто где спать будет, — скомандовал Гараев.

— Я вот тут, — похлопал по матрасу Вершинин, сидя на нижней шконке возле стены с окошком. — Ништяк, в натуре. Рус, давай на соседнюю падай.

— Вниз мы Дархана положим, — решительно заявил Герцман. — Ему всё ещё плохо.

— Тогда сам «на пальму» лезь, фраер, — с насмешкой предложил Игорь. — А мне и внизу сойдёт, как авторитету.

— Ты тут зоновские порядки не устанавливай, — предупредил физрук. — И за языком следи, а то нарвёшься.

— На тебя что ли нарвусь? — без всякого веселья оскалил крепкие зубы наёмник. — Ты когда себя паханом назначил, дядя?

— Я тебе не дядя, щегол, — рявкнул Гараев.

— Чё сказал?

Игорь вскочил и скользнул, сжимая кулаки, навстречу учителю, но тот выметнул вперёд раскрытую ладонь, впечатывая её в грудь парню. Вершинина отшвырнуло обратно с такой силой, что он не устоял на ногах, ударившись боком о вертикальную стойку, поддерживавшую второй ярус, заодно крепко приложившись затылком о верхнюю шконку, и свалился на пол, раскинув ноги.

— Повторять не стану, — предупреждающе рыкнул двухметровый «эльф», нависая каменным утёсом. — Задумаешь волну гнать, в лоб получишь. Понял?

— Окей, базара ноль, — криво усмехнулся Игорь, поднимаясь на ноги. — Банкуй, сенсей, ты здесь главный.

— А раз так, то не быкуй! Мы в конкретную жопу попали, так что надо друг за друга держаться. Все согласны? — Гараев оглядел остальных. — Давайте, кто что думает? Как дальше жить планируете?

— Я магом хочу стать, — тут же заявил Валерка. — Попробую, по крайней мере.

— Гендальф, блин, недоделанный, — хохотнул Руслан. — С чего ты взял, что можешь магом стать, дятел волосатый?

— Ни с чего, — спокойно ответил геймер. — Только куда мне ещё деваться? Это тебя дон Роберто на службу возьмёт, ты вон какой здоровый. Как раз твои три класса и две извилины здесь за универ сойдут. Глядишь, к пенсии дослужишься до сержанта.

— Поговори мне ещё, — показал кулак Горбоносов. — Я, может, покруче тебя магом буду. А вообще, чего ты, Владимирыч, о будущем заговорил? Нас же князь к себе под крыло берёт, я так понял. Сначала с ним потусуемся, а дальше видно будет.

— Андрей Владимирович прав, — заметил Герцман, помогая устроиться на кровати Дархану. — У местных перед нами огромная фора, догнать их будет почти невозможно.