— Именно так. Никто, кроме узкого круга офицеров, не знал о его поездке. Маршрут был секретным, охрана — усиленной. И всё же кто-то знал, где и когда он будет. Кто-то передал эту информацию. И я намерен найти этого человека, даже если придётся перевернуть всю армию вверх дном.

Умэзу откашлялся, его голос был осторожным, словно он боялся сказать лишнее.

— Господин генерал, это серьёзное обвинение. Если предатель среди нас, это значит, что никто не в безопасности. Как мы можем быть уверены, что следующий удар не будет направлен на одного из нас?

Тодзио медленно обвёл взглядом зал, его глаза остановились на каждом генерале, словно он пытался заглянуть им в душу.

— Мы не можем, — сказал он. — Именно поэтому я требую, чтобы каждый из вас пересмотрел свои меры безопасности. С этого момента ни один генерал не покидает Токио без моего личного разрешения. Все маршруты, все поездки будут утверждаться мной. Охрана удваивается — никаких исключений. Если кто-то из вас думает, что это паранойя, вспомните Ито. Он был лучшим из нас, и всё же он мёртв.

Ямасита нахмурился.

— Это ограничит нашу мобильность, Тодзио. Мы не можем сидеть в Токио, как в клетке, пока враг разгуливает на свободе.

— Это не клетка, Ямасита, — отрезал Тодзио. — Это для вашей же безопасности. Мы не знаем, кто следующий. И пока мы не найдём предателя, мы будем действовать так, будто каждый из нас под прицелом.

Анами кивнул.

— А что с Маньчжурией? Если наступление откладывается, нам нужно укрепить позиции. Без Ито там будет хаос. Кто возьмёт командование?

Тодзио сделал паузу и заговорил снова.

— Я уже назначил временного командующего. Генерал Хасэгава примет на себя обязанности Ито, пока мы не найдём постоянную замену. Но это временное решение. Хасэгава — хороший офицер, но он не Ито. Нам нужно время, чтобы перегруппироваться, перестроить планы, убедиться, что Маньчжурия не станет нашей могилой.

Умэзу поднял взгляд от бумаг.

— А если это не предательство? Если это внешний враг? Китайцы? Или кто-то ещё? Мы не можем исключать, что у них есть шпионы, которые проникли глубже, чем мы думали.

Тодзио кивнул, его лицо стало ещё мрачнее.

— Это возможно. Но даже если это внешний враг, кто-то внутри армии дал им информацию. Маршрут Ито не лежал на столе в штабе для всеобщего обозрения. Кто-то передал его. И я хочу знать, кто. Мы начнём внутреннее расследование. Каждый офицер, каждый адъютант, каждый, кто знал о поездке Ито, будет проверен. Никто не избежит допроса — ни вы, ни я.

Генералы снова переглянулись, их лица выражали смесь тревоги и негодования. Идея, что кто-то из них может быть под подозрением, была неприятной, но никто не осмелился возразить. Тодзио был не просто генералом — он был фактическим лидером страны, человеком, чьё слово было законом в армии. Его репутация и влияние были непререкаемы, и даже самые строптивые офицеры знали, что спорить с ним бесполезно.

— Что мы делаем дальше? — спросил Анами. — Если наступление откладывается, нам нужно что-то, чтобы показать нашему народу. Мы не можем просто сидеть и ждать.

Тодзио кивнул, его пальцы сжали край стола.

— Мы укрепляем Маньчжурию. Усиливаем гарнизоны, удваиваем патрули, проверяем каждую дорогу, каждый мост. Если это внешний враг, мы не дадим им шанса ударить снова. Если это предатель, мы выкорчуем его, как сорняк. Я уже отдал приказ разведке — они начнут собирать информацию о возможных шпионах. Мы будем работать с контрразведкой, чтобы проверить каждого, кто мог иметь доступ к маршруту Ито. И мы не остановимся, пока не найдём виновных.

Ямасита откинулся на спинку стула.

— Это будет дорого нам стоить, Тодзио. Время, ресурсы, люди. Народ не любит задержек.

— Народ не любит поражений, — отрезал Тодзио. — И я не намерен давать повод для недовольства. Мы потеряли Ито, но мы не потеряем Маньчжурию. Мы не потеряем армию. Мы найдём тех, кто это сделал, и они заплатят любой ценой.

Зал снова погрузился в тишину. Генералы молчали, их взгляды были прикованы к Тодзио. Они знали, что он не бросает слов на ветер. Его решимость была заразительной, но в то же время пугающей. Каждый из них чувствовал, что теперь они не просто генералы — они мишени как для внешних врагов, так и для внутренних проверок контрразведки. И мысль об этом заставляла их сердца биться быстрее.

Тодзио обвёл взглядом зал, его глаза остановились на Ямасите.

— Ямасита, вы отвечаете за усиление охраны в Токио. Никто из офицеров не покидает город без двойной проверки. Умэзу, вы возьмёте на себя координацию с контрразведкой. Я хочу отчёты о каждом, кто знал о маршруте Ито, вплоть до писарей. Анами, вы отправитесь в Маньчжурию через неделю, когда мы убедимся, что ваш маршрут безопасен. Вы будете работать с Хасэгавой, чтобы стабилизировать ситуацию. Остальные — ваши приказы будут позже. Но запомните: никто не действует в одиночку. Никто не рискует без моего одобрения.

Генералы кивнули, их лица были мрачными. Они знали, что Тодзио не даст им расслабиться. Смерть Ито изменила всё, и теперь каждый шаг, каждое решение будет под микроскопом.

Тодзио замолчал, его взгляд снова обвёл зал.

— Разойдитесь, — сказал он. — И помните: мы под ударом. Будьте готовы к любому повороту событий.

Генералы начали покидать зал. Ямасита задержался, его взгляд встретился с взглядом Тодзио.

— Мы найдём их, Тодзио, — сказал он тихо. — Но если предатель среди нас, это будет очень кровавая охота.

Тодзио кивнул.

— Пусть будет кровь, Ямасита. Главное, чтобы мы избавили Японию от предателей.

Ямасита кивнул и вышел. Тодзио остался в зале один, его взгляд упал на карту Маньчжурии. Он знал, что впереди их ждут тёмные дни. Смерть Ито была не просто ударом — это был вызов, брошенный всей армии. И он, Тодзио, примет этот вызов и повернёт ситуацию в нужное для него русло любой ценой.

Солнце над Асмэрой вставало медленно, лениво заливая узкие улицы золотистым светом. Полковник Витторио Руджеро ди Сангаллетто, сидя в своём кабинете, прокручивал в голове новость, которая изменила всё. На третий день после встречи с Дестой Алемайеху, за ужином в офицерской столовой, молодой лейтенант, чей язык развязал лишний бокал вина, обмолвился о неожиданном решении генерала Эмилио Де Боно. Вместо запланированной через две недели инспекции генерал решил отправиться через четыре дня, чтобы застать гарнизоны врасплох. Маршрут начинался с Адди-Кайеха, затем вёл через Дэкэмхаре в Массауа, с минимальным эскортом — одним взводом и несколькими офицерами. Эта информация, добытая случайно, была золотой жилой, но срочность делала игру опаснее.

Витторио, сидя за столом с бокалом в руке, сделал вид, что не придал словам лейтенанта значения, но внутри всё кипело. Он понимал, что эта новость имеет как плюсы, так и минусы. Если передать Десте устаревшие данные, сделка сорвётся, а свежая информация, хоть и ценная, увеличивала риск разоблачения. Полковник решил использовать срочность, чтобы выторговать больше. Двадцать тысяч сейчас и пятьдесят тысяч по завершении — такова была его цена за риск, который он брал на себя. Он знал, что Деста, кем бы он ни был, не из тех, кто торгуется из-за мелочей, но и не из тех, кто прощает промахи.

Следующие дни Витторио провёл в напряжённой рутине, скрывая свои намерения за привычными делами. Он подписывал отчёты, проводил смотры солдат, выслушивал доклады о поставках продовольствия и боеприпасов, но его мысли были далеко. Он представлял, как передаёт Десте информацию, получает деньги и, возможно, исчезает из этой пыльной, пропитанной интригами колонии. Тайник под половицей, где лежали десять тысяч долларов, завёрнутые в промасленную ткань, он проверял каждый вечер, словно убеждаясь, что сделка с Дестой — не сон. Деньги были настоящими, их запах и тяжесть в руках напоминали ему о ставках в этой игре.

Накануне встречи с Дестой Витторио тщательно подготовился. Он понимал, что ночь у маяка станет поворотным моментом. В его голове роились вопросы: кто стоит за Дестой? Почему он платит такие суммы? И главное — как далеко зайдёт эта игра? Он не доверял абиссинцу, но чутьё подсказывало, что тот не блефует. Полковник надел тёмный плащ, проверил револьвер Webley — холодный металл оружия успокаивал, — спрятал стилет в рукаве и сунул небольшой фонарь в карман. Оседлав лошадь, он выехал из Асмэры.