Джейн закончила письмо, сложила и запечатала желтым сургучом. Сару призвали на помощь, оторвав от исполнения утренних обязанностей. Роса на лужайке еще не высохла, но дело не терпело отлагательства.

— Отнеси на почту, Сара, милочка, и отправь. А потом, сделай одолжение, справься там, нет ли для нас писем?

Сара взглянула на конверт. Письмо было адресовано мисс Элизабет в Лэмтон, Дербишир.

— Хорошо, мисс. Я всегда справляюсь о письмах, мисс.

— Вот и умница, спасибо. — Джейн одарила Сару одной из своих пленительных улыбок и потрепала по плечу.

Все в доме по-прежнему делали вид, будто не догадываются о случившемся с Лидией. Судя по выражению лица Джейн, у нее имелись некоторые догадки о том, чем могут заниматься мужчина и женщина, если дать им возможность остаться наедине: в этом выражении смешались тревога и гадливость. Сара, простившись с хозяйкой, поднялась за шалью. Спускаясь по лестнице, она размышляла о том, что, кроме нее, кажется, Лидии никто не завидует, но ведь это же радость, наверное, великая радость — остаться с мужчиной, которого любишь. Какая же это, должно быть, отрада, даже если мужчина — всего-навсего Уикхем.

На вопрос Сары почтмейстерша лишь покачала головой: почты для Беннетов сегодня еще не было. Ожидают ли они какого-то определенного письма? Она готова проследить за этим и отправить к ним мальчишку, если со следующим дилижансом прибудет пакет. Пусть только Сара подскажет, откуда они ожидают вестей, она сама обо всем позаботится и незамедлительно пришлет нарочного в Лонгборн — за незначительную плату…

— Ничего не нужно, спасибо, миссис. Я сама наведаюсь позже, проверю. А нет ли чего-нибудь… — сбивчиво забормотала Сара, понимая, как неуклюже и странно звучат ее слова. — Я хотела сказать, нет ли там, совершенно случайно, какого-нибудь письмеца и для меня?

Ответом стал смешок. Сара промолчала. Из-под сдвинутых бровей она видела, как у почтмейстерши меняется выражение лица. Поняв, что вопрос был задан не в шутку, она подавила усмешку и вновь сделалась любезно-деловитой:

— Сейчас взгляну.

Сара поблагодарила. Отвернувшись, почтмейстерша начала перебирать конверты в ячейках. Это отняло у нее не больше минуты. Она воздела пустые руки ладонями кверху, точно святая на витраже.

— Конечно, позднее будет еще одна карета, заходите ближе к вечеру, как собирались. А из каких краев ожидаете письма вы, позвольте поинтересоваться?

— Умница, Сара, — похвалила Джейн, когда та вернулась без долгожданного послания. — Спасибо за труды. Теперь можешь идти и заниматься своими делами.

Сара присела в реверансе. Тихо прикрыв за собой дверь, она оставила Джейн наедине с тревожными думами.

Я только взглянула на него и мигом поняла: что-то стряслось. Он был весь серый, да-да. Совершенно серый. — Полли изо всех сил старалась держаться солидно, хотя ее так и распирало от восторга.

Она первой бросилась открывать парадную дверь, когда явился полковник Форстер, и, замирая от волнения, проводила его в комнату для завтрака. А сама осталась ждать в коридоре — на случай, если вдруг в ней возникнет нужда. На самом же деле она собиралась подслушать, что за новости принес полковник.

Большого труда это не составило: миссис Беннет была не из тех, кто говорит обиняками и следит за собой даже на краю отчаяния. Она бросилась с головой в свое горе и громогласно сетовала на свои страдания и муки, — благодаря чему Полли многое удалось узнать, а остальное с готовностью дорисовать в воображении.

— Так что же сказал полковник?

Высоко подняв брови, Полли возмущенно выдохнула:

— Оказывается, Лидия…

— Постой-ка, погоди, — оборвала ее Сара. — А о мистере Смите что-нибудь стало известно?

— Да с чего бы полковнику рассказывать про Джеймса? — нахмурилась Полли. — Откуда ему Джеймса-то знать?

— Я просто подумала, возможно, полковник что-нибудь слышал, он же наверняка…

— Вот сама его и спрашивай. Я слышала только, что говорили про Лидию, и, похоже, на самом деле она уехала вовсе даже не в Шотландию, не в Гретна, а в Лондон…

В свое время Лондон казался Саре пределом мечтаний, а нынче столица не представляла для нее ни малейшего интереса. Значение имело другое: полковник Форстер здесь, в Лонгборне, а ведь именно он может что-то знать о Джеймсе. Одним своим словом он может или подтвердить ее худшие опасения, или рассеять их как дым. Прямо сегодня, сейчас она может узнать всю правду. Был ли Джеймс схвачен милицией, забрали ли они его с собой в Брайтон. Принуждают ли его вернуться в армию, не был ли он снова подвергнут порке.

Убит ли он или остался в живых.

Если только он жив, она бросит все и побежит к нему. Только бы найти его, узнать, где он сейчас.

— А стало быть, они не поженились, потому что в Лондоне нельзя так просто взять да повенчаться, и туда никто не ездит, чтобы венчаться, за этим ездят как раз в Гретна!

Миссис Хилл слушала и кивала, покусывая губу.

— Полковник сказал, что Лидия и Уикхем сошли с почтовой кареты в Клэпхеме и пересели на извозчика, и он потерял их след, хотя расспрашивал о них у каждого шлагбаума, так он сказал, и во всех гостиницах Барнета и Хэтфилда.

— И что же дальше? — спросил мистер Хилл.

— Да ему не позавидуешь, бедолаге! Столько мучился, пока их искал, а теперь еще пришлось здесь такое вынести! Он передал письмецо, которое Лидия написала для миссис Форстер. Все его прочитали: мистер Б. и миссис Б., и миссис Б. как примется визжать, и поднялся такой шум и гам, что я подумала: пора уносить ноги.

Полли сделала театральную паузу, посматривая на слушателей и раздуваясь от сознания собственной значимости.

— Ой, а поглядели бы вы на Китти! Я ее видела, когда принесла чай. Она та-ак переживает! Прям вся съежилась, правда. А потом Джейн позвонила и велела мне отнести вот это — еще одно письмо на почту… — Голос Полли упал до заговорщического шепота. — И знаете что? Миссис Б. не проронила ни словечка с тех самых пор, как прочитала письмо, написанное Лидией миссис Форстер.

— Миссис Хилл, — вдруг заговорила Сара. — Я должна поговорить с полковником. О Джеймсе.

Экономка замерла, с силой закусив верхнюю губу.

— Никак я не пойму, ну при чем тут Джеймс и откуда полковнику его знать. — Уголком письма Джейн Полли вычищала грязь из-под ногтей. — Он ведь солдат терпеть не может.

— Помолчи, Полли. Я все-таки должна спросить у него, как по-вашему, миссис Хилл?

Миссис Хилл застыла на несколько мгновений и вдруг выхватила конверт из рук Полли:

— Я сама об этом позабочусь. — Она плотно закуталась в шаль. — Сара…

— Да?

— Расскажешь потом, как все было.

Миссис Хилл протянула письмо Джейн почтмейстерше. Та, хмурясь, осмотрела его.

— Что за почерк, ничего не разобрать. Кому оно адресовано, куда? Это что за буква, разве это «л»? Это Дербишир? А это, по-вашему, Лэмтон?

Миссис Хилл кивнула.

— Не знаю, могу ли я принять такое. Не уверена, что оно дойдет до адресата. И почему это за день туда целых два письма?

Миссис Хилл не была расположена обсуждать хозяйкин почерк. Однако она хорошо знала, что почтмейстерша горазда городить сплетни на основании ничтожных догадок и смутных подозрений, а потому поспешила запутать следы:

— Что поделать, сами знаете, как это бывает между сестрами, когда они близки. — Миссис Хилл пожала плечами. — Хлебом не корми, дай пошушукаться друг с дружкой, а как же…

— Секреты, стало быть?

— Нет! Никаких секретов. Мои барышни — девушки приличные, так-то.

— Конечно, — поддакнула почтмейстерша, опершись о прилавок и выставив вперед плоскую грудь. — Ну конечно, барышни Беннет — девушки благовоспитанные. Но это с одной стороны, а с другой? Ведь случаются молодые люди… и кто может за них поручиться?