⠀⠀
В шатёр Кошшока я входил, заранее морально подготовившись к бесчеловечной химической атаке. Но, на удивление, внутренняя атмосфера не заставила мои колени подогнуться. Да, попахивало тут не цветами альпийских лугов, однако какой-то свободный кислород присутствовал.
Удивительно.
Вдвойне удивительно то, что полковой рэг не предавался пьянству, как все последние дни, а точил свою монструозную секиру. Веса в ней явно побольше, чем в моём вульже — солидная штуковина, и точильный брусок соответствующий.
— Надо же, как удивительно. Давно не видел тебя трезвым.
Кошшок, равномерно шоркая огромным бруском, ответил на это в своём духе:
— Исправить это недолго, если составишь мне компанию, десница.
— Как обычно, воздержусь. Я вообще-то не к тебе пришёл, а к твоему… как бы это сказать… Постояльцу.
— Ты где здесь видишь постоялый двор? Нет у меня никаких постояльцев.
— А это кто? — я указал на клетку.
— Это мелкое и вонючее зло, для которого я пока что не придумал казнь.
— Вот с ним мне и надо пообщаться.
— Да хоть в печи этого прыща сжигай, я вовсе не буду против.
Присев на край лавки, что стояла возле клетки, я вежливо поздоровался:
— Привет, Гнусис. Узнаёшь меня?
— Ну а как я забуду того, кто мне должен? Неужели ты пришёл расплатиться? Ну наконец-то!
— Нет, я поговорить пришёл.
— Ну так разговаривай с этой волосатой обезьяной, она любит в ответ мычать. А мне некогда, разве не видишь, я весь в делах.
Демонстрируя великую занятость, Гнусис разлёгся на толстенной подстилке из разнообразного тряпья и сделал вид, что вот-вот уснёт.
— Я слышал, ты знаток подземелий. Тех, что под столицей Мудавии. Я бы хотел задать тебе несколько вопросов на эту тему.
— Я по многим делам знаток, но безответственным должникам ничего рассказывать не собираюсь, — важно ответил необычный гоблин.
— А ещё я слышал, что Кошшок Баил не очень хорошо тебя кормит.
— Зато луплю я его просто замечательно, — буркнул рэг, проверяя остроту секиры.
— И то и то чистая правда, — подпустив в голос печали признал Гнусис. — Скоро заморит голодом и побоями. Пропадёте ведь без меня.
— В ближайшем трактире отличная кормёжка, — задумчиво протянул я. — И на заказ что угодно сделают. С выносом, и даже с доставкой. Я думаю, Кошшок не будет возражать, если принесут прямо сюда. Разумеется, это тебе, а не ему.
— Гнусиса за вшивый ужин не купишь!
— Ладно, пойду тогда к золотарям. Они тоже много разного про подземелья рассказать могут.
— Сходи-сходи, они тебе расскажут, как говнище голыми руками черпать, — прокомментировал ушастый пленник. — А ну стой! Куда пошёл?! У нас ведь пока стадия торга, я не завершение переговоров. Что там за ужин? Всё что угодно можно заказать?
— В рамках разумного, — ответил я. — В столице проблемы с продовольствием, не всё можно достать.
— Я много чего заказать хочу. Как у тебя с финансовыми средствами? Хватит на длинный список?
— Хватит. Дать тебе дощечку и перо?
— Перо нежелательно, — отозвался Кошшок. — Этот уродец непременно попытается его в замок вставить и сбежать. Углём пусть пишет. Хотя вряд ли он буквы знает.
— В зад тебе мешок того угля! — возмутился Гнусис. — Да поджечь перед этим пожарче! Я образованная личность, я на нескольких языках читать умею. Ну да ладно, подавись, и без дощечки всё расскажу. Мне поросёнка молочного с хреном и чесноком. Два поросёнка. Перепёлок жареных блюдо. Два…
— Меню мы можем позже обсудить, — перебил я. — После того, как поговорим о подземельях.
— Тебе веры нет, десница. Ведь обманешь.
— Он вообще-то из древнего рода, и тебя за такие слова казнить полагается, — справедливо заметил Кошшок.
— Ой, да два раза уже меня казните. Надоел своим занудством. Так ты, десница, что, и правда из древнего рода?
Я кивнул:
— Кроу — один из первых кланов севера. Равы ещё в помине не было, когда моя семья владела там многими землями, а про Мудавию и говорить нечего.
— И как же у тебя, такого древнего, хватает совести долги не отдавать?
— Кроу долги всегда отдают, но вот тебе я ничего не должен, не фантазируй. Так мы поговорим о делах подземных, или нет? У меня нет ни времени, ни желания обсуждать мои несуществующие долги.
— Неприятный ты тип, десница. Наверное, за это и оказался в нашей дыре. Так тебе и надо. Ладно, что хотел узнать?
— Ты там, под землёй, странных людей не встречал?
— А сам-то как думаешь, полезет нормальный, не странный человек, под этот вонючий городишко? Там кого ни увидишь, у каждого какие-то неполадки выше плеч.
— Ты меня неправильно понял. Мне интересно знать о криминальных личностях.
— Так честных здесь и под землёй и над землёй нет. В Мудавии это вымирающий вид. По справедливости весь город посадить надо и ключ от клетки выбросить. Вот чего я один за всех отдуваюсь? Несправедливость вопиющая. Ты ведь десница, ты разве не должен с несправедливостями бороться?
— Давай ближе к делу, Гнусис. Что там насчёт подземных криминальных личностей?
— Так говорю же, там все криминальные, на кого не посмотри. Вот даже возьми золотарей. Как бы под землёй они не гуляют, а по делу спускаются, работают. Работа, конечно, та ещё, но, в сущности, честная. Но чуть какая возможность подворачивается, тут же обязательно украдут или ограбят. Нет там честных людей, вообще нет. Бандиты всякие прячутся, злодейские душегубы, некроманты. Шваль всевозможная, всех мастей, один я там был порядочным.
— А вот про некромантов подробнее, — чуть не подскочил я. — Где видел, сколько их там, чем занимаются?
— Видел я их, как ты должен и без подсказок понимать, под землёй. Сколько их всего, не знаю, но не меньше пятнадцати точно. Именно столько рыл разных я за все встречи насчитал. Чем занимаются, вообще не знаю, они передо мной не отчитывались почему-то. Раз видел, как труп вниз волокли. Одежда не дешёвая на нём была, но и не сильно дорогая. Обычный горожанин, дело житейское, таких часто вниз стаскивают. Ещё они какие-то вонючие мешки таскают постоянно.
— И ты что, даже не поинтересовался, что в тех мешках?
— Десница, уж не думаешь ли ты, что я только и мечтаю утаскивать всё, что на глаза попадается? Наговаривают на меня много, на самом деле я очень даже честная и порядочная личность. Да и зачем мне интересоваться грязными мешками? Я ведь и на глаз могу определить, есть там что-то ценное или нет. Они их таскают так, как принято мусор таскать. С дорогими вещами обращаются совсем по другому, уж поверь моему богатому жизненному опыту.
— А с чего ты вообще взял, что это некроманты?
— Так от них смертью несёт. Дурной дух. И мешки у них тоже смертью смердят. Будто с кладбища запашок. Ну вот своей башкой подумай, кто так может пованивать? Только некроманты. Они даже особо не скрываются, одеваются строго в чёрное и лица под капюшонами прячут. Сложно за ними под землёй следить. Такой закутанный если не улыбнётся, чистый невидимка.
— Гнусис, подземелий под городом много, где именно ты этих попахивающих кладбищем видел?
— Да много где: под центром, возле коллектора Дворца двух коридоров; под старым ипподромом; под площадью Совета Мудавии; под Козьим рынком. Там самые богатые районы, так что я в других местах особо не появлялся. Что такой личности, как я, делать среди нищеты? А вот некромантам может именно там интереснее всего, но об этом уже кого-нибудь другого спрашивай.
— А где ты их видел чаще всего?
— Возле ипподрома чуть ли не каждый раз на них натыкался. Там большая галерея, которой золотари почти не пользуется. Я не проверял, но похоже на то, что она с севера на юг под всем городом тянется. Состояние у неё хорошее, только некоторые боковые ответвления завалены, я так и не понял, куда они ведут. Одно ответвление хорошо расчищено. И, похоже, в порядок его привели недавно. Очень может быть, что некроманты и расчистили, они именно там постоянно крутятся. Я туда хотел заглянуть, но дальше дверь надёжная, и охрана возле неё не отвлекается.
