Хотя какой он к чертям работник?!

Липа сплошная…

Не успевая добить мельника, я оставил его в покое и крутанулся на пятке, припадая в глубокий выпад с нанесением встречного колющего удара. Меч у меня не рекордный по длине, но заметно приличнее среднего, руки тоже не короткие. Клинок на ладонь погрузился в пах противника, после чего выскользнул и рванулся вверх. Со звоном соприкоснулся с лезвием топора, отведя его в сторону. Так что я и защититься успел, и кровь пустить. Рана не из тех, от которых вмиг падаешь замертво, но весьма неприятная. Заработав такую, полагается орать во всю глотку и слёзы горькие пускать, однако это оказался не тот случай.

Раненый даже не вскрикнул. Вместо этого попытался повторить то, что я проделал с агрессивным скелетом. То есть врезать мне коленом. Но хорошую скорость не показал, я легко отвёл ногу в сторону, да ещё и прибавил ей ускорения. Потеряв равновесие, противник начал заваливаться, удобно подставив бок, куда пришёлся второй удар мечом. На этот раз клинок погрузился куда глубже.

И куда фатальнее.

Оттолкнув от себя брызгающее кровью тело, я развернулся, собираясь покончить, наконец, с ненормально-живучим мельником. И обнаружил, что этот неугомонный успел подняться и обзавестись новым сообщником — ещё одним здешним липовым работником. Причём если первый пытался разобраться со мной при помощи всего, что под руку подвернётся, то этот обзавёлся интересным оружием. Такое я у гвардейцев не замечал. Небольшое цельнометаллическое копьё, причём металл не банальное железо или бронза, а что-то особенное, это даже издали простым взором несложно определить. Наконечник отполирован до зеркального состояния, что делает вещь весьма приметной, один раз увидев, не забудешь.

Нет, определённо ничего подобного у солдат не было. Следовательно, это его личное оружие. Где-то поблизости прятал, и когда всё завертелось, вытащил.

Как учил великий мастер Тао, опасаться следует абсолютно всех: мужчин, беременных женщин, стариков, детей и домашних животных. Пустые у них руки и есть ли руки вообще — не имеет значения. Каждый миг надо ожидать нехорошего от всех, кто тебя окружают.

А в тех случаях, когда руки не просто не пустые, а сжимают нестандартное оружие, опасаться следует куда сильнее. Ведь если человек идёт необычным путём, то тут два варианта: или он глупец, прущий напролом через любой бурелом; или подобрал себе вещицу, гармонично вписывающуюся под набор личных параметров.

Насчёт глупца — реальный вариант, но в такую удачу не верится. Следовательно, против меня действует человек, способный недурственно обращаться со столь необычным предметом.

И чего именно от такого следует ожидать? Тут я спец невеликий, могу лишь одно предположение сделать. Металлическое оружие очень удобно для тех, кто дружит с электричеством. То есть с профильными навыками Стихий, использующими это физическое явление.

Электричество — капризная штука. Эти умения применять непросто и не всегда возможно. Но именно сейчас препятствий не вижу. То есть, надо что угодно делать — всеми силами уворачиваться, не позволяя к себе прикоснуться. Даже блокировать эту штуковину нежелательно. Ведь защиты от ударов током у меня нет, свалюсь сразу, и хорошо, если при этом сознание не потеряю.

Пока все эти мысли проносились в голове, рука независимо от сознания выхватила метательный нож, напитывая его Аурой Жизни.

Вокруг наконечника копья засверкали искорки электрических разрядов. Маг осклабился, хитро перехватил необычное оружие, примерился было, собираясь атаковать. И резко дёрнулся, пропуская мимо прилетевший нож.

Попасть я и не надеялся. Слишком велика дистанция, а противник вряд ли из медлительных. Но попадание и не требовалось, достаточно того, что нож влетел в стену мельницы в паре шагов за спиной владельца «грозового копья». И, как и полагается заряженному новым навыком оружию, взорвался там с грохотом, вспышкой и разлётом осколков.

Даже мельник, который уже сталкивался с Аурой Жизни, не смог на ногах устоять. А этот фиктивный работничек не просто завалился, а завалился неуклюже, сам себе устроив подножку своим же копьём. Оно при этом испустило пучок разрядов, частью ушедших в землю, частью в его ногу. Похоже, тот случай, когда навык при неаккуратном обращении способен поразить хозяина, потому что тело характерно затряслось. Да и вскакивать не торопился.

Подбежав, я рубанул копейщика по голове. Электричество сработало и сейчас, но до меня не достало, лишь щит разрядило. Увы — последний. Спасибо и на этом, на практике удостоверился, что новый навык работает не только против грубых физических атак. После этого пришлось отступить от обнаглевшего мельника, попытавшегося пырнуть меня ножом. Жестоко искалеченный и дважды оглушённый Аурой Жизни, он по-прежнему проявлял завидную прыть. Однако двигался уже не так проворно, да и без второй руки результативность совсем не та, и я легко отправил его в бессознательность ударом рукоятью меча в висок.

Если выживет, глядишь, дознаватели спасибо скажут за источник информации.

Схватка с тройкой липовых работников мельницы много времени не отняла, однако пока ими занимался, много чего успело случиться. Воинство скелетов потеряло не меньше половины состава, не очень-то сильно потрепав при этом гвардейцев. Те лишь в первые мгновения подставились кое-где, а затем быстро организовались и устроили достойный отпор. Один на один порождения некромантии, возможно, работали на уровне лучших солдат, но вот с совместными действиями у них всё обстояло плохо. Даже строй из трёх заметно потрёпанных бойцов перемалывал ходячий костяк в секунды, а там, где их собиралось больше, костяным тварям лучше не показываться.

И всё бы хорошо: наши побеждают, однако всю малину испортила главная тварь. Та самая, которая проторила себе путь из-под земли и высадила во дворе всех этих скелетов. Оказывается, костями она трещала не просто так. Пока я занимался мельником и его подручными, гигантская образина буквально расчленилась на две части. Да-да, изобразила из себя бактерию, размножающуюся делением. Вместо одной твари получилось две, причём они быстро трансформировались до неузнаваемости. Разве что местами угадывались детали, напоминающие о том, что большая часть туши когда-то являлась исполинской ногой.

Вышло что-то огромное, похожее на бескрылого костяного дракона с множеством рогов, шипов и невообразимых выростов, обозвать которых как-то конкретно сходу не получалось. Половинки «вешалки» модифицировались в сегментированные хвосты, увенчанные невесть откуда взявшимися громадными обоюдоострыми клинками из того же белоснежного материала, что и оружие скелетов. В глубинах здоровенных пустых глазниц уродливыми зрачками ярко-ало тлели человеческие черепа, длинные хищные челюсти украшали клыки, взятые от каких-то немаленьких хищников, меж ними мелькал хлыст заострённого языка, собранного из тысяч мельчайших косточек.

Размерчики тварей, естественно, уступали их «исходнику» ровно в два раза. Однако габариты этого самого исходника позволили создать чудовищ сравнимых с небольшими грузовиками. Или даже побольше, если учитывать длину их немаленьких хвостов.

Модификация в драконью форму из «одинокой ноги с обломком вешалки» процесс не мгновенный, но и не такой уж медленный. Гвардейцы за это время резво взялись за дело, успели угомонить половину скелетов и уверенно давили вторую половину.

Чуть-чуть не успели додавить.

Сформировавшиеся твари синхронно потянулись, взмахнули хвостами, будто проверяя, как те работают.

И ринулись в бой.

Первая врубилась в строй гвардейцев там, где их собралось около десятка. Приличная группа, и держалась хорошо. Но эта атака для них чересчур, разлетелись в разные стороны, и заорали ужасающе, придавленные когтистыми лапами к земле.

Взмах, и хвост дотянулся до следующей группы. Клинок на его конце прошёлся по краю строя, выбив кровяную взвесь из пары солдат. Миг, и их тела развалились вместе с рассечёнными доспехами.