А вот мне облом вышел. Тао, провожаемый угодливым хозяином, приказал мне шагать за конюшню, где устроить стоячую медитацию, цель которой — управлять потоками, отвечающими за восприятие запахов.

Мысленно облизнувшись и печально вздохнув, я направился в указанном направлении, где сразу же понял, что именно имел в виду мастер, отдавая такой приказ. Уж не знаю, что за лошадей или других животных здесь держали, но гадили они обильно и вонюче. Находиться здесь — это наказание.

Хочу я того или нет, однако работать с запахами придется научиться.

Иначе долго здесь не протянуть.

⠀⠀

— Добрый день, молодой господин.

— Долгих вам лет жизни.

— Мы по вам так скучали.

— Очень скучали.

— Какая радость.

Нескончаемый поток слов, высказываемых поочередно в два голоса, вырвал меня из мира потоков энергии в тот миг, когда я почти убедил себя в том, что за конюшней пахнет чайными розами, а не тем, чем смердит на самом деле.

Обернувшись, недоуменно уставился на парочку кланяющихся стражников. Расстался с ними недавно, но уже забыл про дуралеев думать. И уж точно не ожидал здесь увидеть.

— Шатао? Кьян? Вы что здесь делаете?

— Как это «что»?

— Мы тут стоим.

— Перед вами стоим.

— И мы вас приветствуем.

— Господин Ли из семьи Брюс.

— Я не об этом. Что вы делаете на этом постоялом дворе? Вы ведь должны идти на север, назад.

— Мы хотели пойти.

— Да.

— Честно.

— Но нам стало страшно.

— Очень.

— Мы боимся господина Тсо Магдуна.

— Очень боимся его гнева.

— Ничего не понимаю. Боитесь? Вы в чем-то провинились перед ним?

— Господин Тсо Магдун всегда найдет вину.

— Он это умеет, да.

— А тут даже искать не придется.

— Он сильно разозлится, когда узнает, что вам не отвесили пинка.

— Как отвесили кое-кому.

— Его сыну хорошего пинка отвесили, а вот вам нет.

— Это очень неприятно.

— Это его сильно разозлит.

— Он очень верит в своего сына.

— Никто не верит в молодого господина, а он верит.

— Говорят, молодой господин не очень умен.

— Да и выглядит он так, что мудрецом его не назовешь.

— Но при господине Тсо Магдуне лучше такое не говорить.

— Он станет злиться.

— Он даже от намека может разозлиться сильно.

— А то, что его сыну достался пинок, а вам нет, это намек.

— Он может нас наказать.

— Он любит наказывать.

— Поэтому мы боимся.

— Но мы пришли к вам, не чтобы жаловаться.

— Мы же понимаем, вы не сможете спасти нас от гнева господина Тсо Магдуна.

— Это не ваше дело, нас спасать.

— Мы пришли вас предупредить.

— О чем? — окончательно запутался я.

Неподражаемая манера общения этой парочки кого угодно с толку собьет. Даже человек с самой стойкой психикой неизбежно начнет путаться, когда его так стремительно заваливают словами с двух сторон, ни разу не сбившись с ритма нескончаемого речитатива.

— У великого мастера Тао сегодня особый день.

— К нему приезжает семья.

— Все это знают.

— Весь постоялый двор.

— Мы услышали разговор четверых мужчин.

— Случайно услышали.

— Они не знали, что мы это слышали.

— Потому что мы слышали это скрытно.

— Случайно до ушей долетело.

— Конечно же случайно.

— Человек, которого зовут Гюм, говорил нехорошие вещи.

— Он дурно отзывался о великом мастере Тао.

— Говорил про него скверные слова.

— Оскорбительные.

— И еще он говорил, что семья великого мастера Тао не живет наверху.

— Наверху зимой дуют сильные ветра.

— Это вредит его дочери.

— Она слаба здоровьем.

— Так говорят все.

— Жена и дочь живут внизу.

— В нижнем домике.

— Там, где живут слуги и боевые собаки.

— Великий мастер Тао соскучился по семье.

— Эту ночь он проведет внизу, во втором доме.

— В верхнем доме никого не останется.

— Гюм говорит, что в верхнем доме есть ценности.

— Ходят слухи, что великий мастер Тао богат.

— И все знают, что его не обокрасть.

— Он ведь очень страшный.

— Но раз его ночью не будет.

— Никто не будет следить за верхним домом.

— Можно туда прийти.

— И все украсть.

— Там много добра.

— Хватит, чтобы купить все рисовое вино в деревне.

— Еще и останется.

— Но Гюм не знает, что у великого мастера Тао появился ученик.

— А мы знаем.

— Потому что мы тогда долго ждали вас внизу.

— И не дождались.

— Осмелились подняться и подсмотреть.

— Увидели, что страшный мастер вас не убил.

— Поняли, что он вас взял в ученики.

— А вот Гюм такое знать не может.

— Он ведь не ждал внизу.

— Он не знает о вас, господин Ли из семьи Брюс.

— Он с дружками ночью поднимется к вам.

— Их четверо, считая Гюма.

— У них будут ножи и палки.

— А может, и еще что-нибудь.

— Вам лучше не спать этой ночью.

— Или спать в другом месте.

— Где этот Гюм и те люди? — перебил я нескончаемый словесный водопад.

— Они сидят в общем зале.

— В углу.

— Они потратили все деньги на рисовое вино.

— Им хочется выпить больше, чем у них есть.

— Но недостаточно средств.

— Они думают, что этой ночью заработают еще.

— Денег у них было немного.

— Сильно пьяными ночью они не будут.

— Понял, — кивнул я и протянул руку, наполненную символами ци. — Благодарю вас. Держите.

— Ну что вы, господин Ли.

— Необязательно нас благодарить.

— Но это приятно.

— Очень приятно.

Символы при этих словах исчезли, а я развернулся и поспешно направился к главному входу.

Уже в спину донеслось:

— Господин Ли из семьи Брюс.

— Если вам что-нибудь понадобится.

— Мы пока что здесь.

— В этой деревне.

— И уйдем отсюда не скоро.

— Мы бы с радостью сменили службу.

— На любую другую.

— Если вдруг вам понадобятся слуги.

— Мы с радостью вам послужим.

— Мы вольные.

— Никто за нас не спросит.

— А вы незлой.

— И щедрый.

— Если что, помните о нас.

— Мы вас точно не забудем.

⠀⠀

Мастера я застал в тот неловкий момент, когда посторонним здесь делать нечего. Воссоединение семьи.

Его жена и дочь чем-то его напоминали. Даже не знаю чем. Может, глазами? Да нет, тут что-то другое, не могу уловить. Приятная молодая женщина и полноватая девочка года на два младше меня, с миловидным лицом. Если попытаться охарактеризовать человека одним словом, я бы сказал про нее — «умиротворение».

Впрочем, внешняя отрешенность не помешала ей стрельнуть глазками в мою сторону в тот миг, когда я вышел из-за угла. Будто подкарауливала.

Я автоматически улыбнулся в ответ, но тут же всякий намек на положительные эмоции стерся у меня с лица. Очень уж мрачный взгляд в меня уткнулся.

Взгляд мастера Тао.

Встав в сторонке, я вытянул руки по швам, всем своим видом показывая, что имею важные известия.

Однако семейная встреча после, как я понял, продолжительной разлуки — слишком важное событие. Пришлось ждать, пока пройдут все этапы церемонии, пока мастер заведет родных в дверь.

Появившись оттуда спустя насколько минут, он спросил без предисловий:

— Чего тебе?

— Учитель, я знаю, что должен продолжать медитировать, но…

— Ли, давай покороче, мне некогда выслушивать лишние слова.

— Простите, учитель. Мне передали, что группа людей собирается ночью обокрасть ваш верхний дом.

— То есть хотят не просто без разрешения подняться, а еще и в гости заглянуть? Какие отважные люди… И кто же эти великие герои?

— Я не знаю. Их подговорил какой-то Гюм. Без понятия, кто это, но есть сведения, что он крепко дружит с алкоголем.

— Да, этот болван окончательно мозги пропил. — Мастер покачал головой. — Мало ума, много зависти. Потерянный человек, я его знаю.