Я даже не удержался, спросил однажды, что столь могущественные криминальные личности потеряли в бесплодном краю, где грабить некого. Шатао от столь простого вопроса впал в состояние, не отличимое от комы, а Кьян изобразил неумелую попытку подумать, после чего неуверенно заявил, что там вроде как по ущельям можно мумие добывать и дикий мед. Вот этим и промышляют величайшие душегубы.

В общем, оба полностью безнадежны. Складывается впечатление, что в дорожную стражу после неудачной лоботомии принимают. Я с этими гуманоидами почти не разговаривал — бессмысленная потеря времени. И не переставал жалеть о том, что принял предложение смотрителя.

От этого «почетного эскорта» ничего хорошего не видел. Зато плохое — постоянно.

Когда поймал парочку на попытке разграбления огорода возле одинокого крестьянского подворья, чуть не избил до полусмерти. Ограничился легкой взбучкой, пообещав, что, если еще раз поймаю на чем-то подобном, отправлю их назад.

На сломанных ногах.

Вряд ли зачаточного интеллекта стражников хватило на то, чтобы полноценно осознать смысл угрозы. Но, к счастью, дальше по пути на ночлег останавливались исключительно в безлюдных местах, где проявить свои дурные наклонности они не смогли.

На четвертый день подошли к пологой холмистой гряде. Тут мои познания заканчивались, я, готовя этот план, не сумел раздобыть подробную карту Гаддокуса. Подозреваю, что таковой не существует — нет смысла проводить точные геодезические изыскания в столь унылых краях. Поэтому я лишь приблизительно догадывался, где именно живет тот, кто мне нужен.

Но тут провожатые впервые за все время сумели удивить своим мизерным коллективным разумом.

Первым голос подал Шатао:

— Господин, вы бы не ходили вон по той тропе.

Я поразился так, как должен поразиться человек, с которым дерево заговорило.

Обернувшись, уточнил, не веря ушам:

— Ты что-то умное сказал?

Стражник остановился, тут же оперся на копье и закивал:

— Да, господин. Я сказал, что вон по той тропе лучше не ходить. Вы прям к ней идете, вот я и сказал.

— И почему туда не надо идти? — продолжая изумляться, спросил я.

— Мы туда ходили, и нам там не понравилось, — присоединился к разговору Кьян.

— И что же вам там не понравилось?

Стражники, как это принято у скудоумной парочки, затараторили наперебой, торопливо давясь словами, поразительно гармонично дополняя друг друга. Будто их микроскопические мозги слились воедино, дабы донести до меня важную информацию непрерывным потоком:

— Там живет страшный человек.

— Мы его не видели.

— Но он страшный.

— Это точно.

— Даже не сомневайтесь.

— Очень страшный.

— Мы тогда сопровождали сына господина Тсо Магдуна.

— Молодой господин шел к этому страшному человеку.

— Хотел получить от него тайную воинскую мудрость.

— Он очень этого хотел.

— Лошадь молодого господина не смогла подняться по тропе.

— Молодой господин оставил нас внизу, а сам отправился наверх.

— С двумя телохранителями.

— Сильными.

— И страшными.

— Очень страшными.

— Даже мы их боялись.

— А мы не трусы.

— Вскоре молодой господин вернулся.

— Без телохранителей.

— Побитым.

— Весь в синяках.

— Со сломанным носом.

— В запачканной одежде.

— На его штанах было грязное пятно.

— Отпечаток ступни.

— Большой отпечаток.

— Прям там, где штаны начинаются.

— На заду.

— Молодой господин был зол.

— Очень зол.

— Мы спросили: «Господин, кто это с вами так дурно обошелся?»

— Он нам ответил.

— Но не словами.

— Да, он не говорил.

— Он только кричал.

— Сильно кричал.

— Молодой господин нас поколотил.

— Больно поколотил.

— До слез.

— Потом по тропе спустились его телохранители.

— Их тоже кто-то поколотил.

— Очень сильно поколотил.

— Сильнее, чем нас.

— Намного сильнее.

— Они тоже были злы.

— И еще они были напуганы.

— Господин Ли, нас всех поколотили.

— И тех, кто внизу остались, и тех, кто наверх сходили.

— Получается, разницы нет, здесь везде колотят.

— Но тех, кто сходил наверх, поколотили сильнее.

— Наверху страшное место.

— Хуже, чем внизу.

— Ужасное.

— Там бьют сильнее.

— Господин Ли, не надо туда ходить.

— Там живет злой мастер.

— Говорят, он всех колотит.

— Вообще всех, кто к нему приходит.

— Так зачем ходить, если там сильно бьют?

— И унижают.

— Не нужно это делать…

— Уверены, что это та самая тропа? — прервал я разговорившуюся парочку.

— Да, господин.

— Как такое можно забыть…

— Во-о-он там нас поколотили.

— До сих пор вспоминать больно.

— Да-да, очень больно.

— А вон оттуда спускались те, кого поколотил страшный человек.

Пройдясь взглядом по указанной тропе, я кивнул:

— Тогда вы можете идти назад. Скажете второму смотрителю Тсо Магдуну, что вы провели меня туда, куда требовалось.

— Но господин Тсо Магдун захочет узнать… — неуверенно пробормотал Шатао.

— Что узнать? — не понял я. — Нормально говори.

— Его сына там поколотили.

— Обидно поколотили.

— С унижениями.

— Пинка дали.

— Под зад.

— Господин Тсо Магдун обязательно захочет узнать.

— Захочет узнать подробности.

— Потребует рассказать, как именно вас там поколотили.

— С унижениями или без.

— Сравнит, как относились к вам и как к его сыну.

— Он нас спросит.

— Обязательно спросит.

— Ему очень интересно такое узнать.

— И что же мы ответим господину Тсо Магдуну?

— Если прямо сейчас уйдем…

— Да без проблем, — заявил я, усмехаясь. — Можете подождать меня внизу. Но сразу говорю, я туда не за тумаками иду. И, возможно, останусь надолго. Можете не дождаться.

Стражники переглянулись и синхронно кивнули:

— Да, господин Ли, мы так и поступим.

— Мы будем ждать вас до утра.

— Если вы не спуститесь, это будет означать, что вас не поколотили.

— Или поколотили до смерти.

— Со смертельными унижениями.

⠀⠀

То, что у мастера Тао не самый добродушный нрав, я прекрасно знал и без этой парочки шутов. Как вы понимаете, я в такую даль не наобум отправился, а собрав всю доступную информацию. И даже лишнего при этом немало узнал, в том числе полезного. Все по той же причине, старался при этом поступать так: скрывал интересующие меня запросы под ворохом ненужных. Дабы нехорошие люди не догадались, что именно я выискивал.

Человек, которого я ищу, знаменит лишь в узких кругах. Поэтому даже выяснить его приблизительное местонахождение — непростая задача. На каждом углу такие сведения не раздобудешь.

Но столь неординарный человек — не иголка, да и Рава — не стог сена. А я с самого начала почти не сомневался, что он не покинул империю. Все намеки подсказывали, что интересующая меня личность обосновалась в каком-то тихом уголке и не очень-то стремится к общению.

Сын Тсо Магдуна далеко не первый, кто попытался повстречаться со знаменитым мастером. И нет ничего удивительного, что вниз он спустился в дурном расположении духа. Дело в том, что мастер Тао, мягко говоря, никого не принимал. Всех, кто заявлялся к нему с известной целью, он встречал нехорошо.

А провожал еще хуже.

Причем — без промедления.

Честно говоря, поход на мыс Гаддокус я всерьез не планировал. То есть изначально в моем замысле такой момент присутствовал, но, когда пришлось убегать из фактории сломя голову, я был вынужден серьезно подсократить список задуманного. Без посторонней помощи и без некоторой незавершенной предварительной работы банально не успевал сделать все в срок, а терять год не хотелось.

Вот так задумка с мастером Тао и «попала под сокращение».

Однако, несмотря на неожиданное бегство, в Чащобе я все свои дела сумел завершить заметно быстрее, чем рассчитывал. Да и Хлонассис, несмотря на сложности первых шагов, много времени у меня не отнял. Море тоже отнеслось ко мне по-доброму на протяжении и первого, и второго плавания. То, что под конец в обоих случаях я столкнулся с проблемами, отобрало не так много времени, сколько могли отобрать сложности с поисками подходящей лодки, корабля или капризы переменчивых ветров.