На самом деле я чувствую себя… хорошо. Возможно, даже слишком хорошо.

— Бурная ночка, — комментирую я и тут же об этом жалею.

Какого черта я творю?

Дориан уставляется на меня, его глаза сужаются. Я чувствую себя как на ладони.

— Да неужели? И что ты делал после «On Tap»?

Я стараюсь не выглядеть напряженным.

— Проводил Лейлу домой, а потом мне позвонила Мередит, так что я заскочил к ней, — отвечаю я, сосредоточенно изучая желтое пластиковое меню, будто это самый интересный объект в этом заведении.

Дориан в курсе моих похождений с Мередит, так что это должно звучать правдоподобно.

Я поднимаю взгляд, чтобы оценить его реакцию, но он лишь слегка наклоняет голову, а уголки его губ изгибаются в улыбке.

— Это поэтому у тебя не хватает пуговицы?

Черт, я совсем об этом забыл.

Я опускаю глаза. Да, пуговица, которую Лейла оторвала вчера вечером, всё еще отсутствует, и рубашка распахнута прямо посередине.

Великолепно.

— Она позволила себе увлечься, — отвечаю я, прекрасно понимая, что иду по минному полю.

— Ну, тогда извини, что прервал вас, — говорит Дориан и смеется, качая головой.

Идеально. Теперь он еще и извиняется. Ну я и идиот.

— Не стоит, — бросаю я резковато.

К счастью, к нам подходит официант, вздыхая и постукивая карандашом по блокноту.

— Готовы заказывать? — спрашивает он с таким скучающим видом, будто наше присутствие его оскорбляет. Или, может, он просто ненавидит эту винтажную униформу дайнера. Как бы то ни было, лучше заказать быстрее, чтобы не злить его, ведь именно он понесет нам еду.

— Э-э, конечно. Я возьму... — я пробегаю глазами по меню на сверхзвуковой скорости. — Яичницу-болтунью, тосты из цельнозернового хлеба и бекон. Хорошо прожаренный, если можно. Спасибо.

Официант кивает, даже не удосужившись записать. Не понимаю, зачем ему бумага и ручка, но надеюсь, что память у него феноменальная. В моем нынешнем состоянии я не вынесу вида сырых желтков или склизкого бекона.

Он поворачивается к Дориану с выражением почти изнуренной скуки:

— А ты?

Дориан — это катастрофа. Бледная, зеленоватая и лишь отдаленно напоминающая человека катастрофа. После всего, что он выпил вчера вечером, уже чудо, что он сидит здесь, а не обнимается с белым фаянсовым другом у себя в ванной. Сомневаюсь, что он притронется к еде.

— Я возьму то же самое, — выдавливает он подобие улыбки.

Официант с щелчком закрывает блокнот и уходит. Дориан опирается на стол, и его лицо внезапно становится серьезным.

— Как там оказалась Лейла?

Черт. Я прячусь за меню, делая вид, что внезапно заинтересовался разделом безалкогольных напитков. Свежевыжатый там апельсиновый сок или из концентрата? Но я не смогу вечно избегать ответа. Я обыгрывал профи в покер, так почему я теряю самообладание именно сейчас?

— Я подвез её, раз уж она выпила.

Техника защиты номер один: говори правду. Техника защиты номер два: не говори всю правду.

Дориан кивает:

— Спасибо, дружище.

И тут я вижу это. Тот самый момент, когда в его мозгу начинают соединяться точки. Нет. Не смей думать. Не делай этого.

— Погоди... что?! — его брови взлетают почти до линии роста волос, и он смотрит на меня с внезапным интересом. — Вы снова были вдвоем в машине, и никто не пострадал? На тебе даже царапины нет! — он делает глоток кофе, переваривая информацию.

— Это было непростое испытание, но мы вели себя как взрослые люди.

В более чем одном смысле...

Дориан молчит, затем начинает вертеть в руках салфетку. Складывает её, перекладывает, пробует снова — кажется, это оригами помогает ему подобрать слова. И я уже догадываюсь, к чему он клонит. Я стискиваю зубы, готовясь к удару.

— Насчет Лейлы...

Ну вот. Я так и знал. Я отпиваю кофе, стараясь сохранять спокойствие, и давлюсь на середине глотка. Прекрасно. Отличная работа, Картер. Ты просто образец дискретности.

Дориан обеспокоенно смотрит на меня. Молча пододвигает ко мне стакан воды, понимая, что мне это нужно. Я делаю глоток, чтобы выиграть время, но это не помогает. Я влип.

Он продолжает сверлить меня взглядом:

— Жить будешь?

Его спокойствие меня удивляет, учитывая, что он явно собирается прочитать мне нотацию.

— Да, я в норме, — я делаю жест рукой, пытаясь скрыть, что мой адреналин зашкаливает. — Просто не в то горло пошло... Но продолжай. Что ты хотел сказать?

Пора расставить точки над «i». Он тянется к телефону на столе, проверяет его, прежде чем продолжить, и это ожидание — сущая пытка. Затем он поднимает на меня глаза, нахмурившись:

— Перед тем как Холли уснула, она взяла с меня обещание не бросать подготовку к свадьбе. Теперь, когда она временно вне игры, Лейле придется взять на себя больше ответственности. А ты знаешь, что она не сильна в... деталях. Или в финансах, — он морщится.

Это он еще мягко выразился. Лейла хороша во многом, но планирование и бюджет — явно не её конек. Погодите... мы говорим о свадьбе? Волна облегчения накрывает меня, и на секунду я думаю, что спасен. Но тут до меня доходит.

О нет. Нет, нет, нет.

Это значит, что мне придется регулярно пересекаться с Лейлой. Само по себе это было бы непросто даже в райском саду, но теперь, когда я вкусил запретный плод, я не уверен, что смогу держать себя в руках на людях. Я понятия не имею, как пережить свадьбу Дориана. Напьюсь до беспамятства? А если Лейла придет с кем-то? Должен ли я тоже кого-то привести? Я почти уверен, что нет, но что если она так сделает?

Я никогда не был так не уверен в том, как вести себя с женщиной. И мне это не нравится. Ни капли.

Возвращаюсь в реальность и вижу, что Дориан ждет ответа.

— Лейла? С чего бы это?

Блестяще. Очень содержательно. Молодец, Картер.

Дориан смотрит на меня в замешательстве. Вижу, он пытается понять: я туплю или просто витаю в облаках.

— Ну, потому что ты шафер, а она — подружка невесты? Я буду помогать, конечно. Это будет командная работа. Учитывая случившееся, меньшее, что я могу сделать — это взять на себя детали вместо Холли.

Я киваю в знак согласия, пытаясь подобрать ответ, который не заставит меня объяснять, в какой заднице я оказался, или тот факт, что Лейла вчера оставила следы своих ногтей у меня на плечах.

— Я знаю, что между вами раньше были терки, но, кажется, в последнее время всё наладилось. Ты и сам это сказал.

Видимо, он принял мое молчание за нежелание помогать. Нет, друг. Это чистая паника.

— Не поздно нанять свадебного организатора? — спрашиваю я, стараясь сохранять нейтральный тон, чтобы не злить его. — Я могу взять расходы на себя. Считай это моим подарком вам с Холли.

Отличная стратегия: прикинуться щедрым, отчаянно ища выход. Дориан смотрит на меня своим типичным взглядом старшего брата, и я уже знаю, что он скажет.

— Картер, послушай... организаторы стоят заоблачных денег. Если уж кто-то и будет помогать, я бы предпочел, чтобы это была Лейла. Я думал дать ей немного денег в качестве компенсации за хлопоты. Ей сейчас они не помешают.

Я бурчу что-то невнятное. Отказаться будет трудно, особенно перед Дорианом, но сохранять спокойствие, постоянно находясь рядом с Лейлой, будет еще труднее. Трудности будут всегда.

Дориан склоняет голову, окончательно запутавшись:

— В чем твоя проблема с моей сестрой? Ты всегда так суров к ней.

Разговор принимает неожиданный оборот. Нужно выбираться из этой ловушки, и быстро. Найти веское возражение, которое не выглядело бы как личный выпад — та еще задачка, но я не сдамся.

— Ты уверен, что мы можем на неё положиться в организационных вопросах? Ты сам признаешь, что Лейла не всегда надежна.

— А-а, теперь я понял!

Сердце ускоряется.

— Что ты имеешь в виду?

Скрывать от него правду становится изматывающе. Часть меня хочет во всем признаться, но это означало бы признать, что я и сам не знаю, какого черта я творю с Лейлой. От одной мысли о серьезных отношениях с женщиной у меня начинается крапивница. И, конечно, я не могу сказать, что это просто интрижка.