- Все это верно.

Его взгляд метнулся к Элаю. - Кто ты?

- Мужчина, который любит женщину, у которой ты украл невинность, - рычит Элай.

- Я не знаю, что она тебе сказала, но это чертова ложь.

- Хочешь попробовать это снова, придурок? - Элай хватает Уильяма за горло, крепко сжимая, пока его лицо не становится фиолетовым, прежде чем отпустить.

- Я невиновен! - заикается он, опустив взгляд в землю. Бедный Уильям - ужасный лгун.

- Тс-с-с, перестань, Уильям, ты же знаешь, что это неправда. С таким же успехом ты можешь признать, что ты натворил. Это не изменит исход. Это просто определяет, сколько боли я решу причинить тебе, прежде чем ты умрешь. И, честно говоря, то, что ты говоришь, не имеет значения, потому что я была там. С тех пор мне приходится жить с этими кошмарами, - холодно добавляю я.

Я опускаю взгляд на свои ногти, любуясь блестящим красным лаком, прежде чем снова встретиться с ним взглядом. - Но ты знаешь, отчего они исчезают? - я насмехаюсь. - Избавляя мир от таких паразитов, как ты.

- Я не плохой человек. Я помогаю детям, - его голос дрожит, и он выглядит так, словно вот-вот расплачется.

- Помогаешь им? - усмехаюсь. - Или помогаешь себе?

Он отводит взгляд.

- Значит, так: расскажи нам все, что знаешь, и я сделаю твою смерть менее мучительной.

- Зачем мне тебе что-то рассказывать, если ты все равно собираешься меня убить?

- Потому что не пора ли тебе искупить свою вину? - спрашиваю я, в моем тоне слышится презрение. - И это касается не только тебя. Речь идет о спасении детей до того, как они попадут в руки педофилов вроде тебя. Это для таких девочек, как Пейсли.

Он непонимающе смотрит на меня. - Пейсли?

- Моя гребаная сестра, придурок! - терпение Элая на исходе. Прежде чем я успеваю сказать еще хоть слово, он держит дрель и вкручивает левый мизинец Уильяма в крест.

Хант кричит в агонии. - Я не знаю Пейсли, - настаивает он.

Я ухмыляюсь, наслаждаясь каждым моментом этого. Немногие девушки могут сказать, что их мужчина стал бы пытать кого-то другого ради них. Убить ради них. И в этот момент я знаю, что Элай сделал бы для меня все. Сейчас он сдерживается только потому, что знает, что мне нужно закончить это.

Пока Хант продолжает кричать, отвращение волнами накатывает на меня.

- Тик-так. Сейчас самое время признаться. Скольким детям ты причинил боль так же, как мне? - я достаю свой телефон и открываю фотографии улик, которые мы нашли у Далтона. Возможно, ему нужно напоминание о том, что привело его сюда. Я держу телефон перед его лицом и прокручиваю каждую фотографию, наблюдая, как исчезают его краски.

- Откуда у тебя эти фото? - выдавливает он между прерывистыми вдохами.

- У меня есть свои способы. Ты думал, твои приспешники не смогут защитить себя? - я поднимаю бровь. - Я думаю, тебе следовало заплатить им больше.

- Черт! - кричит он.

- Это довольно интересно, эта схема торговли людьми, в которую ты, похоже, вовлечен. Сначала мы думали, что возле озера Люсия похищают всего двух девочек в год. Но, основываясь на собранной нами информации, дело идет гораздо дальше. Оказывается, в нескольких районах юга есть две девочки, которые пропадают каждый год, и о них больше никогда ничего не слышно. Почти 200 девушек на юго-востоке Соединенных Штатов, от Майами до Ричмонда.

- Блондинки, брюнетки, рыжеволосые... Я думаю, у каждого есть предпочтения в отношении своих собственных развратных желаний, - вмешивается Элай, его голос резкий и холодный, в нем слышится нотка горечи.

- Неудивительно, что ты, похоже, ищешь блондинок. Что происходит с этими девушками, когда ты заканчиваешь с ними играть? - спрашиваю я с отвращением, сочащимся из каждого слога.

Хант молчит, просто смотрит на меня. Дрель оживает, когда Элай прикручивает мизинец правой руки Уильяма к крестовине, и воздух наполняет новая волна криков.

- Тебе действительно стоит перестать валять дурака, Уильям.

- Ты не хочешь ввязываться в это, Тесса, - выдыхает он, и я киваю Элаю, чтобы дать ему небольшую отсрочку. - В игре много важных людей — людей гораздо более опасных, чем я. Тебе следует уйти сейчас. Если ты отпустишь меня, я смогу защитить тебя, и все будет так, как будто этого никогда не было.

- Уйти? - фыркаю. - Ты думаешь, я могу уйти сейчас?

- Тебе нужно. Если ты свяжешься с верхушкой этой организации, они уберут тебя и всех, кого ты любишь, - он кивает Элаю.

- Позволь мне об этом позаботиться. А теперь выкладывай.

- Нет, они убьют мою семью.

- Я убью твою семью. Или ты забыл, зачем пришел сюда? Противоядие. Так что хватит валять дурака, если хочешь быть уверен, что они проживут долгую жизнь, - я прижимаю нож к его горлу. Он сглатывает.

- Мы продаем их тому, кто больше заплатит, когда заканчиваем с ними, - выплевывает он срывающимся от отчаяния голосом. - Мужчинам и женщинам по всей стране — миллиардерам, лидерам картелей и всем, у кого есть деньги. Они финансируют мою кампанию.

Я убираю нож, крепко сжимая пальцами рукоятку.

- Кто вообще в этом замешан?

Он смеривает меня пристальным взглядом. - Может быть, тебе стоит спросить, кто непричастен?

- Я начинаю немного уставать от всего этого, а ты, Элай?

- Да, похоже, мы ни к чему не пришли.

На лице Ханта мелькает удивление. - Подожди. Пейсли...Элайджа... ты Хантингтон?

Элай слегка наклоняет голову, выражение его лица становится жестче. - Да.

Уильям маниакально смеется.

- Что, черт возьми, тут смешного? - Элай шипит с ядом в голосе.

- Вы допрашиваете не того человека. Вам следует быть поближе к дому, молодой человек.

Элай прищуривает глаза. - Что ты хочешь этим сказать?

- Я сказал все, что хотел, - он сплевывает на землю. - Давай покончим с этим.

- Ну, тогда ладно. Пришло время перейти на следующий уровень, - пожав плечами, я лезу в сумку и достаю другой шприц, с иглой самого большого калибра, который у меня есть. Надевая пару перчаток, я готовлюсь к тому, что будет дальше. - Не знаю, заметил ли ты это маленькое приспособление, которое у меня здесь есть. Оно довольно интересное.

Глаза Ханта расширяются, когда он рассматривает хитроумное приспособление, расположенное вокруг его пениса. Он пытается вырваться, но знает, что деваться некуда. Он заметно дрожит, когда я подхожу к нему.

Не теряя времени, я тянусь к его микроскопическому пенису и вонзаю иглу прямо в стержень.

- Тварь! Что ты сделала? - шипит он, пот стекает по его лицу, а член сжимается еще больше.

- Ты когда-нибудь принимал маленькую голубую таблетку, Уильям? Я имею в виду, я уверена, что в наши дни тебе приходится это делать, если ты собираешься трахать свою жену. Поскольку я полагаю, что у тебя может встать только от маленьких девочек. Лекарство, которое я только что ввела, почти в три раза сильнее этой маленькой таблетки, и оно действует быстро, - беспечно сообщаю я ему. - Я дала тебе гораздо больше рекомендованной дозы, старина.

- Что? - кричит он, и на его лице появляется выражение ужаса. - Нет!

- Скотч, милый? - спрашиваю я Элая. Он отрывает две полоски и протягивает их мне.

Я прикрепляю каждый кусочек к его правому верхнему и нижнему веку, и Элай повторяет мои движения с левым веком Уильяма.

- Мы не можем допустить, чтобы вы что-то упустили, губернатор Хант. Наслаждайтесь шоу.

Отступая, я прижимаюсь всем телом к Элаю. Он хватает меня за подбородок, и я вижу вспышку голода в его глазах, прежде чем он прижимается губами к моим. Никаких медленных или вялых движений; его язык завладел моим. Он целует меня в щеку, его руки медленно перемещаются к пояснице, обхватывают мой зад, притягивая меня к своему твердеющему члену. Поцелуй длится несколько секунд. Затаив дыхание, мы отстраняемся друг от друга, и его глаза пристально смотрят в мои.

- Ты видишь это, Уильям? - Элай растягивает слова, не отрывая от меня зрительного контакта. - Обрати внимание, как она реагирует на меня. Ты видишь, как она хочет, чтобы я прикоснулся к ней? Вот как это выглядит, когда женщина хочет тебя, - господи. Это все, что я могу сделать, чтобы не наброситься на него прямо здесь. Мои трусики промокли.