- Я немного нервничаю, Брэди, - заикаясь, произношу я, придумывая оправдание, чтобы справиться со своими эмоциями. - Мы можем не торопиться?

- Разве мы не делали это медленно уже довольно долгое время? - рычит он. - Мне чертовски надоело делать это медленно. Пришло время тебе бросить это, Тесса.

Брэди никогда раньше не повышал на меня голос в гневе, и когда я слышу, как он вот так огрызается, по моим щекам катятся слезы. — Мне очень жаль...

Он зажимает мне рот рукой, снова толкая меня обратно. Одним движением он распахивает перед моего красивого нового платья и грубо хватает за грудь, сжимая ее до тех пор, пока я не начинаю плакать сильнее, только никто не слышит моих криков, потому что они заглушаются его рукой.

- Прекрати бороться со мной, - он убирает руку с моего рта, опускает ее вниз, чтобы обхватить мое горло. - Ты сказала, что хочешь этого.

Это не тот Брэди, которого я знала. Это не тот мальчик, которого я когда-то знала.

Или так и есть?

Неужели я пропустила все признаки? Был ли он жесток все это время, и я была слишком поражена тем, что кто-то вроде Брэди мог заинтересоваться кем-то вроде меня, чего я не заметила?

- Пожалуйста ... прекрати, - хнычу я. Он смотрит на меня, и тогда я вижу, что его зрачки сильно расширены. Брэди совершенно не в себе, и как только его мощная хватка сжимается вокруг моего горла, я понимаю, что у меня проблемы. - Не делай этого.

Удерживая меня на подушках, сжимая мне горло, он игнорирует плач и идет прямо к тому, чего хочет. - Ты поблагодаришь меня позже. Чем быстрее мы покончим с первым разом, тем быстрее сможем перейти к самому интересному.

- Я сказала, нет! - я пытаюсь встать. - Отвали от меня к черту.

Мои трусики, он отбрасывает их в сторону, и я брыкаюсь в напрасных попытках сдвинуть его с места, но это только еще больше бесит его. Он сжимает сильнее, перекрывая мне доступ воздуха, и я в панике тянусь ко всему, что может мне помочь.

Перед моими глазами появляются пятна, и как раз в тот момент, когда я вот-вот провалюсь в темноту, мои пальцы натыкаются на бутылку вина. Я хватаюсь за горлышко бутылки и с силой опускаю ее на макушку Брэди.

- Гребаная сука!

Мертвая хватка на моем горле ослабевает, и я пользуюсь возможностью ударить его ногой в промежность. Я наношу удар, и он отшатывается назад и врезается в перила, теряя равновесие.

Ужас стирает гнев с лица Брэди, когда он падает за борт. Удивительно, но человек не производит такого большого шума, когда падает в воду.

Я зажимаю рот рукой, сдерживая угрожающий крик. Я смотрю на то место, где когда-то стоял Брэди, неудержимо дрожа, когда поднимаюсь, чтобы встать. Бросаясь в сторону, я не вижу ничего, кроме бесконечной чернильной черноты океана. Яхта все еще движется в медленном, но устойчивом темпе, и когда проходит минута, а затем и две, меня охватывает спокойствие. За этим следует чувство эйфории, как будто я нашла свой личный наркотик, мысли в моей голове становятся яснее.

Нет чувства вины. Нет сожаления, нет помех, которые овладевают моими мыслями.

Есть только покой.

И тело подражателя-насильника Брэди уплывает в море, надеясь стать пищей для акул.

Я ухмыляюсь, вспоминая, как сразу же перешла в режим выжившего. Швырнув бутылку вина в воду, я выждала соответствующее количество времени, чтобы позвать на помощь. Было так легко убедить капитана, а позже и полицию, что Брэди был пьян, когда упал за борт. Когда меня спросили о моем разорванном платье, я скромно призналась, что у нас был секс, а затем продолжала пить, пока он не опьянел окончательно. Брэди был известным шутником, живущим ради приветствий толпы, поэтому, когда я объяснила, что он карабкался по перилам и потерял хватку, никто не счел это странным.

Почему кто-то должен подозревать меня в каких-либо правонарушениях? Я была простой девушкой, плывущей на яхте со своим парнем. Это был ужасный несчастный случай. Сыграть убитую горем девушку было несложно, учитывая, что он на самом деле сломал часть меня. И по сей день я придерживаюсь этой истории. Я ждала, что чувство вины поглотит меня, но оно так и не пришло. Все, что я чувствовала, это облегчение. У него никогда не будет шанса причинить кому-либо еще боль, как он причинил мне.

Никто не знает правды, даже Элли. Я никогда не смогу рассказать ей. Она бы не поняла. Говоря об Элли, она была ужасно тихой после инцидента в баре. Мы обменялись несколькими текстовыми сообщениями, но с той ночи не виделись. У нее сегодня запланирована работа, так что я разыщу ее.

Заехав на больничную парковку, я вылезаю из машины и смотрю на часы. Я едва успела вовремя. Господи, Элай выбивает меня из колеи. Я врываюсь через черный ход в отделение неотложной помощи и бросаю свои вещи в шкафчик в комнате отдыха врача. Схватив свой стетоскоп, я направляюсь к своим пациентам. До полудня я вылечила пациента с острым аппендицитом, двоих с гриппом, сломанной лодыжкой и пожилую женщину с пневмонией.

Когда я наконец останавливаюсь, чтобы взять себе воды, я отправляю сообщение Элли.

Привет, подруга, не хочешь встретиться в кафетерии за ланчем?

Сообщение отображается как прочитанное, и я наблюдаю, как точки появляются, исчезают, а затем появляются снова.

Что-то определенно происходит. Что именно? Я не знаю, но, черт возьми, обязательно выясню.

Еще через час без ответа я сообщаю медсестрам, что у меня перерыв на ланч. Они знают, что нужно вызвать меня, если я им понадоблюсь. Я поднимаюсь по лестнице на третий этаж, где находится офис Элли, полная решимости получить ответы.

Несмотря на непреодолимое желание ворваться к ней в кабинет, я вежливо стучу в дверь на случай, если она с пациентом. Несколько секунд я слышу шаркающий звук, и затем, наконец, Элли отвечает. - Войдите.

Я захожу в офис и нахожу ее сидящей за своим столом с мобильным телефоном в руке и широко раскрытыми глазами. - Привет, Тесса, я как раз собиралась ответить тебе.

- Элли, где, черт возьми, ты была и почему не отвечала мне?

Она отводит взгляд и откидывает волосы, обрамляющие ее лицо. Ее волосы разделены на пробор иначе, чем обычно, затеняя левую половину лица.

- У меня было много дел, - она уклоняется, смотрит на свои руки, прежде чем бросает нервный взгляд на меня.

- Много дел? Элли, это на тебя не похоже. Ты моя лучшая подруга. Я знаю тебя так же хорошо, как самого себя, и я чувствую, что что-то не так. Теперь выкладывай. Или мне следует поговорить с Далтоном? - спрашиваю я, хватая телефон.

- Нет, подожди, прекрати, - ее глаза наполняются страхом и стыдом. Она проводит дрожащей рукой по лицу и делает глубокий вдох, прежде чем продолжить. - Той ночью в баре Далтон был так пьян. Он был так зол на меня, и я смутила его. Мне не следовало так танцевать.

- Что случилось? - мой голос смягчается от беспокойства. Но внутри я уже чувствую, как во мне нарастает гнев.

- Он не хотел этого делать, - тихий всхлип срывается с ее губ. - Я знаю, что он не хотел причинить мне боль.

Сквозь стиснутые зубы я произношу каждое слово в своем следующем вопросе. - Что. Он. Сделал?

Ее бледное лицо зеленеет, когда она прикрывает рот и бросается в ванную. Я следую за ней, пока ее рвет в унитаз. Я протягиваю ей несколько влажных бумажных полотенец, чтобы она вытерла лицо, пока она спускает воду в туалете и поворачивается ко мне лицом.

Она встречается со мной взглядом и откидывает волосы с левой стороны лица, обнажая исчезающий желтоватый синяк чуть ниже виска.

- Я, блядь, убью его, - выдыхаю я. - Почему ты скрывала это от меня? - клянусь, я убью его. Его дни сочтены и быстро тикают.

- Потому что я знала, что ты так отреагируешь. Он тебе не нравится, и я это знаю. Но он никогда не делал этого раньше. Я... я действительно думаю, что он собирался врезать в стену, поэтому я схватила его. Он не хотел меня бить. Это был несчастный случай.