Прикусив язык, она отошла в сторону, когда Люциан жестом заставил Декера и Брикера увести Диану из кухни.

— Ну, – сказал Люциан, как только троица покинула кухню. Повернувшись к Абриль, он приподнял бровь. – Ты согласишься стать спутницей жизни Криспина? Или нам придётся стереть твою память?

— Дядя, – предостерегающе прорычал Криспин.

— Лучше узнать сейчас и покончить с этим, чем тратить время на надежды, – твёрдо сказал ему Люциан, а затем снова посмотрел на Абриль и спросил: – Ну, какой ответ?

Абриль повернулась к Криспину и с недоверием спросила: – Согласна ли я стать твоей спутницей жизни, или они сотрут мои воспоминания? Серьёзно? А где свидания и все остальное?

Криспин открыл рот, чтобы что-то сказать, но прежде чем хоть слово сорвалось с его губ, Люциан сказал: – Это я задаю вопросы, девочка. И я жду ответ.

Нахмурившись, она повернулась к мужчине. – Ты – властный придурок, сующий свой нос не в своё дело, и мне уже надоели твои высокомерные выходки. Кто, чёрт возьми, сделал тебя господином и повелителем?

— Большая часть Атлантиды, – резко ответил он.

— Брикер будет очень расстроен, что пропустил это, – пробормотал Робертс, в его голосе слышалось веселье.

Она подумала, что Кассий, должно быть, усмехнулся, но улыбка быстро исчезла, и он лишь согласно хмыкнул.

— Абриль, дорогая, – успокаивающе сказал Криспин, – Люциан…

— Люциан устал, ему скучно, и он готов вернуться домой, к своей прекрасной спутнице жизни и детям, – вмешался Люциан, поднимаясь на ноги. – Так что я сэкономлю нам всем немного времени и скажу тебе, Криспин, что она уже решила стать твоей спутницей жизни. Я просто хотел, чтобы ты это услышал. Но раз уж она решила поворчать…

— Я решила поворчать? – недоверчиво спросила Абриль.

— Да, – просто ответил он, а затем повернулся и вышел из кухни, рявкнув: – Убедитесь, что мы забрали с собой всё, ребята, и поехали. Если поторопимся, успеем домой до рассвета. Остановившись в дверях, он обернулся и пронзил Кассиуса взглядом. – Полагаю, ты остаёшься, чтобы помочь детективу Робертсу, пока Криспин не справиться со своей спутницей жизни?

— Да, – тут же ответил Кассий. – Я уже обсудил это с Александром, и его это устраивает.

— Хорошо, – резко сказал Люциан, а затем перевел взгляд с Абриль на Криспина и объявил: – Я жду приглашения на свадьбу.

Он выскочил из комнаты прежде, чем Абриль успела что-то схватить и бросить в него. Мужчина просто…

— Мы будем в комнате Абриль, – объявил Криспин, схватив её за руку и потянув в том же направлении, куда только что ушли Люциан и остальные. Под комнатой он, очевидно, подразумевал гостевую спальню, которой она пользовалась, а не кабинет, – подумала она с иронией.

— Всё в порядке, – крикнул им вслед Кассий. – Мы позаботимся о том, чтобы подрядчики вернулись и возобновили работы над пристройкой.

— И с Лилит мы тоже разберёмся, пока ты не очнешься, – ободряюще добавил Робертс. – Вы двое, идите. Вам нужно о многом поговорить.

Абриль очень сомневалась, что Криспина интересовали именно разговоры. Она была уверена, что он уложит её голой на кровать ещё до того, как за ними закроется дверь. Поэтому она немного удивилась, когда он вместо этого втолкнул её в комнату, подтолкнул к изголовью кровати, закрыл дверь спальни и просто прислонился к ней спиной, насколько это было возможно, оставаясь в той же комнате.

Она в замешательстве наклонила голову и вопросительно посмотрела на него. – Что-то не так?

— Ты действительно решила стать моей спутницей жизни? – серьезно спросил он.

Абриль колебалась.

— Люциан ошибся? – спросил он, пораженный такой возможностью.

— Он не ошибся, – сказала она и, когда он двинулся вперед, быстро добавила: – Но он и не совсем прав.

Криспин резко остановился всего в нескольких шагах от нее. Его глаза сузились. – Я не понимаю.

Абриль тяжело вздохнула и с некоторым раздражением сказала: – Ну, я тоже. Что такое «спутник жизни»? Я хочу согласиться стать твоей, но как я могу, если не знаю, что это значит?

Криспин нахмурился. – Абриль, я же объяснял, что спутник жизни – это тот, кого мы не можем читать и контролировать, кто не может читать и контролировать нас. Тот, с кем мы можем…

— Жить в мире и всё такое, – нетерпеливо сказала Абриль. – По сути, я человек транквилизатор.

Криспин выгнул бровь, его губы дрогнули. – Если ты чувствуешь, что мне нужен человек транквилизатор, значит, я сделал что-то не так в спальне… и в бильярдной… и в твоём кабинете… и…

— Криспин, – раздраженно перебила она, – что значит быть спутником жизни? Чего от меня ждут? Это что-то вроде жены? Поженимся ли мы? Или я буду ходячим мешком с кровью, которым ты будешь питаться, когда проголодаешься? Что?

Он внезапно расслабился, лёгкая улыбка тронула его губы, и он сократил расстояние. Нежно взяв её руки в свои, он сказал: – Спутница жизни, по сути, жена, но это нерушимая связь.

Она слегка нахмурилась. – Нерушимая? Как будто развода нет?

— Нерушимая, как никогда не разорвётся связь и не угаснет страсть, – пояснил он. – Я, конечно, был бы очень рад жениться на тебе, устроить настоящую свадьбу, но поженимся мы или нет, мы всегда будем спутниками жизни, где бы мы ни были. – Он помолчал минуту, чтобы до нее дошло, а затем добавил: – И ты никогда не будешь для меня ходячим мешком с кровью. Бессмертные иногда кусают своих смертных возлюбленных, если обе стороны согласны, но как только оба становятся бессмертными, этого просто не может случиться. Это слишком опасно. Наночастицы не смешиваются. Первоначальные наночастицы воспринимают новые нано как захватчиков, которых они должны устранить, и в теле происходит битва, которая может убить носителя.

— Серьезно? – с удивлением спросила она.

— Да, – заверил он ее.

Абриль помолчала минуту, а затем прочистила горло и сказала: – Ты сказал, что два бессмертных… Значит ли это, что...?

Когда она не смогла высказать то, что действительно хотела, он произнёс: – У бессмертных есть один шанс обратить человека и его тратят, обычно, на спутника жизни, чтобы они могли прожить вместе всю свою долгую жизнь. Я хотел бы обратить тебя.

Абриль поморщилась от этой мысли и призналась: – Я не люблю иглы, и боль тоже. Честно говоря, я довольно категорична в таких вещах. Не знаю, смогла бы я… – Она покачала головой, а затем добавила: – И это такой серьезный шаг, ведь мы знакомы всего несколько дней. А что, если…

Криспин заставил её замолчать поцелуем. Абриль подумала, что это ужасно несправедливо с его стороны, всего десять секунд, а потом ответила на поцелуй, и все её тревоги и страхи вылетели из головы под воздействием страсти, которую он пробудил в ней.

Прервав поцелуй мгновение спустя, Криспин отстранился и начал расстегивать блузку. Он сказал: – Я не стану тебя торопить. Нам некуда торопиться. Я хочу добиться тебя, и мы ничего не будем делать, пока ты не почувствуешь себя комфортно.

Отбросив попытки расстегнуть пуговицы, он потянулся и скользнул рукой под юбку, которую она надела утром, просто потому, что это было очень удобно для таких моментов. Хотя она бы никому в этом не призналась.

Когда его рука скользнула вверх по её бедру, сдвигая юбку, Абриль ахнула и пошевелилась, широко расставив ноги, когда его пальцы нащупали её трусики и оттянули ткань в сторону. Она застонала, когда он начал ласкать её там, где ей так не хватало его прикосновений.

— Криспин, я не могу думать, когда ты... Мне нужно спросить...

Он сразу же ослабил ласки, чтобы разум обоих немного прояснился, и прислонился своим лбом к ее лбу, прошептав: – О чем ты хочешь спросить, любимая?

Еще немного задыхаясь, она вдруг открыла глаза и спросила: – Люциан не сотрет тебя из моей памяти, если я не соглашусь сразу?

Он слабо улыбнулся, увидев беспокойство в её глазах. – Нет. По правде говоря, он прочитал твои мысли. Он думает, что ты, от части, готова. Он даст нам время, пока ты не будешь полностью готова.