Встретившись взглядом с Абриль, он сказал:  Она не собиралась выкапывать разлагающиеся тела. Просто внушить мистеру Брансону, чтобы у него никогда, ни при каких обстоятельствах не возникло желание перекапывать двор, но она не была уверена, как долго продлится её внушение. Она чувствовала, что единственный выход – быть рядом и следить за Брансонами.

— Диана осматривала дома в этом районе. И решила, что дом на углу  ей подходит. У него было много земли – сорок акров (≈16 гектаров), – сказал он ей, а затем добавил: – Большую часть  занимал лес, где, по её мнению, она могла спокойно хоронить будущие тела. Она навестила пару, владевшую этим домом, и взяла под свой контроль, чтобы они провели ей экскурсию по дому. Она обнаружила, что сам дом большой и красивый, с подвалом. Он был идеален. Но он не продавался… пока она не взяла под контроль сознание пары, чтобы они быстро продали ей дом и гораздо дешевле его реальной стоимости. Затем она переехала туда со своими жертвами.

— Довольно долго всё шло хорошо. В конце концов, она поняла, что может стирать память своим жертвам, но к тому времени ей нравилось видеть их слёзы и ужас, поэтому она продолжала содержать то, что считала своим скотом.

— Они и были скотом, – раздраженно прорычала Диана. – И дело не в том, что мне нравились их слёзы и ужас, их кровь после этого казалась вкуснее, чем если бы я просто взяла их под контроль и перекусила, ….не расстроив. – Глядя на испуганное лицо Абриль, она резко бросила: – Еще скажи, что тебе нравится пресная еда вместо вкусной?

— Моя еда – это не люди, – резко ответила Абриль, а затем повернулась к Криспину и сказала: – Полагаю, всё было хорошо, пока Джина не начала перекапывать двор? Откуда она вообще об этом узнала? Неужели она всё это время следила за домом?

— Да, – ответил Криспин. – Но по мере того, как за все эти годы не возникало проблем, она стала навещать их всё реже и реже, пока не сократила, примерно, до раза в год. Каждую весну, – многозначительно сказал он.

— А-а-а, – понимающе выдохнула Абриль.

— Ага, – сказал Криспин, кивая. – Несколько недель назад она проводила ежегодный смотр дома и увидела грузовики строительной компании на подъездной дорожке. Она забеспокоилась, но не знала, что Брансоны переехали, и все рабочие, очевидно, занимались внутренними работами. Она уже подумывала зайти и выяснить, что происходит, когда подъехал грузовик доставки. Она узнала, что водитель привез технику на кухню. Она подумала, что Брансоны, решили обновить кухню. Это не вызвало у нее тревоги, поэтому она ушла, но решила, что будет присматривать за ситуацией и какое-то время будет заходить еженедельно. В следующий раз, когда она пришла, они уже начали рыть котлован под фундамент пристройки.

— Я уже преодолела подъездную дорожку, когда заметила экскаватор. Я уже собиралась развернуться и уехать, но в этот момент Ким вышла из дома прежде, чем я успела дать задний ход. Я прочитала её мысли, узнала, что Брансоны продали дом, а затем узнала, что ей известно о ремонте. Затем я внушила ей, чтобы она тормознула работу рабочих. – Она заёрзала на сиденье, на ее лице читалось раздражение. – Я думала, просто остановить их на день, а тем же вечером  я выкопаю тела, и всё будет хорошо. И мне не придётся больше следить за домом.

— Но Лилит разрушила твои планы, – пробормотала Абриль, повторяя слова Люциана. Затем она добавила: – Я удивлена, что ты сразу же не принялась выкапывать тела, как только рабочие ушли. Ты могла бы взять меня под контроль, а если  бы не высовывалась, никто бы тебя в яме не увидел.

— У меня были дела, – раздраженно сказала Диана. – Я думала, что всё на мази. Я остановила раскопки до того, как они обнаружили тела, и могла вернуться под покровом ночи, чтобы разобраться с остальным. Поэтому я стёрла память Ким и пошла в продуктовый магазин, как и планировала. Когда я вернулась, чтобы проверить, как дела, тут уже кишела полиция, и я поняла, что тела нашли. Мне оставалось только вытащить тело мужа и бессмертной из дома.

— Ладно, – сказала Абриль. – Так почему же ты просто не взяла нас под контроль после ухода криминалистов и офицера Питерса? Ты могла бы даже заставить нас выкопать тела. Вместо этого ты попытался пробраться внутрь, а потом напала на меня, когда я проснулась и увидела, как ты забираешься через окно моей спальни.

— Я уже знала, что не могу их контролировать, и не была уверена насчет тебя, – недовольно прорычала Диана.

— С чего….? – начала Абриль, но Диана нетерпеливо перебила ее.

— Потому что я была у Ким, когда они ходили по домам и опрашивали соседей. Я контролировала Ким, чтобы она не открыла дверь, когда они стучали, но они словно знали, что кто-то есть в доме. Они продолжали стучать. Это было чертовски раздражающе. Поэтому я попыталась взять их под контроль и отослать подальше, но не смогла. Я попыталась прочитать его, – она указала на Робертса, –  и не смогла. Я собиралась попробовать на нем, – теперь она кивнула на Криспина, –  но они сдались и ушли раньше, чем я смогла. Меня обеспокоило, что я не смогла прочитать их или контролировать. К тому же, я чувствовала от них какие-то странные флюиды. Я решила проследить за ними и понять, что происходит.

— И она увидела, как Криспин и Робертс пили пакетированную кровь, – с явным неудовольствием сказал Люциан.

— Мы припарковались на обочине дороги в конце полумесяца, там, где начинается лес, – быстро сказал Криспин. – Вокруг не было ни души.

— Кроме нее, – резко заметил Люциан.

— Откуда нам было знать, что она пойдет за нами через лес, а потом будет прятаться за деревьями и наблюдать, как мы кормимся? – нетерпеливо сказал Криспин и заметил: – Смертный не смог бы угнаться за нами пешком, а мы тогда и понятия не имели, что тут бессмертный.

— Почему ты просто не сбежала, когда поняла, что бессмертные ведут расследование? Они уже обнаружили тела снаружи, двумя больше, двумя меньше? – спросила Абриль Диану.

Криспин подозревал, что она пытается разрядить напряжение, возникшее в комнате, пока они с Люцианом сверлили друг друга гневными взглядами. Когда Диана не соизволила ответить на её вопрос, он неохотно прервал перепалку с дядей и сказал то, чего женщина не хотела. – Это было последнее, чего она хотела, когда поняла, что мы – те, кого она считала вампирами. Это осознание укрепило её решимость забрать тела из внутреннего сада. Не только мужа, которого она хотела похоронить, как положено, но и тело бессмертной. Она не боялась полиции, но её ужасала мысль о том, что, если мы обнаружим обезглавленное тело одного из наших, мы найдём и безжалостно накажем его убийцу. Это её до смерти пугало.

— Почему? – тут же спросила Абриль, переводя взгляд с Дианы на него и обратно. – Вы же не ищейки, ребята. Вы бы не смогли ее вынюхать. Не так ли? – неуверенно добавила она.

— Нет, – заверил он её, а затем указал: – Но она этого не знала. У неё не было никаких знаний про вампиров, кроме вымышленных романов и тому подобного, и некоторые из них утверждали, что у древних вампиров есть всевозможные способности. Она боялась, что кто-то из нас сможетнайти её, используя... – Он замялся, пытаясь понять мысли в её голове. – Паранормальное ву-ву? – неуверенно спросил он, а затем покачал головой, когда Абриль ухмыльнулась и кивнула. Видимо, ву-ву теперь стало словом, – подумал он и продолжил: – Диана была уверена, что её найдут, а затем убьют за убийство бессмертной.

— Но это ее муж убил вампира... э-э... бессмертного, – заметила Абриль.

— Да, но она была соучастницей и добровольно пила ее кровь.

Абриль понимающе кивнула и подумала, что соучастие в преступлении тоже карается человеческим законом.

— Законом смертных, – раздражённо прорычал Люциан. – Мы тоже люди. И хотя у бессмертных свои законы, а у вас, смертных, свои, все мы люди.

— Ладно, законы смертных, – раздраженно сказала она, а затем заметила: – Знаешь, если бы ты не читал мысли людей, ты бы с меньшей вероятностью услышал вещи, которые тебя расстроят.