— Она рассказала тебе о своём детстве, о побеге и практически обо всём, что с ней связано. Она доверяет тебе, – твёрдо сказал Люциан.

— Может быть, но…

— И я вижу по твоим воспоминаниям, что она уже не раз испытывала с тобой страсть, – продолжил Люциан. – У тебя есть все шансы, что она примет тебя, и не придётся стирать из ее памяти все воспоминания о тебе.

— Этого недостаточно, – резко ответил Криспин. – Я долго ждал встречи со своей спутницей жизни, дядя. Я не могу потерять её сейчас.

— Она может умереть, если не будет знать, с чем имеет дело, и не примет должных мер предосторожности, – прорычал Люциан.

— Я позабочусь, чтобы этого не случилось, – настаивал Криспин. – Я позабочусь о её безопасности.

Люциан закатил глаза от раздражения и заметил: – Сейчас ты далеко от нее.

— За ней присматривают другие, – защищаясь, сказал Криспин.

— Уверен? Возможно, она извинилась и ушла в свою комнату переодеться  или принять душ, чтобы смыть кровь с волос.

Когда глаза Криспина расширились от ужаса при мысли о такой возможности, Люциан сказал: – Можешь делать, что хочешь. Она – ТВОЯ спутница жизни, которую ты можешь потерять. Но не приходи ко мне плакаться, если она тайком затащит Лилит в свою машину и уедет, как она собиралась сделать раньше, пока я не взял под контроль её разум, не скрыл её воспоминания о том, что было сказано, и не помог ей расслабиться настолько, чтобы она осталась здесь.

Ужас сменился смятением, Криспин сунул поводок Лилит Люциану и поспешил обратно в дом.

До сих пор он понятия не имел, что Абриль подумывала о побеге. Он полагал, что не стоит удивляться. Именно так она справилась с ситуацией в подростковом возрасте. Но у неё и выбора-то особого не было. Либо сбежать, либо вынужденный брак с мужчиной – вернее, с мальчишкой – которого она не хотела, и который, по всей видимости, безнаказанно распускал  бы руки. Но Криспин даже представить себе не мог, что она подумает взять Лилит и сбежать от него. Он никогда не причинит ей вреда. С ним она в большей безопасности, чем с кем-либо ещё на всей планете. Он должен был дать ей это понять.

— Онэтого не сделал! – весело сказала Абриль, говоря громко, чтобы Кассий мог услышать ее в спальне, где ждал ее. Хотя она находила немного нелепым то, что брат Криспина настоял на том, чтобы стоять на страже, пока она пытается смыть кровь с волос, воспоминание о ужасе прошлой ночи, когда она проснулась и увидела мужчину в своей спальне, убедило ее не поднимать шум. Она определенно чувствовала себя в большей безопасности, зная, что он где-то там, чем если бы осталась одна. Абриль не думала, что ей будет комфортно спать здесь после того, что случилось, но сомневалась, что ей будет комфортно в любой из спален сейчас, даже со всеми этими мужчинами. К сожалению, она пока не знала, что с этим делать.

— Сделал, сделал, – заверил её Кассий. – Криспин годами следовал за нашей младшей сестрой на свидания, пока отец не вмешался и не остановил его. Хотя, честно говоря, я не уверен, какой опасности она могла бы подвергнуться. Она способна свернуть в бараний рог любого молодого человека, с которым встречалась.

Абриль усмехнулась, представив себе сестру Кассия и Криспина в образе огромной амазонки. В голове тут же возник образ амазонки, прижимающей к себе тощего паренька. Она опустила мочалку, и наклонилась ближе к зеркалу в ванной. Она почувствовала запекшуюся кровь на волосах, когда подперла голову рукой на кухне. Потрогав голову, она обнаружила, что засохшая кровь, похоже, была  повсюду с этой стороны головы.

К её огромному облегчению, ей удалось смыть большую часть крови с волос рядом с повязкой. Но она поморщилась, взглянув на прикрытую рану. Она видела лишь повязку, но было очевидно, что им пришлось сбрить часть волос, чтобы зашить рану. Это не радовало, поскольку она представила, как ужасно будет выглядеть лысое пятно, когда рана заживет, и снимут повязку.

Вздохнув, Абриль решила оставить эти заботы на потом, бросила мочалку в корзину для белья и повернулась, чтобы выйти из ванной в спальню, где на краю её кровати сидел Кассиус. Она уже собиралась предложить вернуться к остальным, когда в дверях появился Криспин, переводя взгляд с неё на брата.

— Лилит уже нагулялась? – удивленно спросила она, и ноги сами повели ее вперед к нему.

— Люциан с ней, – пробормотал Криспин, и его руки потянулись к ней, словно он не мог устоять. Одной рукой он убрал прядь волос с ее щеки, а другой провел по  ее руке.

Сглотнув, Абриль почти подалась навстречу прикосновению, но голос Кассия напомнил ей о его присутствии, когда он спросил: – Хочешь побыть с ней наедине, чтобы поговорить?

— Да, – прорычал Криспин, но, к его большому удивлению, вместо того, чтобы уйти, Кассий лишь прищурился. Криспин сразу понял, что он читает его мысли и, вероятно, подмечает всё, что тот хотел сделать с Абриль, чтобы подготовить ее к тому, что он собирался сказать. Он думал, что если сначала займётся с ней любовью, то, возможно, она не отвергнет его сразу, когда он расскажет ей, кто он. Но Кассий разрушил его план, просто напомнив: – Дэни сказала, что ей нельзя волноваться, пока она не поправится.

Опустив плечи, Криспин отпустил её руку и кивнул брату. Он совсем забыл об этом. Он не собирался рисковать здоровьем Абриль. Значит, ему придется рискнуть и сказать ей всё без секса.

Криспину не нравилось считать себя трусом, но в этот момент он определённо чувствовал себя таковым. Он боялся потерять её, и вместо того, чтобы пойти куда-нибудь, где они могли бы сесть и серьёзно поговорить, он вдруг вспомнил ещё один совет доктора Дэни и предложил ей: – Может, тебе стоит вздремнуть? Мы можем поговорить позже, и Дэни сама говорила, что тебе нужно отдыхать.

— Да, она действительно это говорила, но я проснулась всего час назад или около того, – возразила Абриль.

— Прошло два часа тридцать шесть минут, – ответил Криспин, взглянув на часы. – Сейчас уже четыре. Через пару часов будет ужин. Если ты сейчас вздремнёшь, то будешь отдохнувшей, а после ужина мы сможем поговорить. Может быть, пока будем выгуливать Лилит.

Поначалу Абриль нахмурилась, услышав это предложение,  но теперь успокоилась. Видимо, ему каким-то образом удалось убедить её в своей правоте. И, возможно, так оно и было. Честно говоря, он не мог сказать наверняка. Он просто пытался найти способ добиться её расположения и одновременно обеспечить её безопасность.

— Хорошо, – вдруг согласилась она, а затем мельком взглянула в сторону окна и добавила: – Но, может быть, я прилягу на диван в гостиной.

Криспин не стал с ней спорить. Он подозревал, что она, возможно, боится оставаться здесь после нападения, поэтому кивнул и вышел следом за ней из комнаты. Он проводил её до дивана, прежде чем подумал, что ей могут понадобиться подушка и одеяло. Криспин тут же повернулся, намереваясь вернуться и взять всё это с её кровати, но остановился, увидев, как Кассиус выходит из комнаты с вещами в руках. Похоже, его брат прочитал его мысли. Благодарно улыбнувшись, Криспин забрал вещи, положил подушку на диван, уложил на неё Абриль и накрыл одеялом.

— Вот, – сказал он, нежно улыбнувшись. – Отдыхай. Я разбужу тебя перед ужином.

— Люцианбудет недоволен тем, что ты избегаешь разговора, – заметил Кассий, когда они направились на кухню.

— Люциан может поцеловать меня в задницу, – раздраженно пробормотал Криспин. – Он рискует не своей спутницей жизни, настаивая на том, чтобы этот разговор состоялся именно сейчас.

— Тоже верно, – кротко сказал Кассий. – Кроме того, так ты выиграешь время, чтобы придумать, как лучше ей всё объяснить.

— Да, – согласился Криспин, но не был уверен, что существует этот лучший способ.

— Возможно, тела в саду – жертвы бессмертного, проникшего прошлой ночью, – говорил Декер, когда Кассий и Криспин вошли на кухню.

— Вероятно, – согласился Люциан. – Но это всё ещё не объясняет, почему бессмертный напал на Абриль. Тела в саду найдены. Нападение на неё не могло быть попыткой предотвратить это. На самом деле, само нападение – единственное, что указывает на связь с преступниками, – отметил он. – С учётом имеющейся у нас информации, нападение на неё им ничего не даст.