Всё — моя упрямая слепота. Сколько раз я обжигался на ней?

Теперь же в душе клокотала ярость.

Держа в руках планшет, я всё набирал в поисковике: Солнечную систему, станцию Церера... и искал... Что? Сам не понимал.

Новости, сообщения о происшествиях. Фото... Листал страницы за те года, что моя девочка жила там.

Но ничего конкретного.

— Я, наверное, сам занесу... Маэр, — услышав Мириша, вздрогнул и обернулся на него. Он рассматривал планшет в моих руках.

Понимающе кивнул, словно прекрасно зная, что я там разыскиваю.

— Я ящик утащу, — повторил он. — Скину всё на мостике. Проверю системы, а ты с девочками посидите здесь. Не вижу смысла тащиться на клипер всем.

— А зачем мы тогда вообще с вами летели? — тихо спросила Ясмин.

— Затем, что лишний раз одних вас никто не оставит, — ответил он немного резковато. — И за зоргаром с собой нужно было брать, а то припозднись мы или вернись с ребятами в одно время. И всё... Живыми-то хоть уползли бы от вас?

Услышав его вопрос, и Ясмин, и Ками опустили взгляд в пол.

— Доверие — штука такая, — добивал их брат. — Оно либо есть, либо его нет. Но как вам вообще в голову пришло, что мы в бордель?

Они втянули головы в плечи.

— Ладно тебе, — осадил я Мириша. — Нам тоже стоило сказать, что мы на два яруса ниже. Неси шмот и зацепи девочкам какой-нибудь ягоды на вечер. Там немного, но осталось.

— Сделаю, — Мириш кивнул и вышел из зоргара.

Подняв взгляд, Ясмин мне благодарно улыбнулась.

— Не обижай его, сестрёнка, — негромко проговорил. — Наш Мириш на предательство не способен. Он самый благородный во всём нашем семействе. Хотя у нас на измену женщине не способен никто, — призадумавшись, добавил: — Дед так учил. У меня хоть и отец есть, но все мы под его крылом выросли.

Ками улыбнулась, хотя голову так и не подняла. Её что-то терзало, и я это чувствовал, но спросить не мог. А очень хотелось.

Мой планшет ожил, и на экране появился номер брата. Активировав вызов, уставился на Кирра. Выглядел тот весьма растрепано. Волосы распущены, ворот кривой, магнитные липучки перепутаны.

— В общем, старшой, — без прелюдий начал он. — Постарались мы с Ари на славу. В каждую комнату дважды на бис приглашали. Но поговорить удалось. Разболтали мы в процессе девочку тут одну местную. Она как бы... Старожила бордельная. В своём уме и да пережившая аукцион. В общем, всё, как и говорил нам хрон. Сюда раз в год доставляют свежее мясо, так они это называют. Около сотни девчонок. Шишки с ними резвятся, часть приглашений выкупают секс-туристы. Потом кому из девочек как повезёт. Вплоть до того, что и в логово увозят. Часть — на поиграться на постоянку. Кого-то в дом служанками. Ну и самые везучие — в прямом смысле — в бордель. А оттуда уже хоть на вольные хлеба, хоть работай дальше.

Кирр умолк, и я невольно обернулся. Ками, схватившись двумя руками за спинку моего кресла, выглядывала из-за плеча. Лицо испуганное, глаза горят. В такие моменты я особенно за неё боялся.

Подняв планшет выше, чтобы ей удобнее было видеть брата, уточнил:

— Шанс вытащить Беллу есть?

Не хотел юлить и заставлять её терзаться в неведении.

Уж лучше сразу знать правду, какой бы она ни была.

— Тут сложнее, — в поле нашего зрения появился Ари, вид у него был — словно только с бордельной девицы слез. — В общем, наводку нам дали. У нашей информаторши свой интерес оказался. Но обо всём в номере. А вы собственно где?

— Вещи на корабль повезли, — подала голос Ками. — Но... ты просто скажи, шанс есть? Только правду, Ари.

— Всем придётся попотеть, подружка. И рисковать. Много рисковать. Отсидеться даже у Ясмин не получится.

— Я готова делать что угодно, — эта шуганая рыженькая человечка проявила неожиданную прыть. — Куда надо, пойду. Белла, она ведь и мне подруга. А если бы не вы, мне бы мозг ещё на Скорвисе сломали в той подворотне. Так что только укажите, что и как.

Камелия выдохнула и поймала мой взгляд.

Я знал, о чём она думает. Интуитивно догадывался.

— Из виду не отпущу, — ровно произнёс, так и знай. — Рискуя собой, ты будешь рисковать и мной.

Она смутилась и поджала губы.

Я же мысленно усмехнулся.

— В общем, мы в отель. Ждём вас. Будем дальше думать, — Кирр бросил на Ками внимательный взгляд и отключился.

Он был серьёзен, и это настораживало более всего. Младший сбрасывал маску, а значит, действительно запахло жареным.

Настоящего Кирроси Шибу видели немногие. Разве что самые близкие члены семьи.

Мы спешили, и в итоге к отелю подъехали одновременно с нашими хронами. Ками от волнения заламывала руки. Я серьезно стал опасаться за её психическое здоровье.

Ещё не хватало, чтобы в какой-то момент моя девочка не выдержала.

Мы остановились. Выскочив из зоргара вперед всех, она понеслась к Кирроси, споткнулась, но брат её ловко поймал.

Метнул взгляд в мою сторону.

Я едва заметно кивнул, и его глаза вспыхнули расплавленным серебром.

— Это... — выдохнула Ясмин.

— Тихо, — шикнул я на неё. — Он заглушит её волнение, и всё.

— Но это безопасно? — Она смотрела на меня во все глаза, я же от досады сжал ладонь в кулак, и надо же было ей заметить.

— Ну, ты же в норме, — вмешался Мириш, — или считаешь, что ты сама легко перенесла практически состоявшееся насилие? Или забылось само по себе, как мы при тебе убивали наваи, расстреливая их в упор? Нет, душа моя, вот так же незаметно и успокаивали тебя. Первую неделю так точно.

Она как-то ошарашенно моргнула ресничками, а после тихо пробормотала:

— Спасибо и за это.

— Но ей не говори, — добавил брат. — Не любит она этого.

Ясмин снова тихо закивала, но я видел, что с каким-то сомнением.

— А лучше давать ей сходить с ума от ужаса? — чётко произнёс я. — Лишить возможности нормально спать и есть? Никто не лезет ей в голову, не смотрит её воспоминания, не стирает ненужное. Только лишь заглушают терзающие её эмоции. Или позволить ей на стены лезть от страха?

— Нет, — она замотала головой. — Лучше малое зло, чем большое. И за меня... правда, спасибо. Я и не помню толком уже, что было там. И это хорошо... Только момент, как Мириш протягивает мне свою футболку. Потому что это хорошее воспоминание. Оно даёт надежду.

Брат обнял её и прижал к себе, а после мягко поцеловал в висок.

Мириш всегда был очень зажат, не демонстрировал эмоций. О его прошлом в семье не говорилось. Просто в наш дом в какой-то момент приехал капитан корабля «Варьяр», Руган Хошори, и привёл паренька черони. Он стоял за его спиной, словно неживой.

Взгляд ровный, ни одной эмоции. Ему сказали пройти в гостиную и ждать там. Он без единого звука дошёл до кресла и сел. Сложил руки на коленях и вот так, не шевелясь, просидел несколько часов.

Казалось, он даже не моргает. Нум приносил ему сок, но тот на него не среагировал. Таскали ему и тарелки с едой.

Никаких признаков, что он нас вообще замечает.

После дед позвал нас с братьями на кухню и сообщил, что Мириш теперь член семьи. Он внук шестой крови бабушки, и он с этого дня останется с нами. Капитан Хошори очень попросил помочь ему освоиться, а после, попрощавшись, ушёл. А Мириш так и сидел в кресле и ждал приказа подняться.

Прошло, наверное, несколько лет, прежде чем он стал нормально разговаривать, реагировать на всех. Но он так и остался тихим и незаметным. И только члены семьи знали, что это вовсе не так.

А правда заключалась в том, что на чёрную станцию, где он жил с родителями, напали пираты. Начались разборки, и в их дом ворвались. Его отец был небольшим начальничком, и их зацепило. Мать убили сразу, отца пытали на глазах мальчишки. Но, не развязав тому язык и не получив желаемого, взялись и за Мириша. Он держался, наверное, надеялся на спасение, что папа всё же произнесёт нужные коды. Но как только понял, что остался один...

Из их дома живым не ушёл никто.