— Не смешно, — я попыталась вырваться из его объятий. — Ты ужасно ведешь себя со мной.

— Проблема в том, что как угодно себя с тобой веди, результат будет один. Но заметь, ты уже несколько минут без всякой паники прижимаешься своей аппетитной попкой к моему паху и даже не замечаешь этого. Так выходит, что не такой я и страшный в твоих глазах, девочка. Подсознательно доверяешь.

Услышав о чем он, я замерла и прислушалась к себе.

И действительно, я была плотно прижата к нему, настолько, что жар его тела ощущала, а еще явное возбуждение.

И если бы раньше я бы уже в панике металась, то сейчас ощущала лишь недовольство его поведением. Меня не стоящий орш, прижимающийся к моей пояснице, волновал, а то, что все отложенное в корзину прошло оплату.

— Знаешь, Ками, я из братьев самый упёртый. Со мной не всякий раз даже бабушка справлялась. Я рос с двумя полукровками и по миллиметру выгрызал право на своё. И Кирр, и Лэксар лезли в мою голову, требуя отдать, поступить так, как надо им, играть в то, во что хотят они. Но я не поддавался. Упрямился. Учился добиваться и получать своё, преодолевая все препятствия. И проиграл я лишь раз в жизни, выбрав не ту женщину. Но, — он склонился и провел носом по моему виску, спустился ниже и выдохнул на ухо: — Но я вдруг осознал, какое это счастье, что я не связался тогда с ней. Потому что, только обняв тебя, понял, кого же я хочу на самом деле. Ты можешь сопротивляться, Ками, лягаться и драться со мной. Но я усмирю твои кошмары. И ты всё равно будешь моей.

— Помечтал, — выдохнула зло.

И поделать с собой ничего не могла. Каждый раз, когда я начинала волноваться или меня загоняли в угол, появлялась агрессия. Даже будучи девчонкой, я и дралась, и кусалась. А здесь...

Бедное мое сердце билось как сумасшедшее. В животе всё сжималось. И причина тому была всего одна: Маэр дар орш Свер. Тот, в ком я, казалось, и вовсе мужчину не видела.

— Я не мечтаю, Ками, я беру. А сейчас — на выход.

Он мягко выпустил меня из объятий. И я чуть ли не бегом рванула мимо стойки доставки, пролетела через дверь и замерла... На меня, странно улыбаясь, смотрела Белла!

Опешив, я смотрела на огромный неоновый рекламный щит, размещённый на противоположном здании казино. Лампы над ним дрожали, и свет мерцал, будто подмигивая. Застыв, я вся обратилась в слух. С гигантского экрана вещалось о мероприятии на втором ярусе. Том самом, который закрыт. Мелькали картинки... и снова крупным планом несколько девушек, и среди них... Белла.

Моя Белла! Только какая-то странная, будто на отёкшее лицо макияж наложили.

От этой мысли сделалось жутко.

— Маэр! — Я заорала так, что обернулись все проходящие мимо магазина.

Мой орш выскочил буквально через мгновение, за ним и все остальные. Подняв руку, указала пальцем на экран.

— В центре. Брюнетка, — взвизгнула, потеряв контроль над эмоциями.

— Беладонна Войнич! — Кирр подался вперёд. — А действительно, очень похожа на Астру. Скажи же, Мириш?

— Черты лица да, но... — черони умолк и цокнул. — Почему у неё такой взгляд? Словно в никуда.

Услышав это, я снова всмотрелась в изображение.

— Они... Они ей мозг промыли? — шепнула. — Маэр? Они...

— Не факт, — Ари, как и остальные, с интересом рассматривал мою сестрёнку. — Ксайрос, как говорят, зона свободная от хронов. Но даже если на самом деле это не так, то всё равно никто не станет подставляться и продавать марионетку. Это удар по репутации. Но Беллу вполне могли накачать какой-нибудь дрянью, чтобы не дёргалась.

Выдохнув, я снова подняла голову, но картинка уже сменилась.

Теперь рекламировали поступление новых зоргаров и катеров известных брендов.

Расстроенно всплеснув руками, я повернулась к Маэру. Он запустил пятерню в волосы и о чём-то крепко так задумался. На лбу появились три складочки, брови сдвинулись к переносице.

Я ждала от него каких-то слов. Хотела услышать, о чём он думает.

Да, безумно рада была, что сестрёнка здесь, что мы нашли её, но жуткая тревога сковала душу.

Найти одно — вернуть другое.

— Маэр, — шепнула, но он качнул головой, призывая к тишине.

— Мириш, держи, — в руки черони перешла карта моего орша. — Заплати за всё, после — в отель. Веселье закончилось, теперь нужно быстро шевелиться. Возвращаемся.

Подхватив под локоть, он развернул меня и спешно повёл вдоль улицы. Я передвигала ногами и молчала, хотя меня просто разбирало от эмоций. В душе, как в кипящем котле, бурлила такая гремучая смесь страха, волнения, радости, нетерпения, что казалось — я сойду с ума.

Просто рехнусь!

Несколько раз открывала рот, чтобы спросить, какие у нас планы дальше, но не могла выдавить из себя ни слова. Просто понимала — ответить мне пока нечего.

Легче от этого не становилось.

Так терзаясь от переживаний и не заметила, как до отеля дошли. Тяжёлая металлическая дверь отворилась, и показался волосатый хозяин, с ним какой-то хмырь. Худой, длинный, с бронзовым оттенком кожи.

Я открыла рот и ощутила, как меня задвинули за широкую спину.

— Вот он! Он мне угрожал, — долетел до меня визг этой обезьяны.

Длинный было двинулся к нам, да только и мяукнуть не успел. Маэр перехватил его одной рукой за шиворот и, приподняв, приложил об стену.

— Вот ты-то, хрон, мне и нужен. Надо же, и искать не пришлось, сам в мои руки попался. И не пыжься ломать... не дорос до меня.

Длинный дёрнулся, но мой орш, размахнувшись, приложился кулаком к его роже, так что кровь из носа брызнула на светлые панели.

— Мы или по-хорошему, или твою башку как консервную банку вскроют после того, как я тебе все органы отобью, — Маэр шипел от злости. — Выбор только за тобой.

— Что надо? — лицо незнакомца рассекли две линии, идущие от уголка рта до мочек ушей. — Ты кто такой?

— Не правильный ответ, — Маэр отпустил его, но едва ноги хрона коснулись пола, врезал ему кулаком в живот.

Последовал град ударов. При этом длинный зажато втягивал воздух, а хозяин отеля визжал, словно это из него здесь отбивную делают.

— Мне повторить вопрос? — сжав за затылок, орш поставил хрона на колени. — У меня просто отвратительное настроение, приятель. Неудачное для себя время ты выбрал. Но уже всё... встрял. Ари, убери лишние уши.

Он кивком указал на волосатого урода, что, кажется, пожелал с нами разобраться. А то чего удумали: заплатили за неделю за комнаты и ещё и жить в них решили.

Мой друг шагнул вперёд. Волосатая обезьяна попятилась, но куда там. Его мелко так затрясло. Застыв, он уставился перед собой, не мигая.

— Потом и с ним потолкуем, если наш друг окажется в плане информации бесполезным, — губы Маэра скривились в жёсткой усмешке. — А теперь расскажи-ка мне, хрон, что это за торги рекламируют по уличным визорам? Ваши устраивают или нет? Где девушек держат? Я хочу знать всё.

Хрон хлопнул уродливой челюстью то ли от боли, то ли от досады.

— Ты, лапушка, лучше отвечай, а то всю жизнь будешь ссаться в штаны при виде взлетающего корабля. И я тут буду не при чём. Братец тебе так мозги отобьёт, сдохнуть рад будешь, — Кирр, прикрыв дверь в отель, заблокировал её на всякий случай. А то припрётся какой курьер и всё веселье мальчикам испортит.

— Не знаю я, — начал было длинный и тут же получил удар кулаком в живот. — Да правда, не знаю. Беглый я. Из логова много лет назад выбрался. Слабый. Там таких на кровь пускают. Осел здесь. Работаю на заводе, иногда вот помогаю справиться с проблемными клиентами отелей.

— Проблемные! — зло фыркнула я. — Да мы за неделю заплатили, а эта падаль решил — можно теперь нас послать и сдать комнаты ещё раз. Отвечай, что за торги? Где рабы? Их должны где-то держать.

Выдохнув через рот, хрон утер тыльной стороной ладони кровь под носом, а после так зыркнул на владельца отелем, что ясно стало — тому не жить за такую подставу.

— Не тяни время, — Маэр снова приложил его об стену, но уже слабее.