Но он вёл себя до странного отстранённо. Правда, взглянув на мою руку, удерживающую его за пояс, всё же смолчал.

И когда я опять успела впасть к нему в немилость?

Ночью? Что, храпеть изволила?

И главное, не спросишь.

Он редко пребывал совсем уж в лютом настроении, но когда случалось, то лучше его было не трогать.

— Планшет не забыла? — раздалось в шлеме.

Я тряхнула головой и сообразила, что это Маэр.

— С собой, — произнесла и сморщилась.

Голос из-за герметичного костюма звучал ужасно.

— Как вести себя помнишь?

Закатив глаза, выдала:

— Не говорить! Никуда не смотреть! Дышать через раз и изображать твою тень! Желательно при этом убедительно сливаясь со стенами, не бесить тебя своим существованием и максимально не выглядеть как женщина, дабы не задевать тонкие струны твоей нежной души. В идеале сразу раствориться и чтобы ты вообще обо мне забыл и до Залфа и вовсе не вспоминал.

— Ну, а ты чего завелась? — прилетело мне в обратку.

— Я волнуюсь, а ты задаёшь глупые вопросики. И наверняка чтобы на аукцион попасть только с Миришем. Ты ведь Беллу по карточке уже видел, сам говорил. Но не выйдет. Я не твоя сестра, Маэр, и ваше правило старшинства мне до одного места.

— Всё сказала?

— Пока да, — я попробовала сложить руки на груди, но костюм не позволил. — А меньше у вас размера и правда нет? Вы же знали, что я полечу с вами, ну неужели нельзя было хотя бы один такой взять по моей фигуре?

— Никто и подумать не мог, что тебя придётся тащить на станцию, подобную этой, Ками. Так что стой в том, что есть.

— Я выгляжу глупо в нём, — я расправила рукава. — Жу́тко неудобно.

— Не хочешь идти в этом, значит, сиди с Кирром на корабле.

Настроение Маэра становилось всё сквернее, хотя куда уж ещё-то?

— Надеюсь, это я тебя ночью покусала, Маэр дар орш Свер, и поэтому ты такой бешеный. Мне приятно так думать, — фыркнула на него.

— Не вы́спался, пока лекарство одной особе подбирал, которая за два года не удосужилась выяснить, на что у неё есть аллергическая реакция, а на что нет!

— А я не просила, — возмутилась, чувствуя, что он задел меня. — Вообще можешь ко мне не подходить и не разговаривать. Ты как был невыносимым хамлом, так и остался.

— А ты думала... Стой здесь и держись крепко. Жди Мириша. С трапа не сходи... Опасно... — он отцепил от своего пояса мою руку и, сойдя на платформу, медленно пошёл вперёд.

Я же осталась, не зная, что мне делать. Вокруг темнота, звёзды со всех сторон. Корабли-громадины подсвечивают платформы габаритными огнями.

И жутко шаг самой сделать, и гордость не позволяла Маэра обратно позвать. Понятно, что он пошёл «прогуляться», чтобы всё в ссору не переросло. Но всё равно... Страшно!

Я снова обернулась на внешний люк. Мириш всё не шёл. Что его могло там так задержать?

Маэр же шагал к прозрачному рукаву, что вёл внутрь станции. Он не оборачивался, как будто ему и правда было всё равно, есть я или нет.

Держаться, да? А за поручень, видимо. Я шагнула к нему, но не успела... Вдруг платформа под ногами загудела. Раздался громкий сигнал, и я воспарила, сообразив, что в волнении всё же сошла с трапа. Вскинула руки, чтобы дотянуться до поручня. Но ничего не вышло. В этом дурацком защитном мешке и сделать ничего не могла. Он не позволял.

— Ками, замри, — раздалось внутри шлема. — Сейчас я тебя перехвачу. Не дёргайся. Просто зависни.

Маэр! Надо же, всё же соизволил обо мне вспомнить.

Я вроде и не дёргалась, а поднималась всё выше, болтаясь в невесомости.

Где-то впереди показалась ещё группа нелюдей, но они крепко держали друг друга за руки. При этом у одного из них было что-то такое, что позволяло ему перемещаться. Он активно спускал всех вниз.

А я вот продолжала лететь вверх.

— Ками, подожми под себя ноги... Я уже близко...

Голос Маэра просто звенел от страха.

Осторожно поведя плечами, я перевернулась лицом вниз и сделала что сказали.

Высоко...

Голова закружилась.

Внезапно внешний люк отъехал, и на трап вышел наш черони.

— Мириш, помоги! — вскрикнула я дрожащим голосом. — Я здесь одна...

Он поднял голову и, что-то активировав, взлетел ко мне. Ухватил за руку и завел под себя. Теперь я видела, что и Маэр быстро плывёт ко мне, только вот уже не нужно было.

В душе разливалась обида на него.

— Можешь идти дальше, куда шёл, — рявкнула.

— Ками, — мне показалось, что его голос снова дрогнул.

— Не хочу с тобой даже разговаривать. Ты знал, что здесь опасно, и бросил меня, — во мне говорила паника. Ужас от перспективы оказаться на ещё большей высоте. — Если так ненавидишь, сразу скажи, чтобы я знала, какую подлость от тебя ждать.

Мириш молчал и не встревал в наши разборки. Плыл в сторону шлюза, напоминающего кишки.

Снова гудение над платформой, и гравитация восстановилась.

Я с визгом полетела вниз, приложившись шлемом о пол. Сверху на меня рухнул черони, выбивая воздух из лёгких.

— Ками, — снова испуганное в ушах.

— Ненавижу тебя, Маэр, — простанала. — Тебе было лень даже позаботиться о костюме для меня.

Мириш поднялся и потянул меня вверх. Но я путалась в этом мешке, ничего не сгибалось, ни руки, ни ноги.

Дезориентированная, я ползала на четвереньках и чувствовала себя такой униженной.

Рывок, и кто-то всё же поставил меня на ноги.

Взяв за руку, Маэр повёл вперед, но я резко вырвала у него свою ладонь и схватилась за Мириша.

Орш остановился и, развернувшись, подошёл ко мне ближе. Он явно желал мне что-то сказать, вот только слушать его не было никакого желания.

— Мы теряем время, — рявкнула на него. — И мне куда спокойнее держать за руку того, кому не безразлично, что со мной.

Он что-то процедил на родном языке и всё же пошёл в сторону первого люка, ведущего во внутренние ярусы станции.

... Добрались до седьмого яруса в полной тишине.

За нами с лёгким шипением захлопнулись створки. Здесь, как и вчера, двигались нелюди. Брели в сторону того самого подъёмника, при мысли о котором у меня от страха руки потели.

Я ненавидела высоту.

Маэр снял шлем и потянулся ко мне, но я отступила и повернулась к Миришу. Он кивнул и быстро отсоединил все герметичные заклепки, избавляя меня от этой ужасной штуки. Я всё пыталась заглянуть через его стекло, но оно казалось мутным.

Откинув мне за спину шлем, Мириш взялся за свой.

Несколько движений и...

— Да твою же... — рявкнул Маэр. — Кирроси, ты что вытворяешь?

На нас, улыбаясь, смотрел сакали с хронячьей улыбкой.

— Если я скажу «сюрприз», вы меня забьёте ногами прямо здесь, да? — он поиграл бровями.

— Развернулся и пошёл обратно к кораблю! — Маэр рявкнул так, что на нас обернулись странные синемордые нелюди.

— Тише, — прошипела я. — Кирр, ты что вытворяешь?

— Я? — Он ткнул себя в грудь. — За вас переживаю. Если здесь логово, то любое подозрительно неловкое движение с вашей стороны может обернуться внезапной смертью. А я умею скрывать, кто я есть. Уж за всю жизнь научился. Это Ари как на ладони, а я — нет. Поэтому, лапушки мои, рты закрыли и идём добывать мой цветочек. И ещё, Маэр, я тебе Ками больше не оставлю. Чистое везение, что гравитация там частично отключилась, и я вовремя вышел. А если бы по-иному, да она бы при врублении магнитки лицом вниз о металлическую платформу припечаталась. И хорошо, если бы после этого мы в ней хоть одну кость целой нашли.

Я замерла. Нет, меня не слова Кирра так зацепили. Просто я впервые видела, чтобы Кирроси Шибу с серьёзным видом отчитывал кого-то из братьев. И выглядел он при этом так не наигранно, естественно.

— Я и без тебя всё понял и проникся, — процедил Маэр в ответ.

— В общем, лапушку я у тебя изымаю, не дорос ещё, чтобы руки свои к моей названной сестричке тянуть. А если хоть слово скажешь — нажалуюсь Нуму так, как умею только я. И тебе не жить! Ха!