Эйтоуроса хоть и была старшей дочерью самого магически сильного эльфа, на самом деле она оказалась слабой: её магический запас быстро истощался. А если учесть, что магия целительства самая энергозатратная, то, имея этот дар, Эйтоуроса не развивала его, считая ненужным. А я, даже если бы и захотела, уже не смогла бы изменить, увеличить магический потенциал этого тела. Всё было просто: что выросло, пока росло, с тем и живи всю оставшуюся жизнь.

Но ещё оставались раны на груди и ногах.

— Поворачивайся, — тихо сказала я, решив, что затяну хотя бы самые глубокие раны, а со шрамами от них потом разберусь.

Тар развернулся и встал ко мне лицом. В процессе целительства я как-то и не заметила, что сама придвинулась к краю отступа и развела ноги, чтобы было удобнее сидеть и не приходилось далеко вытягивать руки. Особенно когда тянулась к плечам Тара. Орк был огромным.

И вот сейчас, развернувшись, он стоял ко мне так близко, что сдвинься я ещё чуть-чуть к краю, то меня и его желание разделяло бы лишь мокрое полотенце. Стараясь не смотреть вниз и не думать о Таре, как о мужчине, я уверяла себя, что он мой пациент и что…

О боги Межмирья! Мои руки еле двигались, скользя по стальным мышцам грудной клетки — от шеи вниз, к накаченному прессу, мой магический резерв был истощён почти в ноль, а я думала о том, как соблазнить собственного мужа.

— Маленькая, у тебя кровь, — наклонившись ко мне, тихо сказал Тар.

— Где? — удивлённо посмотрела я на него.

— Вот тут, — провёл он пальцем по уголку моих губ.

Получалось, что я до крови прикусила губу и даже не заметила этого.

— Давай я тебя полечу, — сказал Тар, обнимая одной рукой за талию и притягивая к себе, а второй уже лаская шею и ушко. — Иди ко мне, я поделюсь с тобой не только своей силой, моя Лемна.

В тот момент я не придала значения его словам о силе, потому что думала совсем о другом, и получила в итоге то, о чём думала. Кто кого соблазнил в той купели, я так и не поняла, но ночь была долгой и незабываемой. На ужин нас никто не позвал — видимо, все знали, что мы утоляем другой, более сильный голод.

Мысли о том, что я поступаю неправильно, были забыты и оставлены на потом. В эту ночь я была для моего орка единственной, и я была счастлива.

Уснула там же, в купели, в объятиях моего большого и зелёного орка. Последнее, что запомнила, как перед этим долго проверяла его на стойкость, снова экспериментируя и изучая его рога. В итоге тест на стойкость Тар прошёл. В плане того, что был очень стойким… и твёрдым, и…

(тут автор напоминает Музе, что книга у нас не 18+, так что все подробности той ночи мы припасём на бонус-рассказ, если вдохновение нас посетит, а судя по мечтательной и лукавой ухмылке Музы, это, скорее всего, случится. Так что не обещаем, но надеемся)))… а пока продолжим повествование)

Как засыпала, не помнила, зато пробуждение на следующее утро было незабываемым и фееричным!

Наше завтра настало и принесло с собой несколько сюрпризов!

И не все эти сюрпризы были приятными.

Проснулась от того, что оберег на груди снова начал нагреваться. Я открыла глаза и готова была снова увидеть Сувиру. Но ведьмы не было. И вообще всё было не так, как я привыкла за много дней с одним и тем же сценарием утра.

Во-первых, ведьма не стояла возле кровати, ожидая моего пробуждения.

Во-вторых, в кровати не было Кари. Её место напротив меня было пустым, а вместо ладошки моей девочки в моей ладони лежал красивый раскрывшийся бутон Айюлы.

В-третьих, были опущены тяжёлые шторы, которые раньше были собраны и красиво обрамляли высокие стойки балдахина. То есть мы с Таром остались как будто одни. Не на виду у всех.

Цветок Айюлы в моей руке означал, что новолуние закончилось и любой шорох может разбудить моего орка. Ведь теперь пыльца этого магического цветка не погружала его в глубокий сон. Видать, Кари проснулась и, обнаружив упавший бутон, вложила его в мою руку.

Куда ушла наша девочка?

Кто и зачем закрыл шторы?

И главное, как мне себя вести себя с Таром?

Сувира с самого начала уверяла меня, что всё, что случилось в петле времени, будем помнить лишь мы втроём: я, она и Кари. При этом воспоминания Кари будут сосредоточены на полученных знаниях, а всё остальное сотрётся — в том числе и наши общие воспоминания, не связанные с обучением.

— Она многое забудет. Но не переживай. Девочка любит тебя и так. Просто ей придётся снова узнавать тебя новую. Но это не такая уж и большая плата за силу и знания, которые она обрела. И потом, у вас же и так будет время на всё.

Так говорила Сувира, и мне приходилось ей верить. Просто моя девочка выросла будто за одну ночь, и теперь, как и её отец, она помнит меня такой, какой знала прежде.

И наконец я поняла, о чём предупреждала ведьма в самом начале. За время обучения я успела узнать их и полюбить, а они меня — нет.

Как это больно, я поняла спустя пару минут. Тар обнимал меня во сне, и стоило мне повернуться, как он проснулся. Сначала всё было хорошо. Чтобы ослабить жжение оберега на груди, я взяла немного его силы. Он это почувствовал и позволил сделать. Но стоило ему понять, что Кари нет в кровати и мы одни, как он закрылся от меня и резко сменил положение наших тел, навалившись сверху.

— Где Карата? Не пытайся околдовать меня своей магией. Я не знаю, что точно происходит с тобой, но я разберусь в этом!

Ошарашенная таким поведением орка, я очнулась от розовых грёз.

Он точно не помнил то, что случилось между нами вчера в пещере с водопадом!

И вроде как это должно было меня обрадовать. Ведь я и не хотела, чтобы он это помнил. Но всё же было обидно. Получалось, что наша первая близость была для него чем-то неважным, незначительным, не стоящим того, чтобы это помнить. Как если бы Тар переспал с незнакомой девушкой и забыл об этой ночи!

Головой понимала, что это всё не так. Но злой взгляд орка, его слова и подозрения ранили, полосуя не ноги, как вчера это делали тени, а сердце и душу.

— Эльфийка! Второй раз у тебя ничего не получится! Ты помнишь, что теперь ты на моей территории? Значит, правила устанавливаю я!

После этого Тар поцеловал меня лишь для того, чтобы подтвердить свои слова. В этом поцелуе не было ласки, не было нежности. Грубый натиск, желание подчинить своей воле и демонстрация силы. Тяжесть его тела почти душила, он нарочно царапал мои губы своими клыками, чтобы в следующий момент слизать капельки крови. Кислорода не хватало, я начала задыхаться и сопротивляться и предприняла попытку остановить поцелуй, вырваться из его рук. Но орк как будто лишь этого и ждал: поймав мои руки, он снова сцепил их одной своей и зафиксировал над моей головой.

— Вот! Теперь ты, как и раньше, сопротивляешься. Так какая ты настоящая. Та, которая хочет меня, или та, которая ненавидит?

Захотелось ответить ему и послать на три буквы. Но что-то пошло не так! Точнее, наоборот, меня посетило странное ощущение дежавю.

Скрипнула дверь, кто-то вошёл в дом. И даже через опущенные шторы я услышала до боли знакомый диалог.

— Какого лиха ты впустил эту кошку в дом? — спросила ведьма.

— Ну ты же её не пускаешь, старая карга! — послышался голос Рвала

Он хоть и старался говорить тихо, но у него это плохо получалось.

— Это мой дом и мои правила! — начала злиться Сувира. — Давайте, оба пошли вон!

На слова ведьмы Рвал лишь тихо засмеялся.

— Этот дом построил я, так что он настолько же твой, насколько и мой!

— Это не делает тебя хозяином этого дома! — знакомым, до жути скрипучим голосом ответила Рвалу Сувира, топнула ногой и…

Пусть я этого и не увидела, но точно была уверена, что она в этот момент просто исчезла, оставив на том мне, где стояла, лишь столп серого тумана.

— Сколько ни бегай, от судьбы всё равно не убежишь, — уже тихо и без смеха добавил Рвал и обратился к тому, кого привёл в дом ведьмы:. — Ну, чего стоишь? Сама просилась, всю дверь исцарапала. Иди! Или тебе ещё шторку открыть?