— Почему ты в отеле? — отрывая взгляд от телефона, Дарио перевел его на меня. — Джовани сказал, что ты утром собиралась куда-то поехать, но в итоге передумала и теперь весь день сидишь в номере.

В груди расплылось тепло. Несмотря на занятость, Де Лука интересовался у Джовани насчет меня.

— Кое-что случи…

— Дарио, пришло подтверждение. В салоне Авогадро действительно начался какой-то движ. Делают ремонт наружных стен здания, — Дионис находился в другом конце комнаты и сказал это, быстро что-то перечитывая на телефоне.

А у меня дыхание застряло в горле. Я не сразу поняла, что услышала. Потом подумала, что точно ослышалась.

Де Лука выругался.

— Напиши Карбоне, чтобы он отправил туда несколько человек. Незаметно. Пусть следят, — сказал Дарио. — Это, блядь, охренеть, как не вовремя. Если узнают, кто ученик Авогадро, пусть смотрят, чтобы другие к нему не приближались. Я сам поговорю с ним, когда вернусь.

Я все еще держала в ладони зажигалку Де Луки и сейчас сжала ее с такой силой, что пальцы заболели. Затем вовсе онемели и по руке скользнуло острое покалывание.

Дарио обернулся ко мне. Хотел что-то сказать, но его телефон опять зазвонил. Когда Де Лука опустил взгляд на экран его глаза очень сильно помрачнели.

— Я сейчас вернусь, — это он сказал мне, после чего, отвечая на звонок, опять пошел к балкону.

Когда дверь за Де Лукой закрылась, я перевела нервный взгляд на Диониса.

Какого черта они только что разговаривали про мой салон и про меня? Что… Что происходит?

— А… случилось что-то плохое? — спросила, пытаясь выдернуть из бушующих мыслей хоть какие-то более-менее нормальные слова.

Во время этой поездки, Дарио при мне временами обсуждал со своими людьми кое-какие дела. Чаще всего я слышала просто обрывки фраз. То, что мне толком ничего не могло сказать, но я старалась и в них не вслушиваться. Придерживалась принципа — чем меньше знаю, тем лучше.

Но сейчас я промолчать не могла. У меня холодок пробежал по коже.

— Наоборот. Хорошее, — сказал Дионис, не отрывая взгляда от телефона, на котором он что-то быстро печатал. — Просто не вовремя.

— Почему?

— Потому, что мы тут, а человек, который нам нужен, судя по всему, наконец-то объявится в Неаполе. И будет охренеть, как нехорошо, если во время нашего отсутствия его перехватит кто-то другой.

Отлично. Теперь мои нервы сжались еще сильнее.

— И зачем же вам нужен этот человек? Просто… Обычно, если Каморра кого-то ищет, ничем хорошим это для человека не заканчивается и… — я запнулась и сильно прикусила кончик языка. Как мне правильно сформировать этот разговор?

— Мы не такие звери, как ты думаешь, — Дионис качнул головой. — И этого человека мы ищем, чтобы присоединить к нам. Более того, если все пройдет хорошо, он женится на кузине Дарио.

Я не знаю, какую степень недоумения и непонимания Дионис увидел на моем лице, но он очень медленно выдохнул и произнес:

— Навряд ли ты это поймешь. Да и тебе оно не нужно.

Я постаралась как можно более спокойно пожать плечами.

— Просто интересно, что у вас такого происходит. Что это за человек такой, которого… вы хотите женить на кузине Дарио.

У меня мысли еще сильнее запутались. Все еще речь идет обо мне или нет? Черт, как же мало я знала и понимала.

— Не только мы. Многие кланы хотят предложить ему невесту из своих, — допечатав сообщение, Дионис положил телефон в карман, после чего пошел к столу, продолжая перебирать бумаги. — Ндрангета, Коза Ностра, Емпаро. Список долгий. Но, поскольку этот человек изначально из Неаполя, мы тем более не можем допустить, чтобы он покинул город и переехал в какое-нибудь другое место. Он должен остаться у нас. Как минимум в Кампании. Но лучше, если он женится на кузине Дарио. Она очень хороша собой и, уверен, у нас дохрена шансов.

— Это… Ты сейчас говоришь про какого-то ученика… Авогаридо? — я намеренно исковеркала фамилию моего Бога. Не понимала, как еще притвориться, что толком не в курсе и вообще не особо вникала в их разговор.

— Авогадро, — поправил меня Дионис. — Да, про его ученика. И тебе в дальнейшем лучше или не произносить его фамилию, или делать это правильно. Этот человек был легендой. Кое в чем многим помог. Его уже какое-то время нет в живых, но многие кланы остались ему должны. В том числе и Каморра. Неправильно произнесенную фамилию могут посчитать невежественным оскорблением.

Я опустилась на диване, очень медленно выдыхания.

Господи, это получается у меня есть претендентки на роль невесты?

В голове вспыхнул крайне глупый и неуместный вопрос — интересно, у кого больше «невест», у меня или у Дарио?

Хотя они мне, конечно, по понятным причинам не нужны.

Я еще попыталась задать Дионису несколько вопросов, но уже теперь он был слишком занят бумагами и то, что для меня являлось крайне важным разговором, для него выглядело лишь, как простой интерес, который он из-за занятости утолить не мог. Или не хотел. Все-таки это касалось дел Каморры и что-либо более глубокое он мне рассказать не мог.

Я хотела подойти к мини бару и взять бутылку с водой, как почувствовала, что мой телефон зажужжал. Достав его из кармана, увидела, что мне звонил Ариго.

— Я пойду к себе. Не хочу вас отвлекать. Тем более, вы уже скоро уезжаете, — сказав это Дионису, я вышла в коридор.

Когда я дошла до номера, который занимали мы с Дарио, телефон уже перестал жужжать, но, закрывшись в спальне, я перезвонила Ариго.

— Привет. Как ты? — спросил он, отвечая на мой звонок.

— Нормально. Наверное, — я потерла лицо ладонью, садясь на край кровати. — Я только что кое-что услышала.

Я попыталась как можно более подробно пересказать разговор Дарио и Диониса, а потом то, что услышала от Диониса.

— И что тебя удивляет? — на заднем фоне у Ариго было шумно. Возможно, он сейчас на улице.

— Ну, даже и не знаю. Может то, что оказывается, кланы для меня жен готовят? — саркастично поинтересовалась.

— Они считают, что ученик моего деда это парень лет двадцати пяти и готовятся к твоему появлению в меру своих возможностей и предположений. А насчет того, что Де Лука узнал про начало ремонта — я поэтому и говорил, что тебе в этот период рядом с салоном лучше не появляться. Это здание имеет определенную славу. В строительных компаниях тоже есть люди, которые кое-что знают, поэтому слухи и пошли. Думаю, новость донеслась не только до Каморры. Поэтому Де Лука и сказал, чтобы его люди присматривали за тем, чтобы к тебе больше никто не приближался.

— Он имел ввиду другие кланы?

— Да. Но это ничего не меняет. Все это ожидаемо.

Я легла на кровать и, прижимая телефон к уху, посмотрела на потолок.

— Все равно для меня все это странно. Ремонт начался только вчера и…

Я замолчала. Подняла ладонь и ею потерла лицо. Как бы объяснить то, что сейчас творилось в моей голове?

— Знаешь, мой дед… Возможно, он понимал, что ему недолго осталось и какое-то время перед смертью, он уже начал всем рассказывать про тебя.

— Я думала, что ты первым рассказал о том, что у сеньора Авогадро был ученик. Уже после смерти твоего дедушки.

— Нет. Конечно, нет. Если бы все было так, твое положение было бы не таким устойчивым. Мой дед еще при жизни начал выстраивать для тебя почву. Он очень тобой гордился. Ты даже не представляешь насколько. Он ведь был еще тем сухарем. Никогда толком не проявлял эмоций, но когда он рассказывал о тебе… Про твой талант, про то, что ты точно превзойдешь его, у него глаза горели.

— Ты серьезно? — у меня в груди сильно защемило. Я никогда не слышала похвалы от своего Бога. Максимум, он мог сказать мне «Это получилось не сильно ужасно». В основном он говорил мне, что я бестолочь.

И настолько дико было узнать, что, оказывается, он мной гордился. Я, конечно, понимала, что Авогадро счел меня достойной перенять его дело, раз он оставил мне свой салон, но…

— Да, серьезно. Я бы с таким не стал шутить. Мой дед так расхваливал тебя и твои золотые руки, говоря, что таких, как ты больше нет, что все остальные стали просто жесть, как заинтригованы. От тебя очень многого ожидают. Поэтому, да, кланы хотят тебя увидеть. Но есть еще кое-что. Многие и правда были должны моему деду. Постоянно спрашивали, чем могут отплатить. Ты же знаешь — отдать долг это дело чести. Дед отмахивался. Ему ничего не требовалось. Но он говорил, что чуть что они смогут отдать долг уже его ученику.