Я не понимала к чему этот вопрос. Неужели ко мне будут еще какие-то условия после того, как наши дороги наконец-то разойдутся? Но, в принципе, и на этот вопрос я могла ответить честно.

— Нет, — я отрицательно качнула головой. — На самом деле мы с ним на данный момент еще не окончательно разошлись, — произнести это было трудно. Даже слишком. До сих пор возникало ощущение, что должен быть предел в честности перед Де Лукой и, когда он сжал мой кардиган так, что ткань затрещала, мое сердце рухнуло вниз. — Я сказала Деимосу про расставание, но нормального разговора у нас не получилось, так как его отец в тот день попал в реанимацию. Но это уже решено. Как только его отцу станет лучше, мы закончим этот разговор. Окончательно расстанемся и… больше не сойдемся.

— Почему? Он же тебе так нравится, — почему-то от голоса Дарио сознание заледенело.

— Окончательно не разорвав отношения с Деимосом, я была с тобой. Не думаю, что после этого смогу строить отношения с тем, с кем так поступила.

— Но тебе было нормально так поступать со мной.

— Ты со мной поступаешь не лучше, — я открыла глаза. — Ты ясно дал понять, что лишь пользуешься мной. Разве это отношения?

— Да. Временные, но отношения.

Я отрицательно качнула головой, после чего спросила:

— Так ты не тронешь Деимоса?

Дарио опустил ладонь на мою шею.

— Только, если ты выполнишь три условия. Первое — ты завтра же с ним окончательно расстанешься.

— Но его отец…

— Мне глубоко плевать на чувства этого уебка и, если ты пытаешься склонить меня к жалости, которой страдаешь, поверь мне похер. Ты, конечно, можешь его пожалеть, но, если завтра не будет разрыва ваших отношений, уже я жалеть не стану.

Я буквально на мгновение застыла. Боялась такого разговора с Деимосом. Вернее, боялась причинить ему боль, когда он и так не в самом лучшем состоянии из-за отца, но в итоге кивнула. Пусть лучше я сделаю ему больно, чем до Деимоса доберется Дарио.

— Второе — вы больше никогда не сойдетесь. Даже, когда мы с тобой расстанемся.

— Я не понимаю, зачем ты…

— Ты согласна или нет?

— Согласна, — тут я даже не раздумывала. Мне нравится Деимос. Очень. Но ранее я сказала правду — так поступив с ним, я больше не смогу быть с Деимосом в отношениях.

— Третье — пока ты со мной, ты будешь сосредоточена исключительно на мне. Не будешь зажиматься, бояться, дергаться. Я хочу, чтобы ты текла для меня, а не в ужасе тряслась. Уж постарайся, Романа, дать мне это.

Я кивнула, но очень медленно и неуверенно. То, что Дарио поставил, как последнее условие зависело не совсем от меня. Подобное являлось моими защитными рефлексами, которые я не особо контролировала, но, после того, как я пережила ад, в тревоге погибая от волнений из-за Деимоса, была готова на все. Просто… пусть все это поскорее закончится. Я все перетерплю. Выдержу. И даже попытаюсь притвориться.

— Хорошо, Романа. Теперь иди ко мне. Я хочу посмотреть на то, как ты дашь мне то, что я хочу, — Де Лука протянул ко мне руку и я невольно напряглась, сжалась. Его слова были словно удар. Того, что я испугалась, но тут же попыталась расслабиться.

Я понимала — он меня проверял. Смотрел насколько я готова выполнять условия. И я готова. Правда. Наверное.

Я вложила свою ладонь в его и Дарио притянул меня к себе. Усадил к себе на колени.

— Я… могу у тебя кое-что попросить? — спросила, пытаясь нервно сесть поудобнее. Выдыхая. Вновь пытаясь расслабиться. У меня обязательно все получится.

Дарио распахнул мой кардиган.

— Я почему-то думал, что ты спишь в чем-то более сексуальном, — он опять взглядом окинул мою пижаму. — Мои фантазии значительно отличаются от реальности.

— Прости, что разочаровала, — буркнула.

— Что ты хотела попросить?

— В семье, в которой я живу, есть некоторые правила. Одно из них — я не могу никуда уехать, перед этим не предупредив, но из-за того, что ты забрал у меня телефон и я этого сделать не смогла… Я сказала сводной сестре, что мы с тобой встречаемся и последние сутки я провела в твоем доме, но она почему-то не поверила. Ты можешь, пожалуйста, послезавтра, вернее, уже завтра, когда приедут мои приемные родители зайти ко мне и сказать им, что мы действительно встречаемся и я была у тебя?

— Без проблем. А теперь, Романа, расстегни мне ремень.

Я сделала глубокий вдох и опустила ладони на ремень Дарио. Медленно расстегивая его. Мысленно отмечая, что делаю это уже не настолько неуклюже, как в первый раз, но воспринимая это с сожалением. Как же паршиво, что свой первый опыт в подобных вещах, я получаю именно с таким человеком.

— По твоему лицу видно, насколько ты этого не хочешь, — Дарио положил ладонь на мою щеку и большим пальцем медленно провел по скуле.

Я качнула головой. Попыталась сосредоточиться и изменить свои эмоции. Представить, что вроде как не против. Может, даже хочу. Или хотя бы убрать из себя внешнее отторжение. Дарио ведь именно его увидел?

— Не стоит, — он вплел пальцы в мои волосы и наклонился, так что я почувствовала горячее дыхание на своих губах. — Я не прошу тебя притворяться. Просто попытайся расслабиться и дать мне шанс сделать тебе хорошо.

— Я даю тебе все, что ты хочешь. Я же не сопротивляюсь, — я намеренно, даже отчаянно смотрела исключительно вниз, пытаясь делать так, чтобы наши взгляды не сталкивались. Но на самом деле, хотела вообще отвести взгляд в сторону, ведь, смотря вниз, видела огромную выпуклость в штанах Де Луки. Понимала, насколько он возбужден.

— Неужели? — Дарио убрал мои руки от своего ремня, который я так и не успела полностью расстегнуть, после чего поддел вязанную ткань моего кардигана и начал его снимать. Медленно. Никуда не торопясь. Словно снимая обертку с подарка. Лишь напряжение в его руках веяло чем-то животным и жутким. Тем, что делало воздух в машине тяжелым и напряженным.

Я не сопротивлялась. Даже немного приподнялась, чтобы помочь ему.

— Когда мы были в проулке, ты дрожала и текла от моих пальцев, — отбросив кардиган на переднее пассажирское сиденье, Де Лука руками пробрался под мою теплую пижамную кофту, оставляя ладони на талии. Они казались настолько горячими, что это даже обжигало. — После этого ты только и делала, что в страхе зажималась. Почему? Потому, что узнала, кто я?

Он губами прикоснулся к моей щеке, затем опустился к шее. Оставляя медленные, но ощутимые, как клеймо поцелуи.

— Возможно, — я неуверенно поерзала. Наверное, попыталась поудобнее сесть. Как вообще нужно сидеть на коленях у парня?

— Значит, если бы ты до сих пор оставалась в неведении, у меня было бы больше шансов получить тебя мокрую?

— Мне… ответить честно? — я положила ладони на его плечи. Во-первых, просто не знала куда их деть. Во-вторых, раз у нас интимный момент, наверное, так будет правильно. Несмотря ни на что я правда старалась идти ему навстречу. Или, вернее, выполнять те условия, которые Дарио мне поставил. Буду хорошей девочкой и, может, все это быстрее закончится.

— Конечно. Я хочу исключительно твою честность.

— И ты мне ничего не сделаешь, даже, если мои слова тебе не понравятся?

— Обещаю.

Я немного помедлила. Верила ли я в его обещания? Нет. Но эти чертовы мгновения откровенности заставили меня произнести:

— Я не считаю, что та реакция, которая была у меня в проулке, является правильной. Ты только и делал, что угрожал мне и… у меня на тот момент еще были отношения с моим любимым человеком, а я…

Я запнулась. Черт. Я понимала, что мне об этом следовало с кем-нибудь поговорить. Возможно, в разговоре я смогла бы хоть как-нибудь разобраться в себе, но разговаривать я должна была с Винсой, а не с Дарио. Да вообще с кем угодно, но не с ним.

— То есть, — Дарио сильнее сжал мою талию и повел голову вбок, делая так, что наши взгляды встретились. — Ты хочешь быть правильной, но тогда быть такой не получилось и тебе это не нравится?