— И что же ты ей не расскажешь?

— То, что ты вчера пришла пьяной.

— Я не была пьяной, — я остановилась, с силой ладонью сжимая лямку рюкзака. Честно, чего-то такого я ожидала от Мичелы. Это было в ее характере.

— Ага. Конечно. Я прекрасно уловила от тебя запах алкоголя. А еще ты мне наговорила всяких грязных, мерзких слов и даже чуть не ударила. Мама про все это узнает.

— Ты… — вспыхнувший гнев сжал горло.

— Что я? Хочешь наговорить мне еще оскорблений? Ну, давай. Мама и про это узнает. Надеюсь, что после этого она наконец-то позволит отцу нормально тебя наказать. А то ты уже не маленькая и в угол тебя не поставишь. Или же ты можешь молча пойти и убрать в гостиной. А потом еще кое-что сделать. В таком случае я ничего не скажу родителям.

Самое паршивое, что Мичеле безоговорочно поверят. Чтобы она не говорила.

А еще я по опыту прошедших лет понимала, что Мичела в любом случае многое наговорит Консетте. Но, если бы я была тряпкой и действительно согласилась бы убрать, она это сделала бы примерно такими словами: «Мам, пожалуйста, не говори об этом Романе. Она долго умоляла не рассказывать тебе, но вчера она домой вернулась пьяной. И еще такого мне наговорила, что я до сих пор не могу прийти в себя. Она меня оскорбила и чуть не ударила! Она потом извинялась, но…».

Мичела являлась одной из самых мерзких людей в моей жизни. Иногда я вообще поражалась тому, как можно быть такой.

Но и Консетта не лучше. Разве она хоть раз пыталась разобраться в том, правда ли слова ее дочери? Нет, ей просто нужен был повод чтобы что-нибудь сделать со мной.

— Что хочешь, то и говори. Я не буду убирать в гостиной. Сама иди и вычищай там полы.

Я развернулась и пошла к выходу. Мичела вслед многое кричала. В первую очередь то, что я пожалею, но, я не оборачиваясь, выскочила на улицу и захлопнула дверь.

Чертова семья Леоне. Как же я их ненавидела.

Уже будучи в автобусе я написала сообщение Ариго:

«Доброе утро. Я хотела у тебя кое-что спросить. Ты случайно не знаешь, могу ли я покинуть семью Леоне, если они нарушили правила моего содержания?»

Из-за того, что еще рано, я решила не звонить Ариго, а просто подождать, когда он проснется и ответит. Но сообщение от внука моего Бога пришло практически сразу:

«Они нарушили какие-то правила?»

Буквально через пару секунд пришло еще сообщение:

«Как ты? Де Лука тебе ничего не сделал?»

«С Дарио у меня все сравнительно нормально. Да, Леоне нарушили кое-какие правила. Как думаешь, это может повлиять на возможность уйти из клана Моро?»

«Как с ним может быть хоть что-то нормально? Сначала скажи какие именно правила они нарушили»

Ранее я в присутствии Ариго ни разу не жаловалась на семью Леоне. Сейчас же, судя по всему, нам предстоял тяжелый разговор.

Выйдя из автобуса, я позвонила Ариго и в общих чертах обрисовала ситуацию. Идти от остановки до университета минут семь, поэтому я пока что не могла углубляться в подробности.

Ариго, выслушав меня, выругался. Естественно упрекнул в том, что я про это молчала, но все же сказал, что, возможно, есть возможность что-то сделать. Правила священны. Они гордость клана. А в моем случае слишком многое было нарушено.

Внук моего Бога сказал, что перезвонит мне, как только узнает больше точной информации, но при этом дал задание по пунктам расписать в сообщении все, что семья Леоне делала не так, как нужно. И так же следовало разобраться с доказательствами.

А еще следовало начинать работу над салоном.

День в университете прошел более-менее спокойно. Смена в книжном магазине — тоже. Единственное, пока я раскладывала книги, постоянно думала про Деимоса. Он так и не перезвонил мне. На мои сообщения тоже не ответил.

Дарио ведь точно ничего ему не сделал?

Стоило мне подумать об этом, как я изо всех сил сжала одну из книг и резко качнула головой. Нет. С Деимосом точно все в порядке. Мы ведь с Дарио нашли компромисс.

Просто у Деимоса сейчас тяжелая ситуация и у него нет времени перезвонить мне.

Вечер, как и ожидалось, был настоящим адом. Хоть и вернулась я поздно, поскольку после подработки за мной заехал Дарио и какое-то время мы ходили по набережной.

В дом Леоне я вернулась в то время, когда уже следовало ложиться спать, но Мичела, явно потеряв надежду на то, что я отмою гостиную, как раза сама этим занималась.

Когда я проходила мимо комнаты, Мичела осыпала меня проклятиями и посоветовала приготовится к тому, что она меня к чертям уничтожит.

Старший брат тоже был дома, но он, кажется, с кем-то из друзей находился на кухне.

Я воспользовалась этим и быстро скользнула в свою комнату. Но, намного позже, когда я вышла из спальни, чтобы бросить в стирку несколько толстовок, внезапно кто-то сжал ладонь на моем запястье. В следующее мгновение я вовсе была прижата к стене.

— Где ты была две прошлые ночи? — от голоса брата по коже скользнули царапающие мурашки.

Я резко подняла голову. Марко возвышался надо мной. Одной рукой все еще сжимал мое запястье, а второй упирался о стену рядом с моей головой.

— Как и Мичела, собираешься устроить мне допрос? — я еле сумела свободной рукой удержать свои толстовки.

Впиваясь в них ногтями, я бросила взгляд вниз и посмотрела на свое запястье, которое Марко сжимал ладонью. Достаточно сильно, чтобы я почувствовала невозможность вырваться и легкую боль.

Стиснув зубы, я еле сдержалась, чтобы не посмотреть в сторону лестницы. С первого этажа доносились голоса. Судя по всему, там сейчас Элио и Джулиано. Парни, с которыми мой брат знаком с детства. Мягко говоря — они еще те подонки. И мне явно срочно следовало уходить отсюда, пока они не поднялись на второй этаж.

— Я не Мичела и не буду тратить время на бесполезные вопросы. Ты мне и так все расскажешь, — Марко окинул меня медленным взглядом. Особенно лицо. Словно по чертам его разбирая. — Иначе заставлю. Хочешь этого?

Второй рукой опираясь о стену, брат немного наклонился. Ощущалось это, как капкан. Я не низкая, но Марко все же давил на меня своим ростом. Не так, как Дарио, но я не могла игнорировать то, что брат значительно шире меня в плечах. Физически сильнее. За прошедшие годы я это прекрасно прочувствовала.

— Я не понимаю, с чего такое внимание. Завтра приедут твои родители и будут разговаривать со мной. Мое воспитание это их забота, а не твоя, — я еле сдержалась, чтобы не скривить губы. В моем случае «воспитание» означало запрет на все, что только возможно.

— Где ты, блядь, была? — Марко сильнее сжал мое запястье. Уже теперь до ощутимой боли. — Ты не ночевала у своей подруги. Она пыталась тебя прикрыть, но ты точно была в каком-то другом гребанном месте.

— Черт, мне больно. Отпусти, — я изо всех сил попыталась отдернуть руку. От того, как Марко сжимал ее, даже пальцы начали неметь.

Брат вел себя слишком странно. Непонятно. Он всегда был еще тем ублюдком. Помнится, в детстве Марко с Мичелой объединились против меня. С годами многое изменилось. Мичела шла примерно по прежнему плану. Так, что я уже давно выучила ее характер. Даже могла кое-что предвидеть. Марко же с годами менялся. Стал более жестоким. Творил непонятно что. Мичела все так же была для него на первом месте. Все-таки, она его родная младшая сестра, которую Марко защищал, но, касательно меня они все же начали действовать иначе.

Но я до сих пор не могла понять какого черта Марко в ночь моего отсутствия пришел к Винсе. Подруга говорила, что, почуяв неладное, солгала, что я у нее, но крепко сплю из-за чего не могу выйти к брату. Вот только, он в эту ложь явно не поверил.

И какого черта он сейчас ко мне пристал?

— Значит, ты все-таки, хочешь, чтобы я тебя заставил? — Марко наклонился еще ниже и уже это мне жутко не понравилось. Словно личные границы в этот момент затрещали. — Есть то, чем мы с тобой уже давно должны были заняться. Вот и начнем с этого дня. Пошли.