У меня мурашки прошли по коже.

— Ты только по этому критерию рассматриваешь его, как ученика?

— Нет. Его отец был знаком с моим дедом. Иногда он приходил в салон вместе с Аугусто. Тот что-то рисовал и я помню, что вполне не плохо. Не уверен, что он подойдет. Я даже пока что не разговаривал с ним об этом, но как варинт он возможен. Во всяком случае, он когда-то был из этого мира и многое знает. Сможет тебе помогать.

— Пока что звучит не убедительно, — у меня что-то такое и правда не укладывалось в голове.

— Возможно. Аугусто не был рад встрече со мной. Он не особо стремится общаться с криминальным миром, который когда-то бездейственно смотрел, пока его семью вырезали. Но все-таки мой дед был тем, кто хоть что-то пытался сделать. Поэтому хотя бы Аугусто выжил, — Ариго поставил чашку на стол. — Он сейчас работает на стройке. Убивает себя там. Сказал, что ему такая работа подходит, но я считаю, что он способен на куда большее. Даже, если он не подойдет, как ученик, ты все равно можешь взять его на работу. Как минимум, как телохранителя.

Ариго сказал, что пока что не разговаривал с Аугусто насчет работы по той причине, что не может делать выбор за меня. И тут речь о том, чтобы я сама приняла решение, хочу я себе ученика или нет. Только после этого можно будет принимать решение.

Но так же мне следовало понимать, что изначально я сама буду работать в салоне. Мне нужно доказать, что я ученица Бертолдо Авогадро. Поэтому, когда наступит время, Ариго из желающих выберет нескольких человек, на которых я сделаю татуировки. Скорее всего это будут люди из высших слоев кланов мафии. И исключительно те, кто хочет получить на себе именно сложные, объемные работы. Если мне нужно что-то доказать, нет смысла браться за кого-то из низших слоев и делать крошечные татуировки.

Я кивнула и сказала, что подумаю. Это мне сейчас требовалось.

И, судя по всему, именно этого от меня хотел Ариго. Чтобы я подумала.

— А теперь рассказывай, что у тебя случилось, — он перевел тему, но, стоило мне услышать эти слова, как у меня душу закололо.

Мысли и так путались, а я и ранее не знала, как рассказать ему про Дарио.

— Ко мне пришел один парень и… я до сих пор не знаю, чего он от меня хочет, но он меня сильно пугает.

Ариго являлся тем человеком, от которого я могла ничего не скрывать и сейчас, пытаясь утихомирить мысли, рассказала ему все с самого начала. С того, как в день своего совершеннолетия вернулась в дом Леоне, а Дарио там меня ждал.

Я попыталась пересказать все его слова. Обрисовать ситуации. Это было не просто, но я старалась.

Во время моего рассказала Ариго молчал, но выражение его лица менялось и, когда я закончила, он тяжелым, жутким голосом, спросил:

— Ты это серьезно?

— Думаешь, я стала бы с таким шутить?

Мы сидели за столом. Я успела убрать свои учебники на край и смотрела на практически пустую чашку Ариго.

— То есть, я ненадолго оставил тебя одну, а ты уже успела влезть в какую-то хрень?

— Я не специально. Я вообще не понимаю, какого черта он появился в моей жизни.

Ариго еле заметно наклонил голову набок, не отрывая от меня своего взгляда. Его волосы уже практически высохли и сейчас были растрепанными.

— Какому же человеку ты так дорога, что через тебя этот Дарио хочет навредить ему? — спросил он.

— Не знаю, — я пожала плечами. — Может, тебе? Ты единственный из криминального мира, с кем я сейчас общаюсь. И ты заботишься обо мне.

— Нет, это точно не я. Во-первых, никто не знает о том, что мы с тобой вообще знакомы. Я за этим тщательно слежу, чтобы не подвергать тебя опасности раньше времени. Во-вторых, я в тебя не влюблен.

— А это тут причем?

— Если бы была задача просто причинить боль тому, кому ты дорога, тебя бы изуродовали и убили бы. Может, подвергли бы пыткам и насиловали. Сняли бы это на видео и отправили бы тому человеку, — Ариго произнес это просто. Без каких-либо эмоций. Как факт, а у меня по коже скользнуло ледяное покалывание. — Но тут речь о том, что ты должна изображать любовь к этому Дарио.

Ариго откинулся на спинку стула. Мрачно, тяжело он перевел взгляд на окно, по которому хлестал ливень.

— Женщина в нашем мире значит мало. Она не имеет права касаться каких-либо дел или в чем-то участвовать. Мой дед рисковал уже тем, что решил сделать тебя преемницей, но все-таки это та сфера, где важнее не наличие члена или даже возраст. Главное, талант, а он у тебя безусловно есть. Но в остальном женщины практически бесправны. За исключением того, что они могут иметь влияние на мужчин. Если кто-то по тебе сохнет, это повод ударить по нему именно таким образом. Когда к твоей любимой женщине прикасается кто-то другой это весомый удар. Ты не представляешь насколько.

— Но такого человека нет. Понимаешь? Я много думала об этом, но я никому не нужна.

— Вспоминай, с кем ты общалась. Если этот Дарио выполняет приказ своего отца, значит, это его враг. Возможно, мужчина постарше.

Отлично, черт раздери. Закрыв глаза, я шумно выдохнула и поджала губы. Я и так бесконечно думала об этом. Иногда приходила к такому же выводу, как и Ариго. Но основной круг моего общения, это одногруппники и те с кем я работала. Да и они не являлись для меня прямо друзьями. С некоторыми отношения вовсе натянутые. Единственная моя подруга — Винса.

Иногда я разговаривала с теми, кто заходил в книжный или в кофейню. Были и какие-то мужчины, но тут же речь о том, что я кому-то должна быть очень дорога.

— Такого человека нет, — в итоге произнесла. После чего повторила: — Из криминального мира я общаюсь только с тобой. Может, это все-таки ты?

— Мелочь, я не влюблен в тебя. Если у меня когда-либо встанет на такую придурошную, как ты, я просто оторву себе член.

Прозвучало… убедительно.

Но вообще я и раньше понимала, что Ариго чего-то такого ко мне не испытывает. Это чувствовалось.

— Поэтому я и считаю, что отец этого Дарио ошибся. Что-то перепутал, — я положила ладони в карманы толстовки. После чего тише, неуверенно произнесла: — Есть ли шанс как-нибудь это решить? Я понимаю, что еще полноценно не вступила в наследие сеньора Авогадро и пока что являюсь никем, но…

Я замялась. Меньше всего я хотела доставлять проблемы до того, как вообще хоть что-то сделала и доказала свою ценность, но черт…

— Опиши мне этого Дарио. Я попытаюсь его найти, после этого разберемся в этой ситуации.

Я медленно выдохнула, после чего несколько раз поблагодарила Ариго. У меня словно гора с плеч упала.

Я понимала, что мои отношения с Деимосом уже не спасти, но, если из моей жизни исчезнет Дарио, это будет высшей степени счастьем.

— Он работает на парня, которого зовут Дионис, — начала я. Предполагала, что Ариго будет легче найти Диониса, чем его телохранителя, поэтому в первую очередь описала его. Затем начала описывать Дарио. — Он высокий. Очень. Выше меня примерно на полторы головы. Волосы черные, кожа смуглая.

Описывая Дарио, я пыталась не забыть ни одной мелочи, но, чем больше я говорила, тем больше Ариго мрачнел. Когда я замолчала, его взгляд был таким, что мне невольно хотелось поежиться.

— Скажи, Мелочь, а у этого Дарио случайно нет шрама около правого глаза?

— Есть, — быстро ответила. Не понимала, как могла его не упомянуть, но на самом деле шрам крошечный. Еле заметный.

Но сам факт, что Ариго спросил у меня об этом, заставил сильно встрепенуться.

— Ты знаешь, о ком я говорю?

Ариго достал телефон, затем что-то нажал на нем. Прошло около полминуты прежде, чем он показал мне экран.

— Ты про этого Дарио говоришь? — его рука была напряжена. Голос изменился.

Я посмотрела на экран и тут же приподняла брови. Там была фотография Дарио. Он на ней в рубашке и в брюках, но волосы более короткие.

— Да, это он, — я быстро кивнула. Почувствовала радость от того, что, оказывается, удалось настолько быстро его найти.

Но в следующее мгновение произошло то, из-за чего вся радость улетучилась. Ариго выругался, закрыл глаза и потер веки кончиками пальцев. Я раньше не видела его таким, как сейчас и это настораживало настолько, что возникло ощущение чего-то крайне паршивого.